Тайна трех зеркал - Анна Александровна Завгородняя

– Боюсь, что и в этом я вынуждена вам отказать. Во-первых, я сама еще не была в доме. Во-вторых, я бы не хотела продавать ничего из того, что в нем находится. Наша семья не нуждается в деньгах.

Явлонская поджала губы, и они превратились в тонкую ниточку, изогнутую в недовольстве.

– Мне жаль, что приходится отказывать вам. Надеюсь, это не станет причиной для обиды, ваше сиятельство, – закончила я.

Софья Александровна смерила меня взглядом, разительно отличающимся от первого. Она покачала головой, словно осуждая мои слова, затем встала, опершись на трость. Я встала тоже.

– Видимо, я совершенно напрасно потратила и свое, и ваше время, княжна Вяземская, – сказала графиня с достоинством.

– Мне жаль, если я разочаровала вас, – ответила я ей в тон.

– О нет, вы меня не разочаровали. Я ожидала чего-то подобного, – загадочно ответила женщина, и я вдруг почувствовала, что она скрывает за спокойным тоном подавленную ярость.

Но у Явлонской хватило силы воли не показать этого откровенно.

– Более вас не задерживаю, княжна. Ступайте к своим родным. Танцуйте и веселитесь. Желаю вам удачного вечера, – почти мило проговорила Софья Александровна.

– Благодарю за понимание, – ответила я ей и направилась к выходу из гостиной, спиной чувствуя яростный, почти обжигающий взгляд женщины, которой я посмела отказать.

В какой-то миг захотелось обернуться, посмотреть на Явлонскую, но что-то удержало меня от этого опрометчивого шага.

Покинув комнату и оставив графиню наедине со своими мыслями, я невольно задумалась о том, что же ей нужно в действительности, сам дом или древности дядюшки? И если так, то почему он хранил их именно там, в старом родовом гнезде, которое не посещал и в котором не жил несколько лет? Одни вопросы и, увы, пока никаких ответов.

Глава 4

Старшему следователю даже не пришлось предъявлять свое удостоверение. Подчиненные знали главу отдела в лицо и беспрекословно отошли в сторону, покосившись лишь на его спутника, мрачного джарганца, тенью скользнувшего за Лехно.

Миновав магическое заграждение, мужчины вошли в переулок, освещенный магией одного из работников отдела. Младший сотрудник создал огненный шар, который завис в воздухе, освещая все, даже самые дальние уголки переулка.

– Господин старший следователь!

Лехно встретили с почтительным поклоном. На Горича посмотрели с интересом.

– Этот человек – со мной, – не глядя ни на кого, объяснил Станислав и приблизился к месту, вокруг которого уже суетилась бригада из отдела.

Милош проследовал за ним и увидел только нетронутый пепел, рассыпанный на дороге. Приглядевшись, он различил контуры человеческого тела и замер, ожидая, что скажет Лехно.

– Кто нашел? – сухо спросил старший следователь.

– Вот он.

Маг из отдела вытолкнул вперед мальчишку-оборванца, прятавшегося за спинами собравшихся.

– Как интересно, – произнес Лехно и, посмотрев на мальчика, поманил его к себе.

Ребенок, обогнув следователей, осторожно приблизился к главному магу отдела по расследованию темных дел и замер, глядя напуганным, ничего не понимающим взглядом.

– Доброй ночи, молодой человек, – сказал Лехно и наклонился к насмерть перепуганному мальчишке. – Расскажите мне, что вы видели.

– А?

Мальчик удивленно моргнул, открыл рот и тут же, закрыв его, попятился назад.

– Он напуган, – произнес Милош, встав рядом с Лехно, и сразу опустился на корточки, глядя в глаза оборванцу. – Привет, – сказал он спокойно. – Как тебя зовут?

Он оценивающим взором скользнул по потрепанной курточке мальчика, темным брюкам, порванным на коленке, и шапке. Надетая набекрень, она придавала его лицу несколько забавное выражение. Ребенку было от силы лет десять. Возможно, и того меньше. И он был напуган так, что мелко подрагивал, обхватив себя руками.

– Илья, – все же произнес мальчик, отвечая на вопрос джарганца.

– Илья, – кивнул Милош. – Хорошее имя для мужчины.

– Моя мама тоже всегда так говорила, – согласился мальчишка чуть более открыто.

– А где сейчас твоя мама? – спросил Горич.

– Так нет ее. Померла.

Лицо оборвыша изменилось, глаза наполнились слезами, и Милош поднялся на ноги, положив руку на худое плечико мальчика.

– Станислав Иванович, позвольте мне забрать мальчика. Тут неподалеку я приметил трактир. Его бы накормить.

– Накормить? – переспросил Лехно таким тоном, словно начал сомневаться в умственных способностях горца. – Его надо допросить.

Старший следователь положил руку на плечо Горича и отвел его в сторону на несколько шагов, после чего, понизив голос так, чтобы не услышали подчиненные, добавил:

– Милош, этот мальчик, возможно, первый свидетель. Его следует немедленно допросить, а не водить по тавернам.

Горич усмехнулся:

– Признаться, господин Лехно, я сильно сомневаюсь, что мальчик что-то видел. Но он напуган, а еще голоден, и я считаю, что сытый свидетель охотнее станет отвечать на вопросы.

Лехно выдержал паузу, после чего вздохнул и с неохотой сказал:

– Хорошо. Мы попробуем ваш метод, Милош. Берите мальчишку, но через час я жду от вас отчет, если там только будет о чем отчитываться.

Горич кивнул и вернулся к мальчику.

– Ты голоден? – спросил он.

Мальчишка кивнул, и глаза его вспыхнули, освещенные надеждой.

– Хорошо. Тогда сделаем так: ты мне дашь несколько минут оглядеть здесь все, а потом мы пойдем, и я покормлю тебя чем-нибудь горячим и вкусным. Согласен?

– Да, господин!

Илья едва не подпрыгнул на месте, и все же в самой глубине его глаз продолжал жить страх.

Милош вернулся к следователям и посмотрел на пепел. Затем, присев, махнул руками, требуя, чтобы люди отошли на несколько шагов. Те покосились в сторону Лехно и, лишь когда старший следователь утвердительно кивнул, сделали так, как просил джарганец.

Милош протянул руки над пеплом и закрыл глаза. Призывая магию, он успел краем уха услышать перешептывания магов. Конечно же, они обсуждали его.

– Это тот самый некромант?

– Да. Говорят, он очень хорош в своем деле…

И все в том же духе.

Покачав головой, Горич сконцентрировался на своей работе, и миг спустя окружавшие его сотрудники отдела увидели, как вокруг джарганца поднялась сила. Она не была похожа ни на что виденное ими ранее. Словно сама тьма обступила мага. Она потекла по его спине, рукам, поднялась выше и замерла, ожидая приказа хозяина. Горич шевельнул пальцами. Губы его дрогнули, но мужчина не произнес ни единого слова. И все же тьма поняла. Она потекла вниз, застыла над пеплом, постепенно принимая очертания человеческого тела, обретая объем и форму. Несколько секунд спустя, когда Милош открыл глаза, он увидел прямо перед собой лежащую на дороге девушку. Она была буквально соткана из тьмы. Будто статуя, созданная из черного мрамора.

Маги замолчали. Перешептывания оборвались, и Милош был только рад этому, потому что тишина