Современный зарубежный детектив-14. Книги 1-22 - Себастьян Фитцек

– Студентка-медичка, значит? Не только красавица, но и умница!

Его напиток быстро закончился. Он вытер рот рукой и обнажил в улыбке прекрасные белые зубы.

– Почему бы нам не поехать ко мне в студию? – предложил он, не переставая улыбаться. – Может быть, я смогу добавить пару снимков в твое портфолио.

Предложение было заманчивое. Элли напряженно думала, быстро прикидывала в уме. Развлечься можно, конечно, но не стоит сжигать все мосты – на собеседование все-таки сходить надо. Провести одну ночь у матери – не так уж страшно.

– Сегодня никак.

– Тогда завтра?

– Почему бы и нет?

Утром она встала довольно рано, надела скромную юбку-трапецию, сапоги на невысоком каблуке и черный кашемировый свитер, купленный специально для таких случаев. Волосы собрала в низкий хвост и аккуратно нанесла макияж. Когда она вышла из ванной, ее мать была в полубессознательном состоянии. Элли бросила ей на колени еще двадцатку, послала воздушный поцелуй, схватила сумку и ушла.

Собеседование прошло хорошо. Сначала Элли устроили экскурсию по колледжу – показали спальни, столовую, общие комнаты и территорию. Она была разочарована убогостью и обшарпанным видом всех помещений. Все было пропитано едва уловимым запахом больницы – пресной еды и дезинфекции, – к которому примешивался запах плесени. Судя по тому немногому, что она успела увидеть, студентки тоже были сплошь унылые – серьезного вида зануды-заучки, паиньки еще похуже, чем в Эбби.

По словам ее сопровождающих, колледж Святой Анны славился своими выпускницами – профессорами, хирургами, учеными, политиками – женщинами, которые сейчас определяют государственную политику и занимают места в советах директоров. Не столько знаменитостями, сколько крепкими профессионалами. Однако, если уж поступать в университет, лучше ей ничего не найти: ни один из других колледжей не предлагал такой щедрой финансовой поддержки. И это уж точно лучше, чем альтернатива – жить в каком-нибудь зачуханном общежитии вместе с кучкой неудачниц из государственных школ и вкалывать все выходные где-нибудь в сфере обслуживания, чтобы оплатить счета.

Собеседование оказалось неожиданно трудным, и невозможно было определить, насколько благоприятное впечатление она произвела, однако миссис Уиттакер, выпускница колледжа и глава благотворительного совета, распределявшего стипендии, тепло пожала ей руку.

– Я не все могу говорить, Элли, – сказала она. – Но я уверена, что мы увидим тебя здесь в следующем году. Ты именно та, для кого и существует наша программа. Честно говоря, школьные рекомендации у тебя настолько хорошие, что даже не верится, но теперь, когда мы с тобой познакомились, стало ясно, что ты именно такая, как о тебе говорят. Даже лучше. – Она похлопала Элли по руке. – А теперь возвращайся в школу, покончи с этими дурацкими экзаменами, и увидимся здесь в новом учебном году.

Элли застенчиво улыбнулась, и ее слова благодарности были полны восхищения и энтузиазма, однако из ворот в конце длинной, усыпанной гравием подъездной дорожки она вылетела едва ли не бегом – так ей не терпелось вырваться из этой пропахшей плесенью серьезности.

Только втиснувшись в битком набитый автобус, идущий обратно в город, она почувствовала, что снова может дышать, хотя ехать пришлось стоя, вдавленной в спинку сиденья. Какая-то грязная старуха в углу злобно пялилась на нее и что-то бормотала, пара обкуренных подростков хихикала, а мужчина средних лет, стоявший сзади, придвинулся к ней слишком близко.

Такая обстановка была ей привычна, этот мир она понимала.

На поезд, на котором собиралась уехать домой после собеседования в колледже Святой Анны, Элли не попала. Но она сделала это намеренно. Не было никакого кофе, не было и встречи с дружелюбной похитительницей средних лет. Элли лишь быстро позвонила по телефону, снова переоделась в джинсы в туалете Центрального вокзала, накрасилась, распустила волосы и изо всех сил постаралась стать как можно более непохожей на себя – отличницу-стипендиатку. Это оказалось не так уж трудно. Может быть, это никогда и не было ее настоящим «я».

А мужчина, с которым она собиралась встретиться, обещал открыть ей мир, представлявшийся сейчас более желанным, чем колледж Святой Анны или школа Эбби.

Хонор: июль 2018

Сначала Хонор пыталась убедить Элли вернуться в школу.

– Ты ведь еще не сожгла мосты, – говорила она. – Можно сказать, что у тебя возникли трудности с матерью и тебе негде было заниматься. – Она даже предложила позвонить за свой счет. Лишь бы сплавить ее. – Ты же умная девочка, – добавила она. – Ну, не училась пару недель. – Она щелкнула пальцами. – Что такого?

Однако девушка была непреклонна. Дело было не в том, что она не могла вернуться, – она не хотела. Не хотела учиться в этом колледже и вообще поступать в университет. Все равно это все чушь. Для кого разыгрывать этот спектакль? Элли понятия не имела, чего ей хочется, но знала, что в освященных веками залах университета, в унылых спальнях колледжа Святой Анны она этого не найдет.

– Так что же ты, собственно, собираешься делать?

В Хонор боролись досада и восхищение.

Девушка пожала плечами.

– Не знаю. Найду работу, найду жилье. Мне просто нужно заново все обдумать.

Хонор предложила ей связаться с опекунами или хотя бы со школой – просто чтобы они были в курсе и не подняли тревогу. Занятия ведь уже начались? Девушка покачала головой. До конца каникул еще неделя. Никто не будет волноваться, по крайней мере пока. Опекуны ни о чем не подозревают – они ведь и не ждали ее из школы. А когда занятия начнутся, пройдет еще пара дней, прежде чем в школе забьют настоящую тревогу и начнут звонить опекунам. И то сначала будут проверять, не сбежала ли она с матерью – такое случалось пару раз, когда она была помладше.

И разыскать ее удастся не сразу. К тому же ей уже исполнилось восемнадцать, так что официально она сама за себя отвечает. Девушка объяснила все это совершенно бесстрастно, не пытаясь вызвать жалость к себе. Просто как есть, так и есть. И всегда было.

Этот трагический мотив не прошел мимо внимания Хонор: она была тронута, хотя и почти против воли. Она сказала Элли, что та может остаться на ночь у нее – в ее квартире есть свободная комната, а муж в отъезде на несколько дней. Вот выспится как следует – может, в голове прояснится, и все предстанет в другом свете. Может, она еще передумает.

– Жизнь гораздо сложнее, чем ты думаешь, Элли, – тихо сказала Хонор. – А такой девушке, как ты, – без семьи, без связей – придется еще