Современный российский детектив - Анна Майская

на последнюю встречу. В тот день он приготовил ужин при свечах на двоих (вернее, заказал еду из ресторана, так как не терпел готовки). Лена привычно включилась в игру и весь вечер вела себя, как подобает даме из высшего общества. Игорь был рад, он любил, когда все вокруг стараются предугадать его желания и сыграть по неписаному сценарию. В конце вечера он опустился на одно колено и преподнес девушке кольцо. Лене уже одобрили стажировку, а нужную сумму собрать ей помогли родители.

– Ты должен поговорить об этом с моими родителями, так будет правильно, – пролепетала девушка. Ей даже не приходило в голову, что можно просто отказать. Она всегда отчего-то считала, что это такая игра. Когда отношения заканчиваются свадьбой, победила девушка. Когда они разваливаются быстрее похода в ЗАГС, победа за мужчиной. Как можно отказаться от победы в партии, которую играешь так долго?

Мессир вдруг рассвирепел. Он стал кричать о том, что не пристало ему спрашивать о чем-то у плебеев. Стал швыряться одним оскорблением за другим, пока глаза Лены наполнялись непроизвольными злыми слезами обиды. Игорь успел ее пару раз ударить, но она смогла в тот раз уйти.

В преддверии поездки в Европу девушка нашла хорошую подработку в столице. Чтобы скопить побольше денег, она арендовала крохотную квартирку в ближнем Подмосковье и каждый день тратила на дорогу по четыре часа. Через пару месяцев Лена набралась смелости, чтобы позвонить историку. Ей хотелось забрать вещи, которые она оставила в его московской квартире. В том разговоре все пошло наперекосяк. Мессир тут же начал сыпать оскорблениями и пожеланиями смерти. Лена нажала сброс вызова и решила проститься с зимней курткой и парой любимых платьев. Себе дороже. Игорь позвонил ей через пару дней. На сей раз он был весьма любезен. Лене даже показалось, что в его голосе были извинительные нотки.

– Можешь приехать завтра и забрать свои вещи. Давай вести себя как цивилизованные люди, – спокойно сказал Орлов с торжественной интонацией императора, объявляющего помилование осужденному к смерти.

– Мне слишком долго ехать, я занята, – сдержанно ответила девушка.

– Я пришлю водителя завтра, – властно ответил мэтр.

На следующий день за ней действительно заехал водитель. Это был парень из клуба реконструкторов. Лена несколько раз пыталась завести с ним разговор об историке, но тот всякий раз замолкал, заслышав слово «Мессир». Он вел себя так, будто был адептом секты, которому приходится мужественно сносить поклеп на своего гуру.

– Мессир не велел с вами говорить, – в конце концов ответил он.

Около девяти вечера машина остановилась возле дома на Садовом кольце, в котором Игорь арендовал квартиру. Под козырьком дома ее ждал Орлов. Казалось, что у него хорошее настроение. Он попрощался с водителем. Это сразу насторожило девушку, но переживать вроде бы было не о чем. Сейчас еще не слишком поздно. Заберет пару пакетов и доберется до дома на электричке. Игорь и Лена мило поболтали на лестничной площадке роскошного дореволюционного дома. Девушка старалась гнать от себя воспоминания о том, как он раз за разом доводил ее до слез, избивал и всеми правдами и неправдами доказывал ей ее ничтожность. Лена ненавидела его, но все еще боялась. Они прошли к квартире «в пятом этаже», которая сейчас казалась подозрительно темной. Обычно из окон гостиной можно было увидеть тысячи огней. Широкая улица была здесь как на ладони. Сейчас окна были плотно зашторены бордовыми портьерами, и та же ткань зачем-то была постелена на пол. Как только Мессир захлопнул дверь, его лицо переменилось. Лена узнала в нем того ничтожного самодовольного старика, который с видимым удовольствием унижал и доводил ее подруг. Игорь стал наносить ей один удар за другим, а затем заломил руки и волоком потащил в гостиную, где пол и стены были задрапированы бордовой тканью, по периметру комнаты горели свечи, а в центре стоял деревянный стул. Мужчина привязал девушку к стулу. Когда она пыталась сопротивляться, он бил ее так сильно, как только мог. Лена успела приглядеться к темноте и вдруг с ужасом заметила стоящий в углу утюг, который зачем-то был включен в розетку.

– Вот видишь, к чему ты меня вынуждаешь, видишь? Ты – чудовище, понимаешь? Омерзительный монстр с диктаторскими замашками. Чем ничтожнее человек, тем больше он хочет повелевать, а ты даже не человек, ты – тварь. Нужно думать не только о себе в этой жизни, понимаешь? – приговаривал он, расхаживая вокруг привязанной девушки так, будто она была его охотничьим трофеем. Девушка отважилась что-то ему ответить, на что Мессир разозлился еще сильнее. Лена начала звать его по имени в надежде, что это хоть на минуту вернет ему рассудок, но вместо этого мужчина разозлился лишь сильнее, схватил за ручку раскаленный утюг и поднес его к лицу девушки. Лена чувствовала обжигающий жар, хотя металл еще был на расстоянии пары сантиметров. Она просто замерла, а Мессир продолжал говорить о том, что она монстр.

Понимаете? Он все придумал заранее. Подготовился. Застелил все красной тканью, чтобы потом «не оттирать пятна», как он выразился. Это было страшно и болезненно, но только когда я узнала о Рите, то поняла, что могла в тот день умереть. До сих пор не могу понять, почему он отпустил меня живой.

(Из показаний Елены)

Лена мужественно сносила удары вперемешку с унижениями и потихоньку пыталась высвободить хотя бы одну ногу. Узлы были завязаны кое-как, но выпутаться не получалось. В конце концов ей удалось сбросить веревку с ног, но вот шнур, которым ее руки были привязаны к спинке стула, никак не удавалось снять. Она улучила момент, вскочила и вместе со стулом бросилась к входной двери. Она была заперта на ключ. Оставалась только кладовка. Эта комната запиралась изнутри. Девушка уже успела забежать туда, но дверь закрыть ей помешал Игорь. Он в ярости стал избивать Лену, но вскоре начал задыхаться. Девушка заметила в его глазах страх, и грозный повелитель вдруг превратился в испуганного изможденного старика. Он отполз на метр в попытке отдышаться, но сделать этого не получалось. Сейчас он выглядел совершенно беспомощным. Мужчине удалось с трудом подняться и уйти в комнату. Через час он бросил девушке две таблетки обезболивающего.

– Отпусти меня, пожалуйста, – заплакала девушка.

– Ты уйдешь, когда я это тебе разрешу. Думай, с кем ты говоришь, – прорычал он.

Тотальный контроль, полное подчинение и постоянное самоутверждение. Он получал удовольствие только от власти.

(Из рассказа Елены)

Игорь разрешил девушке уйти из квартиры только на следующий день. Лена тут же отправилась в полицию. У нее даже согласились принять заявление, но дело, конечно, развалилось. Пару раз Орлов, встречая где-нибудь случайно Лену, отпускал язвительные шуточки про ее склонность к доносительству или начинал вдруг произносить речь о том, что все эти новомодные визги феминисток выглядят смешно, мол, уже нельзя и поругаться без того, чтобы не сходить в суд. А затем все стихло. Игорь будто бы совсем забыл про Лену, чему она была только рада. Девушка благополучно съездила на стажировку и начала строить свою карьеру. Лишь в те моменты, когда встречала где-нибудь сумасшедшего Бонапарта, она вдруг снова цепенела то ли