Вернуться 6 - Альберт Кириллов

ошмётки чужой плоти). — Хвати, я грязный, — он мягко отстранил Настю. — «Обнимашки» продолжим в отеле. Давайте все в эту машину, — показал рукой на «Тойоту». — А мы с Архипом делом займёмся.

Перекидываясь репликами, чумазые, уставшие и замызганные подруги полезли в машину, пытаясь уместиться в ней всем кагалом.

Василиса с Катериной залезли на передние сиденья, а остальные кое-как залезли на заднее, устало переругиваясь и пытаясь уместиться там вчетвером. Благо, размер салона позволял. Тесно, но терпимо.

— Ох, тыж, — присвистнул Архип, увидев в близи задние колёса «Хаммера». — Это чего такое?

— Стреляли, — пожал плечами Герман, подходя к капоту «Хаммера». — Да чтоб тебя, — устал так, что забыл открыть из салона капот,

Злость, усталость и обычная лень — раздался звук ломаемого металла (запирающий замок, — прим.), а потом окинутый капот с грохотом треснулся о крышу машины, чуть не выбив ветровое стекло.

— Капот у «Тойоты» открой, — сказал Архипу Герман, ища аккумулятор в подкапотном пространстве. Как-то раньше не было у него возможности осматривать внутренности двигательного отсека данного автомобиля. — Нашёл, — батарея была найдена.

— А как ты собрался клеммы снимать? Есть ключи? — хмуро сказал Архип, увидев две массивные гайки, крепившие пусковые провода на клеммах батареи.

— Ручками, Архип, ручками, — спокойно заявил Герман, пальцами правой руки ухватив гайку на «минусовом» проводе, а потом одним движением прокрутив гайку, сорвав кожу на пальцах до мяса. — Не тормози, — глянул на Архипа.

— Твою мать, — поморщился Архип, увидев кровь и порванную кожу.

Метнулся к водительской двери «Тойоты», залез внутрь, отодвинув недоумённую Катерину; нагнулся и нашёл рычаг открытия капота.

— Не влезет, — авторитетно заявил, стоя рядом с открытым им капотом, когда Герман поставил вытащенный аккумулятор на песок рядом с бампером.

— Впихнуть невпихуемое — это наше всё, — пальцы Германа сорвали на батарее «Тойоты» одну гайку, а потом и вторую. — Не, ну не козлы? — возмущенный взгляд в сторону Архипа.

Высаженная в ноль батарея полетела в песок, а заимствованная батарея, как оказалась, не влезала на положенное место. По длине в самый раз, а вот ширина у «американца» оказалась больше. На пару сантиметров, но две металлические планки, удерживающие батарею, не позволяли установить её на штатное место.

— О, в самый раз, — заявил Герман, просто отогнув одну из планок в сторону. — Ну вот, а ты боялся, — бросил Архипу, вогнав аккумулятор на специальную площадку для него и накинул клеммы. — Заводи.

Архип выгнал недовольную Катерину с водительского места, коснулся ключа и повернул его в зажигании. Двигатель прокрутился и… не завёлся. Всё просто замерли, но тут Архип повернул ключ во второй раз.

Очередной проворот и двигатель рыкнул, а потом мерно и ровно замолотил. Вызвав этим у всех вздох облегчения.

— Пронесло, — с заметным облегчением сказал Архип.

Герман особо не претендовал, но за руль пришлось сесть именно ему. Как самому габаритному из всей компании: его туша по размерам на две с половиной девушки из их компании тянула, а по весу — на двух.

Архип с Василисой умастились на переднем сиденье, долго определяясь, как именно будут сидеть: рядышком или она на коленях у него. Остальные сильно уплотнились сзади. Выбирать всё равно было не из чего. И лучше так ехать, чем пешком идти.

«Навигатор» в машине был им в помощь, так что задумываться и искать дорогу в пустыне не пришлось. И спустя какое-то время «Тойота» проскочила, не останавливаясь, стрелковый полигон, а затем достигла конечной точки — окрестностей офисного здания.

Герман близко подъезжать не стал, вырулив поближе к месту, где они оставили автобус с водителем-пакистанцем. Остановившись в темном месте и заглушив двигатель.

— Вот козлина! — чуть не выматерился Герман, когда понял, что ни того, ни другого — нет. Хотя… а может это и к лучшему.

— Всё в порядке? — забеспокоилась Настя, увидев, что муж задумчиво рассматривает пустой участок дороги.

— Да, всё хорошо, — кивнул Герман.

Как ни крути, но этот водитель — свидетель!

Так ещё офисное здание, сука, не сгорело, как он надеялся. Здание стояло, как ни в чём не бывало! Были видны следы копоти рядом с разбитым окном комнаты, где стояла видеоаппаратура,

Это не по плану!

Насчёт убитых Герман не беспокоился. Его волновало то, что в здании остались его кровь и потожировые следы. Экспертизы по выявлению ДНК начали делать ещё в восьмидесятых, но широкое распространение в криминалистике появилось в начале двухтысячных. Во всяком случае, в России это было именно так.

И то, изначально они были очень редки. Из-за их трудоёмкости, сложности и непомерной цены. Стоимость доходила до 10 тыс. долларов. Так что такие экспертизы делали только по очень резонансным делам, когда удавалось выбить деньги из своего руководства.

Только вот образцы крови, даже засохшие, собирались и хранились как вещественные доказательства. И когда у правоохранительных органов появились деньги, а стоимость экспертизы резко снизилась, то сохранённые образцы стали прогонять через подобные экспертизы. Многие преступления, совершенные в конце 20 и начале 21 веков, были раскрыты спустя десятки лет после их совершения.

Преступники, совершившие тяжкие преступления: убийства, разбои и изнасилования, сильно удивлялись, когда через 15 — 20 лет на их пороге оказывались с наручниками сотрудники правоохранительных органов.

В ОАЭ как с этим дело обстоит Герман понятия не имел, но вот денег у них было завались, так что их местные могли сейчас во всю использовать эту дорогостоящую технологию. Полиция в восторг не придёт по поводу похищения на их территории иностранных граждан. Но и по поводу образования у них нескольких трупов веселиться тоже не будут.

Значит надо довершить начатое, а именно внести хаос в сложившуюся ситуацию, чтобы не оставлять улик на месте побоища.

— Сидите в машине, — приказал Герман, затем вышел из машины и скачками унёсся в сторону здания.

— Куда он? — спросил Василиса у Архипа, ерзая у него на коленях.

— Я-то откуда знаю, — прокряхтел парень.

Ехали всего ничего, но Василиса «отсидела» ему ноги напрочь. Очень хотелось выйти и размять нижние конечности. Вот только спорить с Германом ему совершенно не хотелось. Тот пропал в здании, а время тянулось бесконечно долго, так что уже выть хотелось.

— А мы уйдём на север, а мы уйдём на север, — напевал себе под нос Герман, разливая по полу первого этажа