Дикий сын - Джек Карр

Пайн продолжал постукивать по iPad, обдумывая варианты и наихудшие сценарии.

— Я хочу, чтобы вы поблагодарили мужчин и женщин, которые готовились к этой возможности. — Пайн сделал паузу для эффекта. — Но нет, ни черта мы не будем вторгаться в обладающую ядерным оружием Россию, чтобы вернуть одну девушку и её брата, которые, возможно, уже мертвы. Вы хоть представляете, какой международный инцидент это вызвало бы? Отношения с Россией и без того в дерьме. Это может начать новую холодную войну, а то и третью мировую!

— Сэр… — попыталась возразить Мотли.

— У вас была возможность высказаться, юная леди; теперь моя. Никакого президентского решения не будет. Никакой миссии не будет. Отправляйте своих людей обратно в Брэгг, или Коронадо, или откуда они прибыли. Я хочу, чтобы NDA были подписаны всеми, кто в курсе. Мне не нужно, чтобы кто-то из этих засранцев жаловался своему конгрессмену.

— Сэр, разве президент не должен взвесить… — вмешался Родригес.

— Насколько это касается вас, я и есть президент. Ему не будут докладывать об этом, и любая попытка обойти меня и добраться до него станет концом карьеры для всех причастных. Я ясно выразился?

Оба шпиона промолчали, но кивнули в знак признания.

— Хорошо. — Тон Пайна сменился с разъярённого на почти женоподобный в мгновение ока. — Эта комната защищена. Оставьте ваш Оперативный план для исполнительных файлов. А теперь, я уверен, у ЦРУ есть другие угрозы нашей национальной безопасности, на которых стоит сосредоточиться. Благодарю за визит и прошу насладиться остатком вечера.

Он встал и вышел за дверь, не пожимая руки. Ему только что передали ценную информацию. Если он сможет передать её вовремя, это может принести ему дивиденды, когда президент покинет свой пост. Ему нужно было навестить одного старого друга.

Информация действительно была властью.

ГЛАВА 59

[ЗАСЕКРЕЧЕНО X X X X X X X X X X X X X X]

РИС ВСМАТРИВАЛСЯ В тепловизионный прицел своей SR-25 E2, сканируя пространство вокруг бункерообразного строения на предмет признаков человеческой активности. Легковесный тепловизионный прицел (LWTS) был смонтирован перед его дневным прицелом Nightforce и делал любую живую цель в поле зрения заметной, как уголь на снегу. Рис находился на ближайшей из трёх позиций прикрытия, чуть более шестисот ярдов от целевого здания. Единственное движение, которое он заметил, исходило от штурмовых элементов, приближающихся к строению с двух направлений. Операторы двигались быстро и бесшумно, с опытом сотен миссий на вражеской территории, они наводняли здание, мастера смертоносного балета.

Рис переместил оружие и, используя оптику, осмотрел пространство позади своей позиции, чтобы убедиться, что никто не зашёл к ним за спину. Всё чисто. Его функция прикрытия, лишённая ответственности и хаоса командования, напоминала ему добрые старые времена, когда он был рядовым снайпером SEAL. Он снова переключил внимание на объект как раз вовремя, чтобы увидеть, как штурмовики установили свои подрывные заряды на бетонном здании. Инстинктивно он отвёл глаза.

Мощный взрыв потряс здание, передовой элемент ворвался через проёмы, созданные тщательно подготовленными кумулятивными зарядами. Расстояние и глушители скрадывали звук выстрелов, но Рис знал, что бои были стремительными и жестокими. После десяти секунд, которые показались десятью минутами, Рис услышал сержанта-майора Холлоуэя по радио: — Объект чист. Передаю TOUCHDOWN Dugga Boy. TOUCHDOWN Lioness.

Операторы удерживали периметр вокруг объекта цели, их драгоценный груз был хорошо защищён в центре внутри фаланги закованных в броню операторов. Быстрый взгляд на экран его нагрудного устройства ATAK, по сути, смартфона с детальным картографическим программным обеспечением, настроенным для военного использования, подтвердил позиции дружественных сил и местоположение посадочной зоны. Границы между войной и видеоиграми официально размылись.

Рис и остальная часть его снайперского элемента были в двухстах ярдах, когда услышали, как приближается странный звук малозаметных вертолётов. Он наблюдал, как штурмовики погрузили заложницу в первый Black Hawk, который немедленно взлетел, унося её в безопасное место. Он ускорился до бега трусцой, поворачиваясь каждые несколько секунд, чтобы проверить свой тыл. Инстинктивно он пригнулся, проходя сквозь поток воздуха от винтов, и забрался внутрь вертолёта вместе со своей снайперской командой и частью штурмового элемента. Желудок его сжался, когда пилот резко увеличил тягу, и мощная птица рванула в небо. Ноги Риса свисали из открытой грузовой двери Black Hawk, его винтовка была готова поддержать 7,62-мм миниганы экипажа, если потребуется. Вскоре они покинули объект, скользя низко над землёй на высокой скорости. Если не считать механической неисправности или угрозы перехвата российским истребителем, они были вне опасности.

— Всем подразделениям, это АРГО ШЕСТЬ. Endex, повторяю, Endex. — Рис услышал позывной командного элемента через гарнитуру Peltor, которую он носил под баллистическим шлемом. Это был сигнал окончания учения. С точки зрения Риса, оно прошло исключительно хорошо.

Теперь им предстояло сделать это по-настоящему, против вооружённого врага, защищающего родную землю.

Даже опытные профессиональные коммандос испытывали эйфорию от хорошо проделанной работы, и настроение во время разбора было лёгким, но серьёзным. Каждый пилот, оператор и солдат поддержки, участвовавшие в операции, находились в комнате. Мужчины в пропитанных потом боевых униформах потягивали кофе, Kill Cliff, Gatorade или Red Bull, каждый боролся с циркадными ритмами своего тела, которые говорили, что давно пора спать. Часы на стене показывали начало пятого утра, и, несмотря на то, что они тренировались каждую ночь и спали днём последние пять дней, все были истощены.

Культура спецопераций уникальна своей готовностью игнорировать звания, когда дело доходит до предельно честных оценок действий. Хотя миссия прошла хорошо, всегда есть место для улучшения, и люди в комнате не стеснялись в выражениях о том, что могло бы пройти лучше. Запись штурма с дрона воспроизводилась на больших экранах и ставилась на паузу в различные моменты для обсуждения. Передвижения каждого отдельного оператора можно было отследить с помощью программного обеспечения ATAK, и они отображались и изучались так же, как игровые записи в раздевалке футбольной команды. Технология не оставляла сомнений в том, кто что делал и когда.

Роль Риса была ролью связного от Оперативного подразделения, он был там, чтобы поддерживать высокоспособных операторов, которые будут выполнять спасение. У него была репутация надёжного боевого командира, а поскольку его послевоенные подвиги дали ему почти легендарный статус в этом сообществе, сержант-майор Холлоуэй спросил, не хочет ли он что-нибудь добавить.

— Просто, что будь я на Медном, нет другой группы убийц, которую я больше хотел бы видеть вышибающей дверь для выполнения работы. Спасибо вам всем за…