Бездна и росток - Dee Wild

споткнулось и рухнуло в ковыль. Через мгновение, с хрустом выпрямив неестественно выгнутую спину, оно снова появилось и захромало в нашу сторону, изрядно растеряв прыть. А из кустов тем временем вырвались ещё двое. Быстрый взгляд назад – и я вижу ещё троих, резво бегущих с другой стороны поля.

— Не хочу нарушать идиллию, — задумчиво проговорил коммуникатор голосом Умника, — но на датчиках уже с полтора десятка целей, и все они идут к вам.

— Оникс, Бурят, надо убираться отсюда, возвращайтесь из дозора! — Молния сорвалась с места и дёрнула меня за рукав, увлекая в сторону фермы.

Мы неслись вперёд, продираясь сквозь сорную траву, и я слышала позади шелест и животные хрипы. Краем глаза я улавливала какое-то движение в стороне, но нужно было смотреть под ноги, чтобы не навернуться, поэтому я просто бежала вперёд – как бежала много-много раз до этого. Мехапротезы тащили меня вниз, будто к ботинкам прилипли гири. Проклятый Ковчег с его щадящей гравитацией! Лёгкие горели, выжимая из разреженного воздуха каждую молекулу кислорода. Каждый шаг давался с трудом, будто я бежала по грудь в воде…

Сверкнула вспышка на балконе, что-то взвизгнуло над самым ухом, и громыхнул выстрел. Свист, второй залп – хрипящие звуки за спиной прервались хрустом примятой травы.

Дом стремительно вырастал передо мной, мимо отрывисто верещали пули, а Молния уже стояла на крыльце и с плеча один за другим отправляла в полёт поверх моей головы голубые разряды шокера.

Последний рывок, подъём по ступеням – и я, согнувшись в три погибели, перевожу дух на веранде. Быстрый взгляд назад – вот они, приминают высокую траву и протаптывают извилистые тропки, ручейками сходящиеся к фермерскому дому. Несутся, скаля чёрные зубы и брызгая слюной. Пять… Десять… А на границе поля, колыхаясь, как трава на ветру, вставали всё новые силуэты.

— Давайте-ка в дом, девчонки! — Умник на балконе выпустил короткую очередь, и его карабин затих. — Первый магазин вышел!

Ввалившись в прихожую, мы с грохотом захлопнули дощатую дверь и, не сговариваясь, опрокинули поперёк прохода большой одёжный шкаф. Створки распахнулись, вываливая его содержимое на пыльный пол, а в деревянную дверь хрустко ударилось что-то тяжёлое. Доски прогнулись, посыпалась старая краска.

Мы с Молнией лихорадочно волокли к двери всё, что попадётся под руку – увесистые тумбочки, стулья из гостиной. С беспощадным скрежетом по половицам подтащили массивный дубовый стол и подпёрли им завал – адреналин хлестал через край, придавая сил. Мехапротезы гудели, мышцы – тоже, но я не чувствовала боли. Наоборот – во мне поднимался дикий, животный восторг от того, что я ещё могу драться.

Снаружи в дверь звонко колотилось множество ладоней и кулаков. Не люди – хрипящая, ревущая, ненасытная стая. Дерево стонало под их напором, и сквозь щели в косяке пробивался сладковато-гнилостный запах. Вонь падали.

Сверху, в полутьме лестничного проёма возник Умник и негромко спросил:

— Что с ними? Это… какая-то болезнь? Я такого… не видел никогда.

— Уйди с дороги. — Молния отпихнула его и стала подниматься по лестнице.

— Они больше не люди, — сказала я. — Это теперь безмозглые хищники, у которых только одно на уме – жрать… Жрать и… размножаться. Пошли наверх, пока эти черти не догадались вломиться через окно…

Торопливо, но тихо, стараясь не шуметь, я поднималась по ступеням. И сейчас, под аккомпанемент глухого боя в дверь, в сознании вспыхнуло ослепительно-яркими буквами последнее, телеграфно-короткое письмо, полученное от Альберта после отбытия с Пироса на «Фидесе». Пульсирующий постскриптум, так мало говоривший мне в тот момент, но столь выпукло-очевидным ставший сейчас:

«Ты была права. Не нужно было вскрывать этот ящик Пандоры…»

* * *

… Сидя в кабинете хозяина дома на втором этаже, я прислушивалась к горячечной суете, что царила внизу. Доносились хриплые взрыкивания и булькающее дыхание, шаркающие и грохочущие шаги, глухие удары по дереву – наши гости несколько успокоились, но всё ещё метались по веранде в поисках упущенной человечины. Очевидно было одно – они не собирались уходить без добычи…

— Весь эфир забит переговорами про каких-то бешеных, — почти шёпотом сказала Молния. — Я полночи слушала и пыталась понять, что за бешенство тут разыгралось. Оказывается, планету накрыл настоящий зомби-апокалипсис…

На экране спешно схваченного из гостиной лэптопа хаотично двигались многочисленные точки – оставленные снаружи датчики движения показывали всё новые цели вокруг дома. Десятки и десятки, они приближались с разных сторон – но в основном со стороны поля, от просёлочной дороги в отдалении.

Я нервно водила рукой по кобуре на поясе и бросала жадные взгляды на пару тяжёлых пушек, лежащих поверх застеленной кровати, которые перед заступлением в дозор приволок из глайдера Умник.

— Оникс, Бурят, как слышите, приём? — приглушённо позвал он в коммуникатор.

— Слышу вас нормально, — отозвался майор. — У вас там совсем всё плохо, да?

— Мы не сможем выйти из дома, под стенами собралась целая толпа. Они больны и агрессивны, человеческого в них уже ни на грамм. Проверять, сожрут или нет, желание отсутствует. И покидать нас они пока не планируют.

— Есть идеи?

— У меня есть. — Голос Бурята в наушнике был слегка хриплым, спокойным и меланхоличным, будто он каждый день попадает в подобные ситуации. — Я могу пробраться в амбар, взять мобильный штаб и забрать вас с крыши.

— Одного там тебя загрызут в два счёта, — прошипела Молния. — Это чрезмерный риск.

— Верно. Поэтому вы должны отвлечь уродов на себя. Справитесь?

Мы с Молнией переглянулись. Выбор-то всего и был – либо рискнуть и попробовать сбежать отсюда, либо ждать, пока чудовища вломятся в дом… По соседству с кабинетом, в котором мы окопались, располагалась спальня. Она представляла из себя огромную двуспальную кровать, вокруг которой, казалось, и был построен этот дом. Рядом с широким панорамным окном, задёрнутым плотным тюлем, примостилась дверка на балкон. Поклявшись не расставаться с оружием более ни на секунду, я на цыпочках вышла в соседнее помещение, чтобы навести шум.

— Блин, мы даже позавтракать не успели, — с досадой посетовал Умник. — Бурят, ты просто обязан спасти машину с нашими пайками.

— Если бы не ты со своими долбаными фазанами, мы бы спокойно провели разведку, — вполголоса распекала его Молния, — а теперь того и гляди позавтракают уже нами. Сиди тут ровно и сторожи оборудование, понял?

Я аккуратно сдвинула занавеску и выглянула через