Янтарное лето - Мидзуки Цудзимура

Мика все так же молчала. Она не собиралась ничего говорить.

– Действовать тогда начал именно он, – не успокаивалась Норико. – Мидзуно-сэнсэй убедил всех, что смерть Хисано – не более чем трагическое стечение обстоятельств, и, поскольку ситуация складывалась хуже некуда, взрослые принялись спорить, что теперь делать. Там были не только учителя из подготовительного, но и те, кто занимались со старшими детьми, – они как раз к тому моменту вернулись из поездки. И вот, чтобы «Школа будущего» продолжила существовать, они решили тайком закопать тело Хисано.

«С Мидзуно-сэнсэем они вряд ли долго сомневались», – подумала Мика.

К каким умозаключениям можно прийти в ходе «Вопросов и ответов» и как этого добиться? Надо лишь создать иллюзию, что обсуждение течет своим чередом, а на самом деле незаметно подталкивать участников к единственному «правильному» выводу.

Надо заставить людей поверить, что в этом мире в принципе существуют правильные ответы.

Когда же она поняла, что ни правильных ответов, ни абсолютной истины в мире нет, а сама мысль о возможности их существования навязана ей кем-то со стороны? В «Школе будущего» им всегда твердили, что такие ответы есть. Уверяли в этом.

Тогда в «Школе будущего» было полно взрослых, которые разделяли подобное убеждение и искренне желали следовать этому пути.

– Мидзуно-сэнсэй представил все как несчастный случай. Однако некоторые из тех, кто своими глазами видели тело, в этом засомневались, так как никаких внешних повреждений на нем не было. Часть решила, что Хисано умерла от истощения, тем более, никто точно не знал, как долго она находилась в Учебной комнате, какая там была температура и так далее. Но Мидзуно-сэнсэй не стал вдаваться в подробности – «несчастный случай» и все тут, и остальные, похоже, решив не задавать лишних вопросов, убедили себя, что так все и было. Или же…

Норико остановилась, чтобы перевести дух. Она снова бросила взгляд на Мику.

– …Он таким образом пытался защитить ребенка, без разрешения взрослых воспользовавшегося Учебной комнатой. Мидзуно-сэнсэй верил, что этот ребенок не собирался причинять Хисано вред и уж тем более убивать. Тем не менее ответственность лежала на том, кто закрыл ее в Комнате. Так что, во имя будущего этого ребенка, он и попытался все замять.

– Будущего.

Мика снова не сдержалась. Впрочем, в этом не было ни насмешки, ни сарказма – слово будто бы вылетело изо рта само собой. Норико посмотрела на нее и кивнула.

– Ради твоего, Мика, будущего. Кое-кто запомнил, что он тогда сказал. Однако об этом упоминал только один человек, так что нельзя до конца быть уверенными, что дело обстояло именно так.

– Да ладно. – Мика слегка хмыкнула.

Она ведь тоже это слышала. И произнес эти слова именно Мидзуно-сэнсэй.

– Все в порядке, Мика, все хорошо.

– Вся жизнь впереди. И ради твоего, Мика, будущего мы, взрослые, защитим тебя, чтобы никто больше не пострадал.

– Копаясь во всем этом, я так и не смогла уяснить одну-единственную вещь, – с усилием сказала Норико.

Мика медленно перевела на нее взгляд.

«Что бы это могло быть? Вариантов ведь множество, разумеется», – подумала она.

Чего не знала Норико? Убила ли Мика на самом деле Хисано или нет? Что там все-таки произошло между ними?

Мике уже множество раз задавали все эти вопросы. Когда нашли скелет, когда выяснили, что это Хисано, когда мать Хисано подала в суд.

Члены «Школы» тоже бесконечно приставали к ней с расспросами. Поскольку она была непосредственным свидетелем, им хотелось из первых уст узнать, что тогда случилось. Среди нынешних участников организации множество тех, кто не застал настолько давние события. Да даже те из взрослых, кто помогали закапывать тело Хисано, и то теперь спрашивают обо всем. Что же произошло?

И ее родители туда же.

А ведь тогда они по большей части помалкивали.

– Мидзуно-сэнсэй все нам рассказал. Нелегко же тебе пришлось, Мика.

С этими словами отец с матерью обняли Мику. Лица их изображали понимание – точно так же, как и у остальных взрослых вокруг.

– Хиса-тян умерла.

Мика произнесла это со слезами на глазах.

Неужели никто из них так и не понял? Но почему тогда они все, как один, продолжают задавать этот вопрос? Что произошло?

В этом деле оставалось немало темных пятен. Но «одна-единственная вещь», которой не знала Норико? Ее это даже заинтересовало.

– Может, объяснишь? – попросила Норико. – Зачем ты вообще повела Хисано в Учебную комнату?

Глаза у Мики расширились от удивления. Это получилось непроизвольно, честное слово, она этого не хотела. Она-то планировала все время просидеть с невозмутимым видом.

Заметила ли Норико?

– Для чего ты ее заперла? Никто не смог ответить внятно, сколько бы я ни пыталась расспрашивать.

– …Что ты имеешь в виду?

Открыв рот, чтобы переспросить, Мика почувствовала, как пересохли губы. Она усмехнулась. Такое выражение выглядело как нельзя более естественно на ее лице. Губы изогнулись в кривой улыбке.

– Разве тебе не рассказали? Хисано была та еще штучка. И той ночью не вернулась в Училище.

– Все, с кем я говорила, упоминали примерно одно и то же. Услышав, что ты закрыла Хисано в Учебной комнате, они пришли к выводу – другого выхода просто не было. Хисано и до этого уже доставила всем немало проблем, и, хотя ты всегда ее защищала, ее безобразное поведение в конце концов допекло и тебя. Терпение лопнуло. Вот только… – Норико резко качнула головой. – Ни за что не поверю, что ты решилась на это просто так. До этого ты так или иначе пыталась прикрывать Хисано и обращалась с ней довольно мягко. А раз ты сделала все это, даже не посоветовавшись ни с кем, значит, тому должна была быть какая-то веская причина.

Норико уставилась прямо на Мику.

– В «Школе будущего» все события обсуждают на «Вопросах и ответах». Тебя, Мика, воспитывали в таких же условиях. Выходит, не просто так ты самовольно постановила запереть Хисано в Учебной комнате. Иначе я просто не могу вообразить, что ты вот так легко проигнорировала возможность обо всем поговорить.

Что ты загадала?

В ушах вдруг зазвучал голос. Переливчатый, словно маленький колокольчик.

Такой тихий. Чтобы взрослые не услышали.

* * *

– Что ты загадала?

Маленькая Мика – тогда она еще даже не пошла в первый класс – медленно моргнула. Вопрос поставил ее в тупик.

Потому что никто до этого ей его не задавал.

В ночи она бежала, бежала, бежала к роднику, чтобы вылить свои драгоценные краски в холодную воду и