Дикий сын - Джек Карр

Сержант-майор Холлоуэй скрестил руки и опустил голову в раздумье.

— Ну, думаю, это более разумно, чем пытаться прописать по 1149 один из вертолётов. Сколько комплектов?

— Пять должно хватить.

Холлоуэй провёл рукой по своей сильно заросшей щетиной физиономии, будто просчитывая возможности.

— Думаю, я могу расстаться с пятью такими комплектами во имя межведомственного сотрудничества. После 11 сентября мы все должны делиться информацией и игрушками. Как ты знаешь, мы всегда путешествуем с дополнительным снаряжением, особенно когда заранее не уверены в предстоящей миссии.

Рис облегчённо вздохнул. — Спасибо.

— Не за что. Я попрошу Маркуса подготовить для тебя 1149-е на подпись, и парни помогут всё загрузить.

— И, Кристиан, просто любопытно, сколько времени пройдёт, прежде чем это всплывёт в системе?

— Всплывёт при следующей инвентаризации через… — Холлоуэй посмотрел на дату на своём G-Shock. — Двадцать дней. Но даже тогда это будет значиться как переданное тебе по 1149. Пока они нам не понадобятся обратно, а они не понадобятся, это официально собственность Центрального разведывательного управления.

[ЗАСЕКРЕЧЕНО X X X X X X X X X X X X X X X X X]

Аэродром эксплуатировался совместно, половина — Береговая охрана, половина — гражданская авиация, самолёты [ЗАСЕКРЕЧЕНО X X X X X X X X X X] стояли напротив набора гражданских самолётов, в основном одномоторных винтовых. Хотя [ЗАСЕКРЕЧЕНО] обычно не видел большого трафика Gulfstream, его [ЗАСЕКРЕЧЕНО] взлётная полоса давала достаточно места для посадки бизнес-джета. Он мягко коснулся земли, с пневматиков слетели клубы голубого дыма.

Пилот направил джет к чёрному Chevy 2500 Suburban, припаркованному снаружи одного из гражданских ангаров рядом с FBO на южной стороне аэродрома. Джеймс Рис опирался на капот. Двигатели ещё не смолкли, когда дверь откинулась вниз и по ступеням спустилась Лиз Райли.

— Ты теперь летаешь на этой штуке? — спросил Рис.

— Я всего лишь второй пилот. Работаю над рейтингом пилота. Долго не задержимся, учитывая, что вы с Рейфом катаетесь по всему миру! Спасибо, что помогаешь мне с налётом.

— Лиз, у меня есть кое-какое снаряжение, которое нужно загрузить. Его не много, но, думаю, лучше положить в багаж. У тебя на борту есть ноутбук? Мне нужно кое-что спланировать на обратном пути в Монтану. На этой штуке есть Wi-Fi?

Лиз кивнула. — Конечно, есть Wi-Fi. Это же G550. Ты что думаешь, мы Spirit Airlines?

Двое друзей не теряли времени, открывая заднюю часть внедорожника и загружая кейсы Pelican и баулы в Gulfstream. Лиз прикинула приблизительный вес снаряжения и сделала пометки на iPad.

Через двадцать минут после того, как G550 коснулся земли, топливо было дозаправлено, пилоты подали план полёта, и они снова были в воздухе, направляясь в Калиспелл.

ГЛАВА 61

Нефтяная компания «Петербург», Санкт-Петербург, Россия

СВЕТЛАНЕ ПО-НАСТОЯЩЕМУ БЫЛО его жаль. Он преобразился за последний месяц, обрёл уверенность, пока воплощал свой план в жизнь, только чтобы снова уйти в свою скорлупу, когда этот план обернулся полным провалом. Она не могла не задаться вопросом, имела ли к этому какое-то отношение флешка, которую она передала в СВР. Может быть, однажды она даже отведёт его домой и поможет ему найти удовольствие в настоящем сексуальном опыте вместо тех фабричных конфузов, которые она использовала, чтобы получить доступ к его компьютеру. Кто знает? Возможно, она и сама бы получила удовольствие.

— Я заварила вам чай.

— Спасибо, Светлана, — сказал он, продолжая вглядываться в компьютер. — Вы поедете домой на метро сегодня?

— О, Оливер, вы слишком много работаете. Метро работает только до полуночи. А уже половина первого.

— Мне так жаль. Я потерял счёт времени. Позвольте мне вызвать такси, — предложил Оливер, потянувшись к рабочему телефону.

— Вы слишком добры, но не беспокойтесь. В городе полно такси, даже в этот час. Я справлюсь. Только не засиживайтесь допоздна.

Она задержалась на мгновение, положив руку ему на плечо и чувственно сжав его. На его брюках не было заметно никакого движения.

— Не буду, — солгал Оливер. — До завтра.

— До завтра, — повторила она.

— Спокойной ночи, Светлана.

Как только она ушла, Оливер взял свой сотовый телефон и отправил сообщение. Затем потянулся за трубкой и встал, подойдя к большому стеклянному окну, которое доминировало над стеной его кабинета.

Четверо мужчин заняли позиции на безлюдной улице внизу. Один прошёл мимо здания и занял пост в дальнем конце улицы. Ещё один бездельничал на противоположном конце квартала, в то время как двое других свернули в переулок.

Оливер знал бы, что это головорезы из братвы, даже если бы он только что не отправил им сообщение о том, что их цель вот-вот покинет здание. В своих тёмных куртках, джинсах и вязаных шапках они выглядели соответственно.

Светлана поглядела вверх и вниз по улице в поисках такси, а затем направилась на север, к углу, где поймать его было бы легче.

Она туда так и не дойдёт.

Двое головорезов вышли из теней ей навстречу. Сердце Оливера забилось чаще, когда он увидел, как она остановилась и отступила на шаг, а затем протянула им свою сумочку.

Она метнула взгляд вверх, к окну его кабинета, и когда она это сделала, Оливер зажёг свою трубку. Когда пламя от деревянной спички осветило его силуэт сквозь стекло, появились ножи. Они набросились на неё. Оливер видел, как три тела смешались в жестокой схватке за выживание, и уловил блеск лезвия, отразившегося в свете уличного фонаря.

Его дыхание участилось от возбуждения при этом вуайеристском зрелище. Возможно, он и не мог вести людей в бой, но проявил ловкость в найме мелких уголовников для засад на ничего не подозревающих. Он проделал это давным-давно в Буэнос-Айресе.

Наблюдая за первобытным танцем, разворачивающимся на мрачной улице, он ощутил уже знакомый подъём в области брюк.

Его рука нашла путь мимо ремня в штаны. Одно движение — и колени его задрожали, когда он навалился на стену в поисках опоры, едва не выронив трубку, пока его тело содрогалось.

Придя в себя, он увидел, как чёрный седан Mercedes подъехал к тротуару. Двое наблюдателей присоединились к двум с ножами, и все четверо втиснулись в немецкий автомобиль, прежде чем он умчался прочь.

Оливер думал о жизни, покидающей его помощницу с материнской заботой, о её крови, стекающей в сточные канавы старого города. Выпрямившись, он положил трубку на стол и пошёл