Последняя жертва озера грешников - Марина Владимировна Болдова

Теперь по аварии. Микроавтобус «Форд Транзит» зарегистрирован на Волощука, он в этой компании самый старший, ему было пятьдесят три. Девятнадцатого в восемнадцать ноль восемь «Форд» проскочил пост на трассе со скоростью сто шестьдесят, там его зафиксировала камера. Дальше идет спуск к мосту, где он еще разогнался и в середине, пробив ограждение, упал вниз. Момент падения зафиксировал видеорегистратор «Газели», которая ехала по встречке. Водитель успел затормозить, иначе бы лобовое. Позже водолазы достали четыре тела и саму машину. Подрезан тормозной шланг. Можно не сомневаться, тот, кто решил свернуть бизнес, и убрал рядовых исполнителей.

— А Пономаренко?

— Возможно, и не планировал. А возможно, и не успел. Ее задержали рано утром. Да и смысл ее убирать — она знает только четверых погибших. Ну, сдала она список адресов, чем это грозит главарю? Я уверен, что он никаким боком не касается к этим квартирам. Звонок, отвечу? — Артем достал мобильный. — Да, Юля. Я понял. Спасибо.

— Морозова?

— Да. Соболь прилетает рейсом в восемнадцать пятьдесят пять. Встретим. И самое интересное — в салоне затонувшего авто находились три дорожных сумки с мужскими вещами и чемодан с женскими. В одной сумке, принадлежавшей, судя по вещам большого размера, Головатому, найден пистолет Макарова. Проходил у нас по убийству в девяносто четвертом директора рынка Ленинского района.

— Что, из вещдоков пропал?

— Так точно. Дело вел Кортнев, ныне покойный.

— Документы были при погибших?

— Да, паспорта лежали у мужчин в карманах, у женщины — в сумочке. А вот мобильник был только у Головатого, он же был за рулем.

— Думаешь, он должен был убрать троих?

— Очень похоже. Но по собственной инициативе, потому что «начальство» решило, видимо, по-своему: Головатого тоже списали.

— Гражданство у них какое?

— Российское. У троих — с двадцать третьего года, свеженькое. У Григория Соболя — с девяносто второго. Кто-то ловко использовал подставу — этническая группировка, мол, кого в Россию пустили. Волощук зарегистрирован у тещи в Саратовской области. Кстати, жена ни сном, ни духом, чем занимался здесь муж. Головатый и Наталья Олейник — у дальних родственников женщины в Волгоградской. Эти двое, со слов Пономаренко, в гражданском браке. Сама Олеся Мыколовна зарегистрирована у нас в городе с пятнадцатого года, бывшая жительница Херсона.

— А у нас где эти четверо жили?

— На съемных хатах в разных районах. Парочка Головатый и Олейник — на Московской, Волощук и Соболь — в центре, на Базарной.

— На Базарной? Номер дома?

— Шесть. Первая квартира. А что?

— Восьмой сгорел девятнадцатого. Одна из квартир Ляны Бадони.

— Жены Фандо? — присвистнул Страхов. — А она сама?

— Пропала. Не могу дозвониться. И девятнадцатого же она продала квартиру на Воскресенской.

— Думаете, тоже жертва? — осторожно поинтересовался Артем.

— Даже думать не хочу! — отрезал Сотник и достал телефон. Он сфотографировал четыре паспорта, решив показать фотографии троих мужчин Мальцеву. Хотя сам заметил, что Григорий Соболь как раз подходит под описание вора, предположительно ограбившего, а, возможно, и спалившего эту квартиру Ляны. Настораживало его такое случайное соседство, да и случайное ли? Встает вопрос — кто навел? Кто мог знать, что в такой развалюхе есть, чем поживиться? Можно, конечно, предположить, что Соболь узнал о том, что там жил когда-то коллекционер старинных часов, от хозяина жилья, которое снимал.

— Артем, протокол осмотра на Базарной где?

— Вот, — Страхов дал Сотнику заполненный бланк. — А этот — с Московской, где квартировала парочка Головатый-Олейник. Но обе хаты чистые, личных вещей не осталось никаких, оно и понятно — возвращаться не собирались. Я вот думаю, Михаил Юрьевич, чего это вдруг преступники всполошились и так быстро свернули бизнес? Кто-то спугнул?

— Пономаренко спрашивали?

— Да. Настаивает на том, что она никуда бежать не собиралась, а в чемоданах в багажнике — вещи для поездки в Москву, давно, говорит, не была в столице. Предъявила даже скан договора на съем на шесть суток квартиры в Хамовниках метро Смоленская.

— Не сказала, куда дальше собиралась? После шести суток?

— Планировала вернуться домой. Но обратный билет не брала.

— В других направлениях?

— Ни на самолет, ни на поезд. Сейчас вылететь из Москвы к нам без проблем в течение суток, так что, возможно, и не врет. Но верить ей я бы не стал, очень скользкая дамочка. Дом-то в коттеджном поселке продала! Осталась только квартирка в собственности, так себе, малометражка на Вокзальной, практически у железнодорожных путей. Нет, точно бежать собиралась! Допросили бы вы ее, Михаил Юрьевич, еще раз. На предмет пропавших собственников квартир. Не может она не знать, куда их вывозили!

— В понедельник, — ответил Сотник, думая о том, что, не дай бог, Ляна — еще одна их жертва. Как вариант, работали на банду два нотариуса, Пономаренко и Краевская, то есть — не все яйца в одну корзину. Все семь эпизодов с Пономаренко известны. Только, семь ли? Не факт. Краевская же пока вне подозрений, и о ней знает только он и Юля Морозова.

Пора с Краевской встретиться. И лучше бы ей оказаться ни при чем.

Глава 5

Ляна понемногу успокаивалась, воспоминания становились все более подробными, она начала логически мыслить, оценивая события адекватно.

Обратные билеты из Дрездена были у них выкуплены, они должны были вылететь домой так же втроем тринадцатого июля. Но у Георга к этому дню остались незавершенными переговоры с новым партнером, сосватанным Отто. На семейном совете решили, что Ляна полетит одна, соберет вещи в квартире на Воскресенской и проведет сделку по продаже, поскольку уже назначена дата — девятнадцатое. А после вернется к ним.

Перелеты, ночные пересадки — она устала, как никогда. В аэропорту ее никто не встречал, да и кому бы? Ляна подумала, что смысла ехать за город, в усадьбу, нет, все равно днем ей придется возиться в квартире, поэтому лучше и ночевать здесь же.

Не успела закрыть за собой дверь, как позвонил Михаил Сотник. Очень не вовремя — звонок застал ее, когда она возилась со счетчиком, пытаясь включить в квартире электричество. Позже она пожалела, что практически свела разговор на нет, все-таки не общались они года полтора, если не больше. На самом деле, неплохо было бы и встретиться. Решив, что наберет его позже сама, Ляна занялась делами. И вскоре поняла, что вещей, которые нужно вынести на помойку, в разы больше тех, которые нужно будет частично перевезти в усадьбу, а оставшиеся — в квартиру