Назову себя шпионом - Евгений Иванович Таганов

Вся чернота и опухлость тоже заметно уменьшались, однако сам лик Алекса заметно поменялся: шрам на щеке не проходил, и чтобы его скрыть, он отращивал короткую черную бородку, прибавляя себе лет и важности.

2

По-своему реагировали на кулачные приключения Валета в Инкубаторе. Этому были посвящены аж два заседания высокой Тройки. Но если двухминутный ролик с дракой в Буфете встретили под реплики: «Пора ему на краповый берет сдавать», «На криминального пахана уже точно сдал», и никто даже не спросил про мародерский ТТ (как оказалось, генерал с подполковником просто на двести процентов были уверены, что пистолет уже у Стаса), то ситуация с горящим авто была совсем невеселой.

— Это точно были не отельные рэкетиры? — с пристрастием вопрошал Стаса Рогов.

— Клянутся, что не они. Ну не враги же они сами себе. Я четко им объяснил, что ссориться с армейским спецназом им не стоит, что тюремными шконками не отделаются.

— И они поверили, что наш спецназ крышует «Бирему»? — усомнился генерал.

— Почему бы и нет. Сейчас у всех свои доходные места. Да и Валет хорошо свой нрав продемонстрировал. Никакой шкет без железной поддержки на такое не рискнет.

— В «Биреме» что говорят?

— До вчерашнего дня думали, что их босс на дачу в Финляндию укатил.

Рогов с Яковенко вопросительно воззрились на капитана.

— Чертов следователь из больницы поперся прямо в гостиницу наводить справки и про «мерседес», и про нашего Валета. Ева не успела его перехватить… Ну не думал я, что какому-то менту приспичит выяснять про сгоревшую машину богатого хлыща.

— Надеюсь, англичан он не расспрашивал? — возмечтал генерал.

— Боюсь, они узнают по любому. Бабский коллектив, — вздохнул Стас.

— Со всех подписку точно не возьмешь, — согласился подполковник.

Повисла тяжелая пауза. Как к бандитскому налету на Валета отнесутся англичане, которые и до этого выбирались из отеля лишь под охраной? Не свернут ли свои курсы?

Генерал решил сменить тему:

— Настораживает, что кроме этого Севы Ухнова они к Валету никого не подводят. Что там вообще с этим Севой?

— Потому и не подводят, видят, что с Валетом большой каши не сваришь, — высказал свое мнение подполковник.

— Да и у нас не больно хорошая каша получается, — хмыкнул Рогов. Оба подчиненных понимали, что он имеет в виду: пол-Инкубатора, осененных высокими званиями, умениями и зарплатами, должны заниматься кулачными похождениями и сумасбродствами желторотого юнца, ни дня не служившего в армии.

— Как показала проверка, Сева и сам все команды получает по телефону, а конверты с баксами в отдельном месте, — доложил капитан. — Удалось выяснить — копит на жилье в Греции. Почти уже накопил. Теперь копит золотой запас на греческую жизнь.

— Что там с Евой?

— В отсутствие Валета она взяла на себя не только гостиницу, но и Школу. Сначала два-три раза подменила на ресепшене нанятую Грэйс консьержку, теперь эту консьержку и вовсе уволили, и Ева пока полностью подменяет ее с положенной зарплатой.

— И велика ли та зарплата? — поинтересовался Рогов.

— Больше, чем она получает в своем экскурсионном бюро. Там, правда, за три дня в неделю, а тут за пять.

— Может быть, это пока действительно чисто языковые курсы, — предположил Яковенко. — Рекогносцировка на местности, а потом уже переходить к следующей стадии.

— Что с прослушкой?

— Прослушка ничего особого не высветила, — нехотя признался Стас. — Все четверо засланных казачков чинно знакомятся со своими группами и ведут занятия в полном соответствии с привезенными учебниками и учебным материалом. Ни о чем постороннем речь в классах не заходит. После окончания занятий некоторые из учеников, правда, задают им, любопытства ради, и личные вопросы, но все они касаются преимущественно красот Питера и мест, которые мелкобритам непременно надо посетить.

— Как ты сказал? — удивленно воскликнул генерал.

— Это Валет с Евой их так по янычарской привычке называют. Были когда-то великобританцами, стали теперь мелкобритами.

— Что с охранниками?

— Ропщут, что их таких бесценных на копеечном задании используют.

— Пусть ропщут. Что с интернет-газетой?

— Пока подвисла.

— Может, к ней бесценных охранников подключить?

Стас с Яковенко переглянулись.

— Шучу, конечно. Пусть тогда наш миллионер возвращается пораньше.

— С боевыми отметинами?!

— А почему бы и нет. Посмотрим, какая стойка у… мелкобритов будет на это.

3

Однако ехать в отель в нетоварном виде Алекс отказался категорически. Сказал Еве везти его в Треххатку. По дороге поинтересовался:

— Ты говорила, что Чипа и Дейла в «Биреме» не любят. Почему?

— Считают их наемниками из горячих точек.

— А это так?

— Алла их и вовсе боится, говорит, что у них глаза убийц. Те рэкетиры ей и то больше нравились.

— А тебя они слушаются?

— Теоретически да, а практически через губу. Но бакалавры ими вроде довольны.

В квартире Алекс первым делом метнулся к ноутбуку — в больнице никакого интернета не было. Письма были только от Даниловны из Штатов, он их отложил на потом. Пока Ева разогревала магазинную пиццу, отправил послание однокашнику Жорке Хазину:

«Приезжай, есть возможность хорошо подраться».

С Хазиным его связывали кулачный поединок в первый день пребывания в янычарской школе, совместные занятия по испанскому языку и вылазки в выпускном классе на электричках в Москву, где они развлекались, гоняя скинхедов возле общежития Университета дружбы народов. Жорка был настоящим человеком войны, которому прочили выдающуюся краповую карьеру, но после школы он выпендрился почище Копылова, выбрав вместо военного вуза духовную семинарию, где продержался ровно год. Потом, по информации, полученной от Даниловны (как бывшая староста она ревниво отслеживала пути всех однокашников), подался сперва в Тюмень в нефтянники (поработать руками), потом на Мальту (оживить свой английский) и на Тенерифе (оживить свой испанский). Через час Алекса отвлек от ужина тонкий писк ноутбука с ответом от Хазина:

«Готов выехать хоть сегодня. Пароли и явки».

«Завтра у левого копыта Петра I в 17.00» — отстучал он и тут же пришло:

«Буду в 17.30».

Довольно ухмыляясь, Алекс уничтожил переписку и выключил ноутбук.

— Хорошо с девушкой пообщался? — глянула на кухне поверх чашки кофе Ева.

— Выше всяких похвал.

— Про больницу и персональный отель тоже сообщил?

— Разумеется.

— Ты бы хоть фото своей пассии показал.

— А запросто. — Он не поленился сходить за альбомом, который раньше показывал ей из своих рук. Теперь просто вытащил своей гипсовой клешней спрятанный под фото бабушки Дуси снимок Даниловны.

Отставив чашку, Ева внимательно изучила лицо и стати его одноклассницы, потом протянула руку:

— Давай еще.

Поколебавшись, он достал из-под фото медведя на фоне камчатского вулкана снимок малышки Юли