Натрия Хлорид - Юсси Адлер-Ольсен

— Что это, черт возьми, такое? — Он потер затуманенные глаза и нащупал очки, валявшиеся среди окурков и использованных бумажных полотенец.

— Не смотри на людей, смотри на рельсы, Юрек. Ведь это ты устанавливал их вместе с коллегой пару лет назад?

— Пару лет назад? — Теперь он выглядел как человек, которому нужно что-то покрепче «Балкана 176», чтобы прийти в себя.

— Это было точно до 2017-го. Мы думаем, в 2016-м или раньше.

— Эти рельсы? — Он ткнул в них прокуренным желтым пальцем. — Сейчас я скажу вам, почему я их помню. Они, черт бы их побрал, сидели слишком близко. Если использовать их для какого-то подъемника, на кой черт им быть так близко друг к другу?

Карл на мгновение затаил дыхание. — Ты их узнаешь? — спросил он, чувствуя, как пульс зашкаливает.

— Хреново придумано — ставить их так тесно, — пробормотал тот. Теперь оставалось только заставить его извилины заработать на полную мощность.

— Юрек, нам нужно срочно узнать, где ты их устанавливал. Мы не знаем адреса, и если не узнаем, эти двое на фото очень скоро умрут. — Асад помедлил и вздохнул. — Если уже не поздно.

— Может, они какие-то козлы? — Он хихикнул про себя.

— Один из них — наш человек, так что нет, не оба. Давай же! Ты знаешь, где это? — спросил Карл, чувствуя сильное искушение схватить его за шиворот халата и вытрясти из него весь спирт, но тут вмешалась Роза.

— Ты видный мужчина, Юрек. И я уверена, что твоя жена — дура, раз оставляет тебя здесь совсем одного в рождественские дни. Но теперь, когда она ушла, ты мог бы заработать тысячу крон и продолжать пить, пока она не вернется. Что скажешь? — Она помахала купюрой прямо перед его носом.

— Что я должен сделать? — буркнул он.

— Сказать нам, где ты ставил эти рельсы. Вспомни всё, что можешь!

Он подался вперед, сцепив руки на груди, так что перегар полыхнул во всю силу, едва не сбив Асада с ног.

— Где это было, где это было? Kurwa, kurwa! — Он потер виски и затряс головой, словно пытаясь выстроить внутреннюю линию времени.

— Это было в Копенгагене? — спросила Роза, продолжая махать банкнотой.

Он кивнул.

— На установку ушло три дня, потому что баба, которая заказала работу, выставляла нас вон через пару часов каждый день, а бетон на потолке был сущим gówno.

— Gówno?

— Дерьмо, ты что, по-польски не понимаешь? Он был такой gówno твердый, что мы…

— ГДЕ? Юрек. ГДЕ? Это всё, что мы хотим знать! — настаивала Роза, делая вид, что убирает купюру обратно в кошелек.

— Стой, стой! Это было немного за пределами Копенгагена, вдоль скоростного шоссе. Мы не могли взять в толк, что это за объект, потому что стройка не была завершена. Там был лифт и несколько этажей под землей— но над землёй только один этаж. Можно было подумать, что мы в Варшаве, когда там ещё были русские. Там были и другие здания, которые просто стояли недостроенными.

Роза прилепила купюру ему на лоб. — как далеко по магистрали? В сторону Хельсингёра или Хиллерёда? Думай, человек!

— Ты не можешь ехать так быстро, — предупредил Асад. — Это тебе не патрульная машина.

— Нет, но, черт возьми, фактически она ею является, — возразил Карл.

— Да, ты так говоришь, но здешняя полиция об этом не знает, и если они нас остановят за то, что ты выжимаешь 180 на «Альфа-Ромео» без мигалки на крыше, они тебя повяжут, Карл. Сбавь скорость.

Роза хлопнула его по плечу с заднего сиденья. — Жми на газ, Карл. Асад прав, но…

Карл вспотел. Они примерно знали, где находится здание, и примерно понимали, как оно выглядело пять лет назад. Но что, если его достроили? Юрек Ясинский описал одинокое белое бетонное здание напротив того, которое они искали, — там они пару раз просились в туалет, но то здание, к сожалению, было не слишком приметным.

— Вы увидите его с магистрали, мимо точно не проедете. — И после этого он получил свою тысячу крон.

— Я до сих пор не могу поверить, какое это невероятное везение, что Асад уже знал этого человека. Каковы шансы на такое? — сказала Роза.

— Когда в деле замешаны польские рабочие, случиться может всё что угодно, — ответил Асад. — Вы не знаете притчу о стаде верблюдов, которые хотели усыновить осла, потому что думали, что это сделает их интереснее? Нет? Ну, в общем, они нашли…

— Вон там! Карл, — крикнула Роза. — Прямо там. Посмотри на здание, оно похоже на руины Всемирного торгового центра. Смотри! С одной стороны оно возвышается до второго этажа, а стена с противоположной стороны едва доходит до первого.

— Он так его описывал? — Карл сомневался. Он не узнавал описание.

— А как еще? Это первое подобное здание на всем отрезке. Сворачивай, Карл. Прямо сейчас, ты успеваешь.

— Тогда историю про осла послушаете в другой раз, Карл. Я согласен с Розой. Оно выглядит так, как запомнил Юрек.

Карл свернул на следующем съезде под визг шин и направился назад в промзону.

— Вы его видите? Я — нет! — в отчаянии произнес Карл. Перед ним было не меньше двадцати зданий, которые не были одинаковыми, но всё равно походили друг на друга. И между ними петляли дороги, казалось, лишенные всякого общего плана. Такая промзона, которая разрасталась с шестидесятых и в итоге оказалась в ловушке собственного уродства.

— Почему здание в этом квартале не достроено, можете мне сказать? — спросил Карл, объезжая одну боковую улочку за другой.

— Плохие стройматериалы могут остановить любое строительство, — ответил Асад.

— Как тот новый небоскреб на Амагере, где бетон в фундаменте, говорят, не выдерживает столько этажей, — добавила Роза.

— Да, или просто деньги кончились, — предположил Асад.

— Что говорит твой список недвижимости, Ассад? Есть ли у Сисле какая-нибудь собственность здесь? — спросил Карл.

Тот покачал говолой. — Давно уже проверил, Карл. Нет. Но она могла его арендовать.

Карла передернуло.