Колымага семейного счастья - Дарья Донцова

– Я тоже живу за городом. Может, сядем в каком-нибудь кафе, где мало народа?

– Назови свой адрес, выберем место, которое и тебе, и мне удобно, – предложил Волконский.

– Поселок Киндза, – ответила я и услышала радостный смех Мефодия. – Не спрашивай, почему он так именуется. К кинзе отношения точно не имеет.

– Константин, Инна, Дмитрий, Захар, Андрей, – вдруг перечислил Волконский.

– Это кто?

– Минины. Константин – муж, Инна – жена, у них три сына, – ответил Мефодий. – КИнДЗА. Название поселка составлено из первых букв имен его владельцев и их детей. К – Константин, Ин – Инна и так далее. Ясно?

– Да.

– Им принадлежит армия объектов загородной недвижимости плюс несколько торговых центров на МКАДе. Но Киндза – особое место, его Минины построили для себя лично и для тех, с кем им хочется общаться. Ты давно там живешь?

– Мы недавно въехали. Но я незнакома с хозяевами этого места.

– Как тогда ты попала в Киндзу?

– Степан искал приятное место за городом, и Аверина из пресс-службы рассказала о недорогом новом доме. Он готов, газифицирован, есть вода, телефон, электричество. Я подумала, что владелец – очень предусмотрительный человек, он даже установил во дворе генератор большой мощности на случай отключения электричества. И тут уже были кухня, ванная со всем оборудованием…

– Инна такая, – перебил меня Мефодий. – Все рассчитает, учтет, ничего не забудет. А разумная, не завышенная до неба цена – по причине отсутствия накрутки. В этом поселке ребята берут лишь те деньги, которые потратили на возведение и оснащение дома.

– Каким образом мы попали в круг избранных? Я впервые слышу о Мининых.

– Инна обожает твои книги, – неожиданно объяснил Волконский. – Читает и перечитывает их и жалуется: «Почему Арина мало пишет?»

– Ты с ними в приятельских отношениях! – осенило меня.

– А ты догадлива, лучше Шерлока Холмса, – рассмеялся Мефодий. – Мы дружим много лет. Я тоже живу в Киндзе и, вообще-то, уже стою у твоей калитки. Звонить?

– Конечно! – быстро сказала я и побежала открывать дверь.

Не успел Мефодий войти в холл, как к нему со всех лап примчались кошка Клеопатра, кот Цезарь и котята Леонид и Роман. Леня, самый активный, простодушно верящий в любовь всех двуногих к себе, быстро вскарабкался по одежде Мефодия к самому лицу.

– Он не царапается, не кусается, ни блох, ни глистов нет. Но сейчас заберу их…

И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Волконский сел прямо на пол и начал нежно гладить кота, приговаривая:

– Ну ты и бобер! Красавчик! А вы чего стесняетесь? Идите сюда!

Остальные животные бросились к писателю. Я только моргала. Вредный, чванный, злой, ехидный мужик нежно относится к четвероногим?!

– Где беседовать будем? – осведомился гость. – Прямо тут? Или в барские хоромы войти позволишь?

Я очнулась.

– Да, конечно! Чай, кофе?

Волконский встал, открыл пакет, который принес с собой, и вытащил из него… домашние тапки. От нового удивления я задала идиотский вопрос:

– Ходишь в гости со своими шлепками?

Мефодий приподнял одну бровь.

– Согласись, странно заявляться к кому-то в дом с чужими тапками.

Окруженные котами, мы прошли в столовую. Короткое время ушло у меня на хозяйственные хлопоты, потом мы сели за стол, и Мефодий сказал:

– С Верой случилась беда.

У меня екнуло сердце.

– Она тебе позвонила или домой вернулась?

– Ни то, ни другое. Мою жену или убили, или где-то спрятали и отняли телефон. У нас уговор: мы всегда ставим друг друга в известность, если вдруг где-то задерживаемся. Последнее эсэмэс от Веры…

Мефодий достал свой мобильный.

– «Котик, я в самолете. Не поверишь, но рядом со мной сидит писательница Арина Виолова. Выглядит мило, поздоровалась первой. Не искупалась в духах, за что ей отдельное спасибо от меня. Не разоделась в “Гуччи”-“Пуччи”-“Миуччи”. Играет на “айпаде” в мою любимую игрушку “Затерянные земли”. Забавно! Сейчас взлетаем. До встречи в Москве! Люблю! Очень! Кисуня».

– Вера не собиралась убегать от вас, – тихо проговорила я.

– Конечно, нет, – кивнул Волконский. – Прежде чем пойти в загс, мы договорились: если мы поймем, что любовь ушла, завяли помидоры, то сразу скажем об этом второй половине. Не стоит жить, не испытывая друг к другу ничего, кроме скуки. И если у кого-то из нас родится симпатия к человеку со стороны, мы не заведем тайный роман. Это непорядочно. Штамп в паспорте – дань удобству. Без него, например, в некоторых гостиницах в один номер не поселят. Оттиск на страницах не прибавит и не убавит яркости чувствам, но он нам необходим, так как мы живем в социуме. Я не знаю ни одного мужика, которого бы отметка в документе удержала от похода к любовнице. Если парень – кобель, то он такой всегда, при любых обстоятельствах. С женщиной та же картина. Понимаешь?

– Про твоих метресс легенды слагают, список длинный, там в основном юные и красивые.

Мефодий снова взял телефон.

– Сейчас «Сплетник» вовсю пишет, что у нас с Лялей Одоевой полыхает костер страсти. Эту молодую актрису я пристроил на главную роль в сериале, для которого написал сценарий. Папарацци нас фотографировали в ресторанах, магазинах, на берегу моря. Ты, наверное, видела.

– Не слежу за подобными изданиями, – призналась я.

– Можешь в интернете почитать, поглазеть, а сейчас послушай. – Мужчина набрал номер и сказал мне: – Сиди тихо. Она не должна знать, что рядом кто-то есть, окей?

Я кивнула.

– Заинька, – защебетал звонкий дискант, – я прямо разнервничалась! Не звонишь, не пишешь, бросил свою заюшку!

– Ляля, отбой. Я один, – ответил писатель.

– Добрый день, Мефодий. Что-то пошло не так? Я где-то прокололась?

– Нет, в плане договора о любви все хорошо, – успокоил собеседницу Волконский. – Хочу предупредить: сегодняшний визит в театр на премьеру отменяется.

– У вас все в порядке? – слегка занервничала Одоева.

– Просто кашель начался и горло заболело, – беззастенчиво соврал литератор. – Не хочу совсем расклеиться и не желаю тебя заражать.

Ляля воспрянула духом.

– Спасибо. Вы тогда уберите из оплаты этот поход.

– Я похож на крохобора? – хмыкнул Волконский.

– Конечно, нет! – затараторила Ляля. – Вы всегда за двоих в ресторане платите и потом из месячного гонорара никогда сумму моего счета не вычитаете.

– Я пока еще способен угостить девушку, – произнес якобы любовник. – Даже если играет роль моей дамы, она все равно девушка, которая пришла в ресторан с мужчиной. Вопрос возник: ты когда в последний раз говорила с Верой?

– Она мне позвонила, сказала, что приехала в аэропорт, вылетает из Питера в Москву, – быстро сообщила лжеметресса. – Купила мне коробочку зефира из кондитерской