В сумерках моря - Вадим Юрьевич Панов

внимательно, если не до мелочей, то близко к этому, но кое-чего начальник охраны предусмотреть не мог. Во-первых, что Буня организует засаду так близко от виллы – эта территория считалась безопасной; во-вторых, что засада окажется настолько неожиданной. Воздушной. Беспощадной. И, возможно, первой подобной в истории крымского криминального мира: атака дронов. Идея, разумеется, принадлежала Читеру. Цезарь её сначала забраковал, сказал, что подобной выходкой они всю полицию на уши поставят, но Читер настаивал, Буня его поддержал и Цезарь задумался. Думал долго, тщательно взвешивал «за» и «против», но в конце концов приказал достать нужное оборудование: три дрона с таким количеством взрывчатки, что каждый из них мог подбить танк. И плевать ему стало на то, что взрывы прогремят не на войне, а на обычной дороге, потому что Цезарь согласился с Читером: быстро, эффективно, гарантированно.

Сначала операторы атаковали оба «Cadillac Escalade», превратив их в два горящих костра. Третий дрон держали в резерве, не показывали, прятали за скалой – нужно было вычислить, в каком из искорёженных внедорожников ехал Кимиев. А когда увидели, что и «BMW», и «Land Cruiser» остановились, а сидевшие в них бандиты бросились ко второму горящему «Escalade» – ударили по нему повторно, чтобы наверняка.

* * *

– Кто там?

Постучали мягко, без агрессии или напора, поэтому девушка не почувствовала угрозы. И даже стук услышала не сразу – в наушниках играл старый, тысяча девятьсот семьдесят первого года альбом группы Can – «Tago Mago». Услышала, когда стук повторился, став чуть сильнее, но открывать не стала. И к двери не подошла. Хотя понимала, что преграда так себе, выбить её не составит никакого труда даже для мужчины среднего сложения. И деваться ей, получается, некуда – под оконными проёмами двадцать метров прямой дороги вертикально вниз, на каменистый пляж.

– Майор Тихомиров. Мы встречались не так давно.

Да, голос его, и по спине девушки пробежал неприятный холодок.

– Что вам нужно?

– Поговорить.

– Я рассказала всё, что знала.

– Открылись новые обстоятельства, и я хочу, чтобы вы их объяснили.

– Какие обстоятельства?

– Пожалуйста, не усложняйте, ситуацию. – Майор добавил в голос металл. – Дайте мне войти.

Взволнованная девушка уже дважды вызывала Феликса, но он не отвечал, видимо, был занят.

– Вы ведь понимаете, что я не уйду?

– Понимаю, понимаю…

Третья попытка дозвониться до Феликса оказалась столь же неудачной, как предыдущие, и Джина решилась: спрятала телефон в задний карман коротеньких джинсовых шорт, открыла дверь и отступила, неприветливо разглядывая полицейского.

– Вы одна?

– Теперь нет. А почему вы спрашиваете?

– Привычка.

– Сочувствую вашей жене.

– У неё всё хорошо.

– Не сомневаюсь.

Войдя, Тихомиров быстро, но внимательно оглядел помещение, задержав взгляд сначала на топчане с расстеленным спальником, затем на одежде в плетёных креслах и наконец на пустых оконных проёмах.

– Не дует?

– Вдвоём тепло.

– Ах, да…

– О чём вы хотели поговорить?

– О том, что вы здесь делаете, Юля? – Тихомиров назвал девушку тем именем, которое прочитал в документах во время первого разговора в Утёсе.

– Жду Феликса, – спокойно ответила девушка. – Когда он приедет, мы отправимся ужинать.

– Я имею в виду – в Крыму.

– Отдыхаю, загораю, купаюсь, ем вкусную еду…

– Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду, – оборвал девушку майор. И без спроса уселся в одно из кресел, прямо на одежду, которая на нём лежала. – Ваше полное имя – Юлия Михайловна Архипова, вы – родная сестра Евгении Михайловны Архиповой, которая в прошлом году стала жертвой Подёнщика. Для чего вы приехали в Крым?

– Мне запрещено посещать полуостров?

Но майор никак не среагировал на вопрос девушки.

– А я ещё никак не мог взять в толк, почему Юлию называют Джиной, а не Джулией? – Тихомиров театрально покрутил головой. – Для чего вы приехали в Крым и выдаёте себя за сестру?

– Вы проверяли мои документы и знаете, что я ни за кого себя не выдаю.

– Почему вы представляетесь Джиной?

– Мне всегда нравилось, как называли сестру. – Юля вздохнула. – Вот я и подумала, что нужно взять себе это имя. В память о Джине.

Тихомиров помолчал, нажал кнопку вызова на своём телефоне. Через несколько мгновений из рюкзака девушки послышался звонок.

– Её имя и её телефон?

Юля закусила губу.

– Тот самый телефон, который при ней не нашли?

– Уходите, – предложила девушка. – Вы не имеете права здесь находиться.

– Я сам решу, на что у меня есть право! – рявкнул Тихомиров. – Откуда у тебя телефон сестры?

– Уходите!

– Откуда у тебя телефон сестры? – Майор так резко вскочил с кресла, что девушка в испуге отшатнулась к оконному проёму. – Почему ты представляешься её именем? Что ты делаешь в Крыму? Как со всем этим связан Феликс?!

* * *

Не всегда получается успеть вовремя.

И не всегда это происходит из-за того, что не страдаешь пунктуальностью, гораздо чаще в дело вступают внешние обстоятельства, которые мешают сделать дело именно тогда, когда нужно. Например, когда противник не имеет возможности защищаться.

Читер понимал, что из Судака Жёлтый и его люди отправятся без стволов – никто, пребывая в здравом уме, не станет цеплять дробовик к мотоциклу, как это делал герой американских боевиков. И пистолеты не возьмут, мало ли, полицейские докопаются? Стволы, очевидно, поедут отдельно от их обладателей, поэтому Читер очень хотел перехватить ребят Жёлтого по дороге, безоружных, но не получилось, потому что ни один из предложенных планов не обеспечивал главного: Жёлтый должен был получить своё строго после Круглого, ни в коем случае не наоборот, потому что, узнав о нападении, Кимиев поймёт, что его подставляют, и откажется покидать хорошо защищённую виллу. В результате, пришлось ждать сигнала от Буни и «встреча» с Жёлтым состоялась на укромной, почти заброшенной горной дороге – это Читера устраивало, на которой Жёлтого и его людей дожидался доставивший оружие курьер – это Читера совсем не устраивало, но деваться некуда, пришлось играть теми картами, которые ему сдали.

Когда Читер с бойцами подъехал к месту встречи, Жёлтый и его ребята уже вооружились и при виде неожиданных гостей насторожились… Нет, не насторожились. К чему настораживаться? Жёлтый был слишком опытным человеком, чтобы не догадаться, для чего на узкой лесной дорожке появились три больших внедорожника, и выстрелил сразу. Выстрелил не чтобы попасть в цель, а дать сигнал к перестрелке. Точнее – к беспорядочной стрельбе с обеих сторон, с которой всегда начинаются плохо подготовленные разборки: грохот выстрелов, невнятные крики, разбитые стёкла, пробитые кузова, пороховой дым. И ничего не понятно. Люди Читера выскочили из машин и рассредоточились, прячась за деревьями и большими камнями, люди Жёлтого встретили их, прячась