Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

Но Эмили уже вышла из квартиры и направилась к лестнице, низко опустив капюшон куртки на лицо.

— Эмили, стой! — позвала Клара, но ответа не последовало. Она проводила Эмили взглядом, подождала, пока хлопнула входная дверь внизу и вернулась обратно в квартиру.

Ошеломленная, с колотящимся сердцем, Клара немного постояла, а затем опустилась на диван. Когда Эмили поняла, что скоро должен прийти Том, на ее лице отобразился абсолютный ужас. Разные мысли проносились в голове у Клары, она вспомнила сцену в «Ивах»: запуганная, поверженная Роуз и нависающий над ней Том. Потом ей пришло на ум, как Мак рассказывал, что Том слетел с катушек после исчезновения Эмили, принимал наркотики, напивался, связался с дурной компанией. И было еще что-то, о чем упомянул Мак — Роуз и Оливер так оберегали Люка, что не оставляли его одного дома, даже вместе с Томом. Беспокойство Клары нарастало. Может, это от Тома они старались защитить Люка?

Кто причинил такие страдания Эмили, когда ей было семнадцать? Почему она была настолько напугана, что не хотела сейчас возвращаться в семью? Из того немногого, что Люк рассказывал о сестре, она составила себе портрет сильной и целеустремленной личности, но женщина, с которой познакомилась Клара, оказалась чрезвычайно уязвимой и, безусловно, травмированной. И еще кое-что пришло ей на ум. Том был в Лондоне в тот день, когда квартиру взломали, появился нежданно-негаданно всего через несколько часов после произошедшего в таком виде, словно не спал всю ночь. Нужно еще учитывать то, что Эмили бережно хранила фотографии Люка и родителей, но ни одной Тома — даже вздрогнула при упоминании его имени.

Клара выпрямилась, сердце учащенно забилось, когда она посмотрела на часы. После звонка Тома прошло десять минут. Она вдруг поняла, что не хочет оставаться с ним наедине. Надо было срочно сматываться.

Через полчаса Клара уже была на Холлоуэй-роуд, стояла на улице и смотрела на окна квартиры Мака. Она пыталась дозвониться до него по пути сюда, но он не ответил. Клара нажала кнопку звонка и подождала, ей не терпелось обсудить с ним последние события, но к домофону никто не подошел. Где его носит? Ему было известно о сегодняшней встрече с Эмили; он хотел подождать ее возвращения домой и услышать, как все прошло. Что же случилось? Она отступила на шаг назад от двери и задрала голову, чтобы посмотреть на окна, и краем глаза заметила Мехмета, хозяина ларька с кебабами.

— Все в порядке, милая? — окликнул он ее.

Клара подошла к нему.

— Вы его сегодня видели? — спросила она, дыша через рот, чтобы не чувствовать тошнотворный запах жареного мяса.

— Нет, последний раз утром, дорогая.

Клара кивнула, продолжая вертеть в руке ключи, переданные ей Маком в тот день, когда она перебралась к нему. Она никогда не открывала дверь самостоятельно, ведь до сих пор в этом не было необходимости и, кроме того, ей казалось, что воспользоваться сейчас ключами было бы несколько бесцеремонно с ее стороны.

— Какой-то тип зашел за ним примерно час назад, — продолжил Мехмет, выключив радио, откуда раздавался пронзительный голос Тейлор Свифт, — но я не знаю, застал ли он его. Я на минутку выскочил через заднюю дверь покурить в тот момент, когда он постучал.

«Том», — подумала Клара. Она поблагодарила Мехмета и уже собралась уходить, когда он произнес то, что заставило ее замереть на месте.

— Но он точно дома.

Клара удивленно посмотрела на него.

— Мак? Почему вы так решили?

— Я вернулся после перекура и услышал, что он грохочет как стадо слонят — с тех пор он не выходил. Я больше не отлучался. — Мехмет вскинул брови, глядя на нее. — Мне даже показалось в какой-то момент, что он сейчас потолок пробьет насквозь. Чем он там занимается, мебель двигает или что-то в этом роде?

Вокруг было тихо, когда Клара поднималась по узкой лестнице, ведущей от входной двери к квартире Мака, с каждым шагом у нее в душе нарастало дурное предчувствие. Наверху Клара увидела, что дверь в квартиру приоткрыта.

— Мак? — позвала она нервно, но ответа не последовало. Клара осторожно толкнула дверь.

Ей хватило нескольких секунд, чтобы понять, что перед ней сцена преступления. Воздух наполнял монотонный скребущий звук, она недоуменно прислушивалась, пока до нее не дошло, что это звук иглы, царапающей доигравшую до конца пластинку на вертушке, усиленный колонками Bowers&Wilkins, столь высоко ценимыми Маком. Справа от себя она увидела разгромленную гостиную: мебель была перевернута, вещи раскиданы, даже телевизор был сброшен на пол. Как и ее квартиру неделю назад, жилище Мака основательно обшарили. Клара хотела было позвать его, но слова от страха застряли в горле. Пока она не повернулась лицом к кухне и не заметила ноги, торчавшие из-за полуприкрытой двери. Клара взвизгнула, от шока ее голос прорезался сквозь нервный ком в горле.

— Мак, — Клара подбежала к нему — ей пришлось приналечь на дверь, чтобы немного пододвинуть тело и протиснуться внутрь, — потом она опустилась рядом с ним на колени. Кровь тонкими струйками стекала на бледный линолеум, кожа была мертвенно-белая, глаза закрыты. — Мак, — громко позвала она, — Мак, очнись, о господи, очнись же, пожалуйста!

Рядом на полу валялась неоткрытая бутылка вина, перепачканная кровью. Очевидно, ею воспользовались, чтобы нанести удар. Задыхаясь от рыданий, Клара попыталась нащупать пульс и с облегчением вскрикнула, когда на шее почувствовала слабое биение.

— Ты в порядке, — сказала она, — все о’кей, ты в порядке. — Трясущимися руками она пошарила в кармане, нащупала телефон и вызвала скорую помощь.

Было почти одиннадцать часов вечера, Клара стояла на улице около клиники Университетского колледжа, вглядываясь в темноту, подавленная и потерянная после яркого света отделения интенсивной терапии. Она провела там несколько часов, безотрывно держа Мака за руку, выпустила лишь чтобы поговорить с его матерью по телефону и дать показания полиции. Один раз он очнулся, открыл глаза и, увидев рядом с собой Клару, слегка улыбнулся. Обхватив голову руками, Клара с облегчением разрыдалась.

По крайней мере, состояние его было стабильным, врачи пообещали Кларе, что он полностью восстановится, сказали — «в рубашке родился», но посоветовали оставить его сейчас в покое и пойти домой выспаться.

Внезапно от всей чудовищности происходящего, перенесенного стресса при обнаружении Мака, страха за его жизнь, нескольких нервных часов без еды Кларе стало нехорошо, пошатываясь, она дошла до фонарного столба и прислонилась к нему, ноги сами подкосились, а рот заполнила желчь, перекрыв ей дыхание. Она почувствовала сильную дрожь.