Принцесса, подонки и город тысячи ветров - Анна Ледова

О родне со стороны матери — Герстленах — Кристар имел смутное представление. Дидерик Стордаль, получив, что ему было нужно — хорошее приданое и одарённого наследника, а после так удачно овдовев, оборвал связи с новой роднёй. В особняке на Эльдстегат о них не говорили, да и сами Герстлены не горели желанием брать на себя заботу о младенце, лишившемся матери.

Как это было принято во многих богатых семьях — моя, к счастью, была исключением — детей до определённого возраста поручали воспитателям, не считая нужным даже видеться с ними, пока новый член семьи не подрастёт. Насколько мне было известно, наш нынешний король увидел собственного наследника-принца во второй раз, когда тому исполнилось пятнадцать. Впервые — при рождении.

Так что если у Амроя Герстлена и были планы на племянника в будущем, то старик Эрланн не дал им осуществиться, выкупив у Дидерика сына, словно какую-то вещь, и увезя его в столицу.

А планы у Амроя Герстлена были самые амбициозные. К тому, чтобы стать главой ратгауза, он упорно шёл несколько лет. Главным конкурентом был Николас Оркан, и именно его на очередном совете избрали новым главой. В ход пошли уговоры, подкупы, шантаж… Когда это не принесло результатов, что ещё оставалось… Только обвинить соперника в госизмене. Предварительно позаботившись об «уликах», «свидетелях», а также о том, чтобы местный О. Б. не особо вникал в это дело…

— Имя Герстлен не фигурирует ни в одном документе дела, — возразила я. — А я видела их все. Одни только ваши слова не доказывают причастности вашего дяди. Это мог быть кто-то другой.

— То есть тебе мало того, что я сам об этом рассказываю? Особенно после твоего обещания вырезать всех: причастных и невиновных? — усмехнулся Эрланн. — Мне что, теперь ещё нужно доказать, что я достоин твоей мести?

Он перекатился на край кровати, поднялся и вернулся с толстой тетрадью, что изучал за столом. Дал мне её и снова лёг рядом. Ещё ближе, чем до этого.

— Четыре года назад меня отыскал душеприказчик из Дансвика. Внезапно я оказался единственным наследником рода Герстлен. Всю их семью подчистую выкосила «чёрная язва». Я даже не сразу вспомнил, кто это. Наследства я не увидел — всё ушло на погашение моего долга перед патроном.

Лицо его болезненно исказилось, и я поняла, что речь о старике Гровере Эрланне. Даже не могу представить, что он делал с ребёнком, если взрослый мужчина до сих пор вспоминает те годы с содроганием.

— С полгода назад ко мне попали некоторые личные вещи Амроя Герстлена. В том числе его дневник. Судя по манере изложения, он намеревался издавать мемуары.

Я быстро пролистала пухлую тетрадь. Да, воспоминания, наставления потомкам, сплошное самовосхваление… Мне-то это зачем? Я открыла последние страницы и Кристар кивнул.

А вот это, похоже, для печати не предназначалось… Последние записи отличались от нервным и рыхлым почерком, были короткими и отрывистыми.

'Боги, я не понимаю, где и когда перешёл дорогу подонкам. Но что это сделали они, больше нет никаких сомнений. Но все наши договорённости в силе, я соблюдал их! За что тогда?.. М. молчит и не выходит на связь, а больше никого из Четвёрки я не знаю…

Мелли! Моя крошка Мелли, боги, за что!!.. Какая нелепая смерть!

М. утверждает, что Дно ни при чём. Не верю. Вчера скончалась тётка Ирвина, а ведь она переболела ещё тогда, в Великое поветрие… Дважды ведь невозможно! Нет, для этих возможно всё… Придумают, выдадут за болезнь… Но что я сделал⁈ И почему Дно молчит⁈

Сегодня умерла бабка Мелли́на и ещё трое. Удушье и мгновенная смерть. Все чёрные, обезображенные, будто и впрямь «чернушка»… И этот «мор» не остановить. В О. Б. мне не помогут, там тоже все под ними… А нас же скоро всех, одного за другим!.. А Кати всё ищет новых лекарей. Будто лекари тут могут помочь…

Кати… Она начала хрипеть утром. Я больше не выдержу.

Я понял. Кати сказала, что к ней приходил призрак, и она его узнала. Он пришёл мстить за тех воздушников. Кати тоже больше нет. Никого нет… Я последний. Но он не мог всё это сделать один… Не мог! Он заодно с подонками, я уверен. Тоже из Четвёрки? Дно всё молчит. Но не мешает ему… Когда он придёт за…'

На этом записи обрывались. Я закрыла тетрадь.

— Очень выборочная «чернушка», не находишь? — усмехнулся Эрланн. — Как мне сообщили, всю семью выкосило подчистую менее чем за месяц. От младенцев до стариков. Причём не заболел никто из слуг, друзей или лекарей. Амрой умер последним, прежде похоронив всех остальных. Тогда я и попросил перевести меня в Дансвик, занимая в то время аналогичную должность в столице.

Глава столичного О. Б.? Действительно, неплохо он устроился под крылом старика Эрланна…

Значит, он неспроста с самого приезда вцепился в Дно. И существование подонков для него не было тайной. За тем и приехал: выяснить, что за мрачная сила извела под корень его родственников по матери. И вырвать её с корнем, да.

Теперь мне стало понятно его навязчивое желание докопаться именно до Глубины. Ведь кто бы это ни сделал с Герстленами, а рядовыми подонками они точно не были…

Даже когда он вцепился в гувернантку Кьеделиг на приёме, выпытывая о неизвестных ему воздушниках Дансвика, то хотел выяснить, что за призрак с той же магией явился Амрою Герстлену перед смертью. А вовсе не под меня копал.

Когда же я так опрометчиво в порыве страсти открыла ему своё имя, Кристар наконец смог свести все концы воедино. Но уже в столице, когда начал искать информацию на фамилию Оркан.

— Я не собирался ещё раз возвращаться в Дансвик, — тихо сказал он. — Будучи уверен, что ты носишь ребёнка Костанца. Смотрящие ведь видят это с первой минуты. А у меня не было причин ему не верить. Он так искусно вплёл ложь в правду, что я поверил безоговорочно. И возненавидел тебя… А позже и самого себя, что повёлся на твою игру. Тогда я был уверен, что ты отдалась мне по велению Дна.

— Нет, — хрипло сказала я.

— Сейчас понимаю, что нет, потому что теперь знаю: это мой ребёнок. У магов по-другому дети и не получаются — только когда их чувства и желания совпадают. Пусть ты до сих пор отрицаешь… Я честно пытался выбросить тебя из головы,