Современный зарубежный детектив-25 - Арнальдур Индридасон

две белые березки, стараясь держать голову так, чтобы не забрызгать форму. Потом вытер рот платком, который достал из заднего кармана. Джанет коснулась плеча Бейтса, но тот лишь покачал головой, подхватил пластиковый пакет и зашагал обратно к дороге. Что ж, добавили корма воронам. На этот раз хоть рвота не отравленная.

Толанд убрал пакет для вещдоков в багажник, и они немного молча постояли на обочине. Потом он сказал:

– Поеду домой, надо рот прополоскать.

– Понимаю, – кивнула Джанет.

– Но спасибо. За то, что нашли. И позвонили. Отдам судмедэксперту в понедельник, как только лаборатория откроется. А когда у нас будет что-то неопровержимое, снова пойду к шефу и скажу, что он был прав.

– В каком смысле?

– В таком, что я потрогал – и завоняло.

* * *

Сидя за рулем, Толанд ломал голову, чем Джои Пицио настолько кого-то достал. Внезапно его охватила тревога: а ну как к этой истории причастен троюродный братец покойной матушки? Если смерть Джои как-то связана с угрями, что казалось вполне вероятным, то она не могла тем или иным образом не задеть и Томми Б. Донована, Короля угрей. Толанд никогда не считал дальнего родственника, которого всячески избегал, потенциальным убийцей, однако более неприятного персонажа на острове было еще поискать, и Бейтс вовсе не гордился подобным родством.

Бывшая жена Томми Б. получила несколько судебных постановлений, запрещавших ему приближаться к ней, но в конце концов просто уехала из штата вместе с детьми, к их общему облегчению. Куда Донован девал заработанные на угрях деньги, никто не знал: жил он как нищий, а одевался еще хуже. Единственной чистой и новой вещью был желтый пикап, в бардачке которого лежал заряженный пистолет, а на номерах значилось «EELKING»[644].

У Бейтса осталось о родственнике только одно ясное воспоминание. За ужином в День благодарения, когда Толанд был еще совсем маленьким, его незамужняя тетушка Дебра умудрилась отломить длинный конец вилочковой кости индюшки[645], и Томми Б., которому достался короткий, схватил с доски разделочный нож и бросился на нее. Пожилая тетка выскочила из столовой в гостиную, потом юркнула в кабинет, где прижалась спиной к шкафу с древним телевизором и в ужасе завизжала, а преследователь ткнул ножом в полированное дерево в полудюйме от ее руки, обломав острие. Мама вытащила Толанда из-за стола под истошные крики тетушки Дебры, что это, черт возьми, всего лишь дурацкая косточка.

– Не сбудется твое желание, – рыкнул Томми Б.

– Да уже не сбылось, – огрызнулась тетушка Дебра. – Ты все еще топчешь землю и жрешь.

Томми Б. расхохотался и принялся накладывать себе добавку.

Толанд был еще слишком мал, чтобы понимать слово «пьянь», но после этого Томми Б. больше не приглашали. Разделочный нож с обломанным острием так и остался в хозяйстве как напоминание и в итоге пережил его мать.

Несмотря на повадки Томми Б., а может, наоборот, благодаря им, все рыбаки с лицензией на лов угря знали, что у них есть надежный защитник. Сила. Человек, готовый угрожать насилием, чтобы держать подчиненных в узде, но в то же время тщательно выстроивший отношения с губернатором для защиты общих интересов. Над дорогой сгущались сумерки, и Толанд Бейтс мысленно вознес молитву высшим силам, чтобы расследование не привело его к Томми Б., троюродному брату матери, однако для успокоения понадобилось бы знамение свыше. Знамения не последовало.

* * *

Томми Б. Донован знал губернатора Бердвелла очень давно. Много лет назад, когда Бердвелл только избрался под лозунгом всемерной поддержки местного бизнеса, Томми Б. обратился к нему с просьбой защитить угрёвый промысел от неоправданных нормативных требований вроде ограничения числа добываемых мальков и сроков лова. Бердвелл согласился помочь за небольшой процент от прибылей, что тогда показалось Томми Б. вполне разумным.

И все шло прекрасно, пока Бердвелл не проиграл на выборах и в губернаторской резиденции не обосновалась экологическая активистка. Ограничения и учетные карточки стали реальностью, и Томми Б. не знал, как вернуть прежние порядки. Поэтому он обрадовался звонку от теперь уже бывшего губернатора и, надев самые приличные джинсы и чистую фланелевую рубаху, отправился к нему.

Дверь он открыл без стука, так что Кэт Резерфорд подскочила в своем кресле.

– Обними меня, сестренка, – приветствовал ее Донован.

Кэт, сделав полупируэт, чтобы уклониться от его лап, провела посетителя прямиком в святая святых Бердвелла, даже не предложив кофе: свиньям кофе не полагался, за исключением босса.

– Томми Б., – осклабился экс-губернатор. – Спасибо, что заглянул. Я думаю о тебе с тех самых пор, как перекрыли кислород.

Томми Б., который никогда не улыбался, сел, не дожидаясь приглашения.

– Одно время дела шли отлично, – поделился он, – а дальше понеслось. Сначала придумали проклятые учетные карточки, потом остановили грузовики – хоть вешайся.

– Рад, что до этого не дошло. Думаю, нам удастся снова наладить процесс.

– Собираешься грохнуть губернатора?

– Осторожно: стены имеют уши. Но на самом деле вряд ли есть необходимость в столь радикальных мерах, – фыркнул Бердвелл. – Я постараюсь, чтобы эту милую даму не переизбрали, когда придет время, однако, пока суть да дело, у нас есть некоторое влияние в лице прекрасного молодого человека по имени Гэри Келл из Департамента рыболовства и охраны диких животных.

– Тот самый парень, который остановил перевозки? Что за бред.

– Он весьма амбициозен, – не смутился Бердвелл. – Я считаю, он поддержит нашу позицию. Например, сделать послабления. Дерегулировать. В то же время все знают, что Келл ратует за экологию. Мы организуем народную инициативу, ведь у нас в штате все решают избиратели, благослови их Господь. Они могут отменить закон или нормативный документ, просто дернув за ручку машины для голосования.

– Какого только идиотизма не придумали. Так этот Келл, значит, и герой, и злодей одновременно, – пробормотал Томми Б. – Как повернуть.

– Он вменяемый, скажем так. И готов сотрудничать. А я со своей стороны могу посодействовать.

Томми Б. кивнул.

– А от меня-то что нужно? Я в схеме вроде не участвую.

– Ну, мои обычные десять процентов, когда дело выгорит, – ответил экс-губернатор. – И некоторое влияние. Мне хотелось бы объединить рыбаков и создать что-то вроде официальной коалиции, вроде… как бы ты это назвал?

– Профсоюз?

– Ладно, пусть будет профсоюз. Можно учредить пенсионный фонд, общий фонд на медицинские расходы, такого рода вещи.

– И ты запустишь туда руки, – буркнул Донован.

Бердвелл нахмурился. Томми Б. пожал плечами.

– Просто мне показалось, – продолжил экс-губернатор, – что логичным источником финансирования народной инициативы, организовать которую стоит недешево, но которая принесет столько выгод тебе и рыбакам, были бы… даже не знаю, как выразиться яснее. Ты и твои люди. Скажем, для начала тысяч двадцать пять или тридцать. А когда дело пойдет,