Дальше живут драконы. Том 1-2 - Александр Афанасьев

Агент наконец сдался.

— Ну, хорошо…

Воронцов отступил, давая ему пройти к машине — и сам того не зная, открыл его для…

Бяо сделал шаг. Еще один. Споткнулся.

— Бяо…

Воронцов успел его подхватить, и понял, что что-то произошло.

— Бяо!

Тело вьетнамца как будто лишилось всех костей разом и сейчас висело в его руках тяжелым мешком.

— Бяо, черт!

— Что там?! — забеспокоился Морган.

— Помоги!

Морган шагнул к ним, доставая фонарь. В белом свете — они увидели лицо агента… его глаза… зрачки с булавочную головку. Такое чувство, что он обкурился в подпольной опиумной курильне до потери человеческого облика.

Но как, если он только что разговаривал с ними?

— Это что такое, на хрен?! — выругался Морган — да он мертвецки пьян!

— Он не пьян! Мы только что разговаривали!

— Тогда что такое?

— Что там?! — крикнул Котчефф

В начале переулка — появилась маленькая человеческая фигурка с большой трубой на плече.

Вспышка!

— Ракетчик на двенадцать! — крикнул один из охранников.

— Ракета!

Инстинкт бросил их на землю… когда летит ракета, ты сначала падаешь на землю, а потом уже все остальное. Кошмарные РПГ-40, их у партизан было все больше и больше, одного выстрела хватало, чтобы спалить джип, грузовик и даже бронетранспортер…

— Контакт!

Ракета врезалась в головной джип — и тот вспыхнул…

— Ракетчик!

— Огонь, огонь!

Морган очухался первым.

— Давай, валим!

— Помоги!

Морган обернулся…

— Брось его!

— Нет!

— Черт…

Благородство потомка луизианской знати сыграло свое.

— Давай!

Застрочи автомат, потом еще один. Они тащили агента к машине…

— Уходим! — Котчефф стрелял куда-то в начало улицы из пистолета. Солдаты пытались спасти кого-то в горящем джипе.

— Подожди!

Они как-то добрались до машины. Затолкали туда еле живого агента. Отблески пламени были единственным освещением.

— Давай, поехали! Давай, давай, давай!

Переднее сидение было свободно, потому Воронцов забрался туда. Между сидениями был держатель, там была автоматическая винтовка Кольт-Коммандо…

— Давай, давай! Надо уехать отсюда!

Морган, сидевший сзади, заорал на ухо водителю:

— Гони, живо!

Водитель как будто бы оцепенел от происходящего. Морган, явно не признававший методов обычной педагогики, шарахнул в окно из револьвера — прямо рядом с ухом водителя. Оглушило всех, даже Воронцова

— Пошел, б…!

Водитель начал выруливать. Толкнул машину… но на газ давить не перестал…

Из здания миссии показался кто-то из шведских гвардейцев, у него в руках была Нева. Экспериментальное оружие, которое было только у шведских гвардейцев и то не у всех. Штурмовая базука калибра 66 — и к ней внизу стрелковый модуль от автомата….

— Жми!

Водитель долбанул по газам. Машина начала ускоряться, насколько тут это было возможно.

— Поворачивай!

Улица была перекрыта поставленными поперек тук-туками — моторизованными повозками с мотоциклетным движком. У них были люди с оружием…

От здания миссии — штурмовая базука ударила прямо в скопление тук-туков. Один из них — отбросило взрывом на стену. Капитан — лейтенант Воронцов подумал, что теперь он должен поставить выпивку всем шведским гвардейцам в день тезоименитства их короля. Или у них королева?

К своему стыду он не знал. Обстановка, знаете ли, не располагает к почитыванию Готского альманаха…

Их машина — ударила в горящие останки тук-туков и разметала их. Прорвались!

…

— Я не знаю, от чего этот человек умер.

Американский врач — типичный еврей с местечка, в очках, в застиранном халате — выключил лампу над столом.

— То есть, как не знаете, Док? — у Моргана были глаза красные, как у альбиносного кролика.

— Клиническая картина соответствует сильнейшему отравлению никотином.

— Что? То есть, он сигарет обкурился что ли?

Доктор покачал головой, сливая что-то на руки для дезинфекции.

— Чтобы получить такое отравление нужно выкурить двадцать сигарет одновременно, не меньше.

— Он и одной не выкурил

— Тогда я не знаю что это. И вот…

Доктор показал на шею Бяо.

— Посмотрите.

Воронцов присмотрелся.

— Что это? Похоже на какую-то ранку…

Доктор усмехнулся.

— Она и есть.

— Вы хотите сказать, его убило это?

— Не знаю, что его убило. Возможно, это был… наконечник стрелы или что-то в этом роде.

— Но где он?

— Возможно, выпал, когда вы везли его сюда.

— Но это не могло его убить. Тут даже крови нет.

— Нет, но есть раздражение. Как будто что-то попало вместе со стрелой…

— Яд?

— Здесь я не могу этого сказать. Нужно проводить исследования в лаборатории.

На пороге импровизированного морга появился вестовой.

— Сэр! — он нашел взглядом Моргана. — Общая тревога. Полковник Ридпат ждет вас на командном пункте. Мне поручено проводить.

— Черт… — Морган посмотрел на сигарету, которую держал и вдруг смял ее пальцами — теперь я точно знаю, что курить надо бросать. Спасибо, Док.

…

— Давно уехали? — спросил Воронцов по-русски, когда они остались одни.

— Давно — врач ответил на том же языке — еще до Великой войны.

— Откуда?

— Местечко недалеко от Вильно.

— Черты больше нет.

Врач посмотрел на русского.

— Я знаю. Но слишком поздно.

Их молчание — прервал далекий грохот. Врач поморщился.

— Обстрел. Мне надо идти.

…

— Постарайтесь выжить. И не попасть ко мне на операционный стол. Не то чтобы я держал зло, но…

Сайгон, Кохинхина. 13 июня 1979 года

Капитан Воронцов, только недавно сошедший с борта самолета в ставшем гражданским аэропорту Танг Сон Нат, ехал по Сайгону, подмечая следы прошедших боев. Опаленные пламенем стены, разбитые огнем артиллерии или раскуроченные танками машины, которые не успели убрать. Кое-где свечи на тротуаре — это местные католики поминают погибших. Боевиков никто не поминает — их просто свалили в общую яму, присыпали хлоркой и закопали — гнить.

Официально — восстание Тет закончилось для Вьетконга поражением, на самом же деле это была победа. Все штурмовые группы были уничтожены, никто по сути не смог выполнить свою задачу кроме тех, кто брал Хюэ. Здесь, в Сайгоне — одна из групп попыталась атаковать посольство, но была перебита, они так и не смогли проникнуть в здание.

Но при этом — нападение Тет вызвало у американцев сильнейший кризис веры. До этого — казалось, что они могут выиграть, что все к тому идет. Но после нападения Тет — стало понятно, что это надолго.

Как выразился один американский аналитик в своем докладе — мы в тоннеле и ждем, пока впереди забрезжит свет. Но на самом деле — там, впереди, нет ничего кроме тьмы…

Американский министр обороны Макнамара на одной из пресс-конференций откровенно заявил: в начале войны у нас было две тысячи целей для бомбардировки. Осталось пятьдесят восемь. Ни одна из них не стоит риска, стоимости пилота и