Колымага семейного счастья - Дарья Донцова

– Желаете кофе? Только он у нас растворимый.

– Хотите, чтобы ваша дочь оказалась в колонии для несовершеннолетних за кражу телефона? – осведомился Волконский.

– Что?! – ахнула Ефимкина.

– Подросток сейчас использует трубку женщины, которую похитили, но несчастная успела записать обращение к тому, кто найдет ее телефон, который она где-то выбросила, – объяснила я. – Попросила перекинуть ее отчаянное послание своему мужу и отдать ему мобильный. За исполнение просьбы обещана награда. Школьница отправила звуковое письмо супругу бедняги, но телефон ему не вернула, начала сама им пользоваться.

Волконский положил перед Ксенией свою трубку.

– Читайте вслух. Данное сообщение опубликовано в чате, который давно создали Алиса и ее подруги.

– «У меня новый айфон», – прошептала женщина. – Это от моей дочери. «Наконец выкинешь свою…» – Ефимкина оторвалась от экрана. – Нецензурные слова произносить?

– Можно пропустить, но только если от них не зависит смысл предложения, – ответила я.

– «…свою… рухлядь. Мать моя …, злобная …, из-за “трояка” по инглишу нормальный телефон не покупает». «А этот откуда? Мишка подарил?» «От него дождешься, он, …, без денег всегда. Нашла». «Где?» «Не скажу». «Неужели согласилась переспать с Яшкой?» «Фу! Никогда!» «Даже за миллион?» «Рублей? Ни за что!» «Евро?» «Ну, тут подумаю… В этом телефоне письмо от какой-то тетки. Его надо переслать на номер мужика, вернуть ему айфон, и он мне хорошо заплатит». «Лохотрон. Розыгрыш. Их всякие идиоты устраивают. Ничего не перебрасывай». «Я уже ему текст перекинула». «…, ну ты и …!» «Сама …! Тебе родители все покупают, а моя мать … дура. А я, как …, с трубкой столетней». «Ты ему мобилу отвезла?» «Я ваще …? Нет, конечно, себе оставила». «Сейчас с него пишешь?» «О йес!» «Ты ваще без мозга? Симку поменяй!» «Ее купить надо!» «…!» «Если захотят айфон этот … найти, то пусть». «Он в сети! А раз так, то ваще ниче не стоит узнать, кто им сейчас пользуется».

Переписка завершилась. Ефимкина затряслась и зашептала:

– Мы живем вдвоем, на одну мою зарплату. Еще сдаю дачу, она от родителей досталась. Там круглый год жить можно. Получаю деньги от съемщиков – и сразу их прямиком на оплату школы. А там дети обеспеченных родителей. Серьги с бриллиантами у них в ушах, к началу занятий на машине их водители привозят. Алиса – самая бедная, она отчаянно завидует одноклассникам и…

– Это ваши проблемы, – оборвал попытку женщины все объяснить Мефодий. – Верните телефон моей жены. Сию секунду вставайте, и поедем за ним.

– Боже! – ахнула редактор. – Вашу супругу…

– Убедительная просьба не сообщать никому о том, что вы узнали, – попросила я.

– Если не хотите вылететь с теплого места, – добавил Мефодий, – и оказаться вечно безработной на ниве книгоиздательства, немедленно исполните то, что мы велим.

– У меня идеальный послужной список! – вспыхнула Ксения. – Я лучший редактор холдинга!

– Почему вы тогда не в центральном «Элефанте» трудитесь, а в отстойнике плаваете? – усмехнулся Волконский. – Ваша доченька сперла трубку. Ай да умница! Она может похвастаться чем-нибудь, помимо владения матом? Да девица даже неспособна виртуозно ругаться, использует пару слов, которые и быдло знает.

Ксения покраснела.

– Алиса переслала вам звуковое сообщение от супруги.

– Но телефон стырила! Поехали!

– Нет! – неожиданно громко заупрямилась женщина. – У меня рабочий день! На столе рукопись! Вернусь домой – поговорю с девочкой. Потом где-нибудь встретимся, и отдам айфон, раз уж он вам прямо ох как нужен.

На сей раз телефон из сумки вытащил не Мефодий, а я.

– Что у вас там? – спросил Зарецкий.

– Ефимкина отказывается помочь, – доложила я.

– Секунду.

– Вы с кем говорили? – побледнела Ксения.

Мой спутник украсился улыбкой. Наверное, такая появляется у змеи, когда она греется на солнце.

– Пройдет минута – узнаете.

Раздался топот. В кабинет без стука вломилась дежурная. В руке она держала трубку. Всучив ее Ефимкиной, тетка зашептала:

– Говори… Господи, что сегодня творится! Отвечай скорее! Там сам Зарецкий!

– Здрассти, Иван Николаевич, – совсем другим тоном сказала Ксения. – Да, конечно. Он просто меня неправильно понял, я…

– Я все отлично понял! – заорал Волконский. – Ваня, она нас культурно на … послала, сказала, что работу бросить не может! Книжонку редактирует, боится вовремя не сдать! …! …! …!

Глава девятая

– Девочка отдала трубку? – осведомился Степан.

– Да, – подтвердила я. – Жалко Ксению. Она в разводе, муж алименты не платит, официально он безработный. Ушел к другой, у нее очень богатые родители. В новой семье родились близнецы, мальчики. Про Алису «добрый» папа забыл. Живут они бедно, квартира крохотная, к чаю нам хозяйка только сахарницу поставила. Дочка у нее хорошая, но у подростка телефон старый совсем. И с одеждой беда полная.

– М-да, – вздохнул Степан.

– Она могла спокойно удалить всю переписку прежней хозяйки, уничтожить симку, наврать матери, придумать, что нашла трубку, а в ней пусто, сим-карта отсутствует, и потом радостно пользоваться гаджетом. Но она отправила Мефодию звуковое сообщение от Веры. А вот расстаться с телефоном не сумела. Алиса – ребенок, а вокруг тьма соблазнов. И день рождения у нее вот-вот. И Новый год скоро.

– Вилка, – рассмеялся Степан, – извини, что напоминаю, но на дворе начало лета.

– Правильно, – согласилась я. – Но декабрь впереди!.. Я наврала Волконскому, что мне надо к врачу, и он уехал. Сейчас жду Алису. Мы поедем в торговый центр «Венера». Там есть магазин, куда разные бутики свозят вещи из старых коллекций. Все новое, выглядит прекрасно, просто их клиенты носят исключительно остромодное.

– Понял. Мне тебя домой через неделю ждать?

– До пятницы управлюсь, – рассмеялась я. – Ты же знаешь, я не люблю долго бродить по магазинам.

– Полагаю, у твоей спутницы другие предпочтения, – возразил супруг.

Степан, как всегда оказался прав. Когда мы с Алисой оказались в торговом центре, девочка схватила меня за руку.

– Тетя Виола, мы же тут все-все посмотрим?

– Здесь пять этажей. Давай изучим список магазинов и отметем те, в которые нам точно не надо – мужская одежда, обувь, игрушки, бытовая техника…

– Да-да, – кивнула моя спутница.

Мы начали охоту за обновками. Алиса вела себя тихо, прежде чем зайти куда-то, задавала вопрос:

– Сюда можно?

Пробродив три часа, мы перекусили в кафе и продолжили увлекательное занятие. В какой-то момент школьница вдруг остановилась.

– Тетя Виола, все! Хватит!

– Ты устала? – обрадовалась я.

У меня давно болели ноги и спина и уже почти пропало умение мыслить.

– Да, – призналась младшая Ефимкина. – А вы прямо посинели.

Мы загрузили пакеты в машину и направились домой к Алисе. Минут через пять девочка сказала:

– Спасибо, тетя