Операция «Шайтан» - Иван Валентинович Цуприков

Но то, что на самом деле Фарид является командиром их диверсионной группы, а «Файзулла» только играет роль командира, Фёдор понял сразу…

…Проснулся Кулибин от прохладного воздуха, гулявшего в пещере. Спал он в очень неудобной позе, сидя на камне, облокотившись плечом и головой на стену. Почему он оказался не в своем гамаке, а за так называемым «рабочим столом», непонятно. Желание сходить в туалет заявило о себе в полный рост, но выходить наружу Фёдор торопиться не стал.

Размял ноги и спину, сделал зарядку. В конце, по привычке тридцать раз отжался от пола и только после этого почувствовал, что мышцы начинают слушаться, суставы встали на свои места и вместе с ними возвращаются силы. Вспомнился вчерашний разговор с Фаридом и Айваном по разработке операции под названием «Шайтан». Да, для полноценной её разработки нужно собрать множество дополнительной информации о силах близстоящего противника, местной милиции, о близлежащих кишлаках. В принципе, обо всем этом хорошо должен знать Фарид.

«Фарид?.. Или ты армейский майор Николай? Если пришел сюда с отрядом, то мог ли ты вырваться в Кабул, вот в чем вопрос? И если да, то только по договору с настоящим Файзуллой, так?.. Ты же не «кошка, гуляющая сама по себе»? Если все происходит именно так, то к тебе вопросов больше нет. – Фёдор остановился у выхода из пещеры. – В принципе, Фарид, судя по тому, как ты разговариваешь со мной, как с тем, бывшим командиром взвода, сопровождавшего тебя к перевалу Дех-Сабза, то это именно ты. А почему я так думаю?.. Что-то мне про тебя говорил твой коллега и мой тёзка, готовивший меня к забросу сюда. Да-да, так и было. Но тот ли ты Николай?.. Погоди-ка, погоди-ка, это же ты в разговоре со мной одно примечательное словцо вставлял. Кажется…» – Фёдор никак не мог его вспомнить…

Кто-то окликнул Файзуллу, и Кулибин, отозвавшись, вышел из пещеры.

На камне сидел Фарид и, прищурившись от солнечных лучей, смотрел на Файзуллу.

– Что пригорюнился, командир? – спросил он, пожимая Фёдору руку.

«Вот так ты мне и говорил тогда в Дех-Сабзе, – с облегчением вздохнув про себя, подумал Фёдор. – Значит, ты тот самый Николай».

– Шо с хлопчиком будемо робыты, командир?

«Точно, он самый!» – окончательно успокоился Фёдор и слегка пожал плечами.

Да, что ни говори, а сравнивать их положение с партизанами Великой Отечественной войны никак нельзя. Там Красная армия воевала на своей земле. У передовых частей, состоявших из крупных соединений и подразделений, занимавших огромные территории, имевших за собой крепкий тыл, была возможность брать на попечение сирот и найденышей. И то это вышестоящим командованием тогда не приветствовалось, как и в партизанских отрядах.

А что же получается здесь, когда находишься в чужой стране с маленьким отрядом, который не может толком себя обеспечить даже нормальным питанием, не говоря уже о безопасности, медицинском обслуживании, нормальном отдыхе, а теперь еще и заниматься спасенным мальчишкой?.. Нет, это невозможно, парнишку нужно уговорить вернуться в свой кишлак. Чтобы он пришел к тому самому аксакалу, не раз спасавшему его от пришлых моджахедов, и остался жить у него. Последнюю мысль Фарид высказал Кулибину накануне, и теперь Фёдор согласился с ним. Это единственно правильное решение, а для интриги мальчику можно сделать предложение – стать их агентом. Это, пожалуй, единственный выход из создавшейся ситуации. Без надежды на совершение чего-то полезного Фархад Азиз не согласится возвращаться в родной кишлак, где он потерял отца и мать, братьев и сестер.

– А как он будет передавать нам информацию? – спросил Фёдор.

– Мы сами, если нужно, выйдем на него, – предложил Фарид и погладил пальцами правую бровь.

«Ты точно тот самый Николай», – снова отметил Фёдор, обратив внимание на родинку, скрытую в его брови.

– Что так смотришь? – удивился Фарид.

– А?.. Так, ничего… Да. Может, парень должен в определенное время посмотреть на гору и увидеть оттуда отблеск, например, фонаря? – принялся развивать идею с агентом Кулибин. – А если сигнал подавать днем, то это может быть, например, отблеск от стекла?

– Мысль правильная, командир. Только сам ее не забудь. Так и предложим Фархаду. К примеру: в два часа дня… нет, в три Азиз будет выходить к окраине кишлака и смотреть на ближнюю гору. Их кишлак где-то в двенадцати—четырнадцати километрах отсюда, парню нужно время, чтобы добраться туда… Хорошо, Файзулла, оставь это дело за мной, я поговорю с мальцом…

* * *

Солнце уже поднялось выше восточного горного хребта и начало согревать остывшие за ночь камни. На первом наблюдательном посту нес службу Грин, он только сменил Уссу, единственного из наемников, который нравился Фёдору. И в первую очередь из-за своего характера: вдумчивого и спокойного. Плюс, он был открытым и контактным человеком, не отказываясь, делился своим опытом и терпеливо обучал Файзуллу своим хитростям минера. А теперь у него еще новое качество открылось – доброта! Он не только спас афганского паренька, но и не оставлял его теперь без своего внимания, всюду оберегал, чему-то учил, и это несмотря на то что не знал языка дари или пушту, на которых говорил юный афганец.

И как неудобно было Кулибину сделать сейчас шаг, чтобы разорвать эти прекрасные, сложившиеся отношения между взрослым человеком и афганским бача.

Но его заставляет это сделать сложившаяся ситуация, в которой они оказались. Это война в чужой стране, где все они находятся под постоянным прицелом и моджахедов, и шурави, и афганских революционеров. И они – такие же убийцы, как и душманы. А может ли убийца быть добрым?.. Это уже другой вопрос, который сам по себе наслаивается на первый. К своей жертве?.. Нет. Но парень-то не враг им, и еще неизвестно, получит ли он хоть какую-нибудь защиту в родном кишлаке от соседей-дехкан, или от стариков, жизни которых также находятся на лезвии бритвы, как и жизнь этого мальчишки – Фархада Азиза, семью которого недавно уничтожили душманы.

Эти навязчивые мысли только нервировали Фёдора-Файзуллу.

«Сам же Усса согласился вчера со мной, что мальчик, вернувшись в кишлак, может, попав в определенную ситуацию, рассказать о том, где находится наш отряд, – поставил он последнюю точку в своих размышлениях о будущем Азиза. – Пусть даже не под пытками, а так, по детскому секрету расскажет своим друзьям – таким же мальчишкам. А чтобы те точно ему поверили, выболтает, где находится отряд Файзуллы. Ну а те после еще кому-то проболтаются – своим друзьям, старшим или младшим братьям. Фу, опять бодаюсь с самим собой!..» – сплюнул Фёдор.

Уссу он нашел далеко в низине, у ручья. Тот осматривал свои «капканы» – растяжки с сигнальными минами. Увидев спускающегося Файзуллу, поднял руку, прося его остановиться, и показал, как правильно к нему подойти.

– Кэп, не ругайся!..

Файзулла в недоумении посмотрел на наемника.

– Стреляли в пять тридцать, – продолжил Усса. – Далеко стреляли. Фарид ушел туда – посмотреть, вместе с бачатом…

– С бача, – поправил его Файзулла. – С Фархадом, так?

– Да… Бача знает эти горы и все дороги по ним.

– Тропки, – снова поправил его Фёдор.

– Я знаю русский, – поморщился Усса. – У меня семья русская. Дед служил Красная армия, румыны его взяли в плен, когда была война. Он сидел в лагере, а потом уехал в Канаду. Я знаю русский!..

– Хорошо, – приложил руку к сердцу Файзулла.

– Айван на посту, – и Усса показал ему куда-то за спину. – Грин наверху. Ночь была тихой. Что ты решил делать с бача?

– Усса, мне жаль мальца. Он с нами может погибнуть, и там может погибнуть. Нужна еда, одежда…

Фёдор старался не смотреть на наемника.

– Айван видел барана…

– Овцу?

– No, – покачал головой Усса, – wildanimal.

– Понял, дикого барана. Ну и что?

– Матас режет… ну, делает так, – Усса ребром ладони начал стучать по другой ладони.

– А!.. Убил и разделывает?

– Да-да. Смотри! – И Усса показал пальцем на камни.

– На что? – не понял сразу Фёдор.

– Мокрый был! – Усса показал на свой ботинок.

– Не сработали мины? – опять уточнил Файзулла.

Усса покачал головой.

– Кто-то знает нас. Я ходил туда, – показал он рукой в сторону, куда уходили мокрые следы от ручья. – Никого нет. Он видел моя мина.

«Неужели мы получили первое задание? – подумал Фёдор. – Нужно проверить