Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

и снова доказывает, что многие ошибочные дела произошли из-за того, что следователи, основываясь на плохом впечатлении о подозреваемом, заранее субъективно определяли его как преступника. В результате теряли объективность и во всем процессе расследования искали только улики против подозреваемого, игнорируя доказательства в его пользу, что приводило к ошибке за ошибкой, и в итоге ситуация становилась неисправимой.

Ду Цзяньпин встал:

– Начальник, следственная группа пошла по неверному пути, из-за чего столько сотрудников потратили много времени и сил впустую. Ответственность за это должен нести я.

– Сейчас не время искать виноватых, к тому же если при каждой неудаче тыкать в кого-то пальцем, полицейскую работу вообще нельзя будет делать. – Сюй Жуйлун жестом попросил его сесть. – Расскажи, на чем ты планируешь сосредоточиться дальше?

Ду Цзяньпин положил свои большие красные руки на колени:

– Начальник, мы обсуждали перед совещанием – серьезные ошибки в работе последнего периода произошли потому, что мы торопились поймать преступника и пренебрегли поиском истины.

На лбу Сюй Жуйлуна проступили морщины:

– Да? Расскажи подробнее.

На самом деле это была идея Хуянь Юня. Когда Линь Фэнчун рассказал о ней перед совещанием, Ду Цзяньпин счел ее разумной, и теперь, когда он ее озвучил, она действительно заинтересовала Сюй Жуйлуна.

– Анализируя все обстоятельства с момента происшествия, я могу заключить, что «Дело станции Саошулин» – явно не просто уголовное дело, оно может затрагивать очень большую группу людей, иметь сложные причины и касаться запутанных отношений, а те сожженные тела – это просто точка взрыва, где все эти люди, причины и отношения в итоге переплелись и вспыхнули. В такой ситуации, хотя личность преступника важна, она может оказаться не так очевидна, а скрыта многослойной сетью связей, и сколько бы мы ни пытались найти его, нас будут останавливать мелкие единицы этой сети. В такой ситуации лучше сменить стратегию: вместо ловли рыбы поднять невод, ведь рыба уже в нем, а поднимем его – естественно, найдем и рыбу. Поэтому мы можем вместо поиска преступника искать истину; когда мы выясним, разберемся и поймем всех людей, причины и отношения, связанные с этим делом, преступник сам обнаружится.

– Говори конкретнее, – приказал Сюй Жуйлун. – Как вы планируете действовать?

Ду Цзяньпин взглянул на Линь Фэнчуна, и тот сказал:

– Начальник Сюй, согласно корректировке следственного подхода, о которой доложил начальник Ду, мы проанализировали различные связи, переплетенные в глубине дела, заново обобщили результаты расследования нескольких относящихся к делу ниточек и обнаружили, что поскольку «Приют Тунъю» не был местом преступления, то, несмотря на множество подозрительных моментов, в предыдущей работе им пренебрегали. Наш следующий приоритет – тщательно проверить приют, и сколько бы слоев теплого белья ни надели местные служащие, раздеть их догола.

– Но я слышал, что эта заместитель директора Цуй Юйцуй каждый раз, когда ее вызывают на допрос, ведет себя очень враждебно, и ничего не удается выяснить. Это так?

Линь Фэнчун кивнул:

– Действительно так, поэтому у начальника Ду есть предложение… Начальник Ду, может, вы сами расскажете начальнику Сюй?

Сюй Жуйлун поднял со стола термос, отпил чаю и сквозь пар посмотрел на Ду Цзяньпина.

Тот помолчал, потом поднял свою массивную голову:

– Я хочу вернуть Ма Сяочжуна в следственную группу, чтобы он допросил Цуй Юйцуй.

Это тоже было результатом обсуждения второй следственной группы с Линь Фэнчуном и Чу Тяньином. Тогда все решили, что раз Чжоу Липин не преступник и надо начинать все сначала, то «Приют Тунъю» остается непроработанной перспективной зацепкой, и стоит провести новый раунд допросов его сотрудников. К тому же Го Сяофэнь на том банкете в «Благотворительном фонде любящих сердец» слышала, как Тао Бин, указывая на Цуй Юйцуй, сказал Син Цисяню: «Почему твой брат так закончил, спроси у нее, она лучше всех знает», что доказывает: Цуй Юйцуй владеет инсайдерской информацией о причинах смерти Син Цишэна, которой не обладают другие. Но при упоминании Цуй Юйцуй у Линь Фэнчуна разболелась голова: он считал ее неуязвимой для кнута и пряника сварливой бабой, допрашивал несколько раз безрезультатно… Тогда Ма Сяочжун сказал:

– Если никак не получается, давайте я попробую!

Линь Фэнчун сначала опешил от такого предложения, потом обрадовался:

– Раз начальник выходит на сцену, точно получится! Я схожу поговорю с начальником Сюй, чтобы он дал особое разрешение вернуть вас в следственную группу.

Ма Сяочжун улыбнулся:

– Если ты пойдешь говорить с начальником Сюй, разве это не подставит старого Ду? Хочешь и дальше работать в уголовном розыске?

– Тогда я пойду поговорю с начальником Сюй, я из криминалистического отдела, не под прямым началом Лао Ду, – предложил Чу Тяньин.

– Столько времени рядом со мной, а все не научился подмазывать, – нахмурился Ма Сяочжун. – Именно потому, что ты из криминалистического отдела, тебе тем более нельзя идти говорить с начальником Сюй. Если ты пойдешь, другие подумают, что это Сымяо ведет закулисную игру.

Чу Тяньин вдруг понял:

– Тогда что делать?

– Пусть Лао Ду сам придет говорить!

– Это вряд ли возможно… – покачал головой Чу Тяньин. – Лао Ду очень недоволен вами и вашей второй следственной группой.

– Времена меняются, – пожал плечами Ма Сяочжун. – Начальник Сюй прекрасно знает, что делала наша вторая следственная группа, и молчаливо позволял существовать нам не для того, чтобы упразднить первую следственную группу, а чтобы создать на Лао Ду некоторое скрытое давление. Сейчас Лао Ду не может продвинуться в расследовании, и если он вернет меня, это покажет, что у него широкая душа и он умеет использовать людей. Что еще важнее, неважно, что я смогу выудить из Цуй Юйцуй, заслуга все равно будет записана на его счет…

Чу Тяньин искоса посмотрел на него:

– Начальник, признайтесь честно, когда вы опрокинули острый суп на того повара, вы уже просчитали этот ход?

Ма Сяочжун хитро улыбнулся.

Действительно, когда Линь Фэнчун передал это предложение Ду Цзяньпину, тот после небольших колебаний согласился. Когда он сейчас рассказал об этом Сюй Жуйлуну, сразу получил похвалу начальника:

– Очень хорошо, Лао Ду, очень хорошо, делайте, как сказали, пусть Ма Сяочжун вернется в следственную группу.

– Начальник, еще один вопрос, – подал голос Линь Фэнчун. – Если мы продолжим расследование в этом направлении, неизбежно придется затронуть городское представительство «Благотворительного фонда любящих сердец» – и даже весь фонд. Есть ли какие-то… ограничения по масштабу и рамкам?

– Никаких ограничений, никаких рамок! – отрезал Сюй Жуйлун. – Антикоррупционная кампания последних лет давно указала направление нашей работы. Вот послание любой организации, любому человеку: соблюдаешь закон – все в порядке, нарушаешь – арестуем. Ни у кого нет привилегий!

Линь Фэнчун и Чу Тяньин быстро встали со стульев,