Люди за спиной. Том 2 - Александра Маринина

Настя вспомнила безвкусную еду в «Охотничьем домике». Нет уж, спасибо, рыбного и овощного, пожалуй, достаточно. Мяса не хотелось.

– А можно мне просто отварной картошки? – попросила она. – Без ничего.

Алена лукаво посмотрела на нее.

– Ну хотя бы со сливочным маслом и укропом? Похоже, наш городской общепит вас чем-то обидел. Где это вы так неудачно пообедали?

– В «Охотничьем домике», – призналась Настя.

Лицо Алены неуловимо изменилось, и Настя подумала, что хозяйка, похоже, знакома с этим заведением. Но вопросов задавать не стала.

* * *

Сообщение от Зои Печерниковой пришло во время ужина, когда Настя с наслаждением поглощала самую обычную вареную картошечку с маслом и укропом. Ей казалось, что ничего вкуснее она в жизни не ела. Сообщение было коротким и загадочным: «Все ошибаются».

Быстро дожевав последнюю картофелину, Настя помчалась к себе в номер и перезвонила Зое.

– Я где-то ошиблась? – нервно спросила она, услышав в трубке знакомый голос.

– К тебе это не относится, – спокойно ответила Зоя.

– А к кому тогда?

– К Сташевской. Я проверила сайт, который ты мне скинула днем. Сташевская очень старательно удалила свои профили из соцсетей, а про этот сайт забыла. Или решила, что там ее никто искать не станет. Аккаунт старый, существует с двенадцатого года, Сташевская размещала на нем объявление о сдаче квартиры в аренду и переписывалась с потенциальными наемщиками. Видимо, в апреле восемнадцатого года очередные жильцы съехали, потому что последнее объявление датировано апрелем. В мае было два отклика, но не сошлись по условиям. Потом в июне откликнулся некий мужчина, подписался именем «Николай», его все устроило по цене и местоположению, договорились о сроках. Мужчина написал, что заедет в начале июля и квартира будет ему нужна на несколько месяцев, но точно он сроки определить не может. Сташевская согласилась.

– А найти этого Николая ты сможешь?

– Надеюсь, – коротко ответила Зоя. – Буду рада, если смогу еще чем-то помочь.

Ну вот, перерыв закончился, наконец! Можно с чистой совестью возвращаться к работе.

– Я напишу через несколько минут, хорошо? Наверное, еще что-нибудь попрошу.

– Жду.

Настя бросила телефон на кровать и метнулась к шкафу. Достала сумку, вытащила файл со справкой и впилась в нее глазами.

Уголовное дело №… возбуждено 16.08.2016 г. по факту обнаружения трупа гр. Третьяковой Е.Н.…следователь Шахрай Виталий Андреевич… приостановлено 15.10.2016 г. в порядке п.1 ч.1 ст. 208 УПК РФ… возобновлено 12.09.2018 г. в соответствии с п.1 ч.1 ст. 211 УПК РФ… следователь Бердников Валентин Сергеевич… постановление от 13.09.2018 г. о привлечении гр. Мезенина Вячеслава Александровича в качестве обвиняемого… уголовное дело с обвинительным заключением направлено 20.09.2018 г. прокурору в порядке ч. 6 ст. 220 УПК РФ… 22.09.2018 г. направлено в суд в порядке п.1 ч.1 ст. 221 УПК РФ…

Настя мысленно чертыхнулась. Надо было специально попросить, чтобы посмотрели, на основании чего возобновили дело и почему суд вынес такой мягкий приговор. Ей-то казалось, что Володя Меренков прекрасно понимает, какие обстоятельства представляют для нее интерес, и сориентирует того, кому даст поручение. А он… то ли не понял, то ли не захотел понять, то ли просто забыл. А может быть, Меренков все понял, а исполнитель не сделал, пропустил детали мимо ушей или поленился. Ну а что теперь волосы на голове рвать? Она же запросила справку о движении дела – вот такую справку и получила, ни словом, ни даже закорючкой больше. Дата постановления о привлечении в качестве обвиняемого – всего лишь приятный бонус, ибо такая информация к понятию «движение дела» не относится. Все, что ее интересует, находится в самом уголовном деле, а доступа к материалам дела у нее пока нет и не факт, что будет. Впрочем, лично ей материалы дела не нужны, они нужны Сереже Прокофьеву, оперу из Ворошиловска, который надеется, что приезжая тетка с невнятными полномочиями выполнит за него всю нудную часть работы.

Однако ж из скупых строк справки можно кое-что выудить. Следователь Шахрай, судя по всему, работу свою не особенно любил, совсем не ценил, и не уважал, и вообще делать ее не хотел. Закон предусматривает срок предварительного расследования длительностью в два месяца, но в сложных случаях, когда не успеваешь допросить всех многочисленных свидетелей, или провести все необходимые следственные действия, или в последний момент возникает необходимость проведения какой-нибудь сложной экспертизы, можно попросить продление срока еще на месяц. Собственно говоря, все так и делают, если не укладываются в два месяца, независимо от истинных причин. Истинные же причины лежат в совсем иной плоскости: следователей не хватает, нагрузка на каждого растет, и даже если дело не очень-то и сложное, до него просто руки не доходят. Так что никого не удивило бы, если бы Шахрай попросил руководство продлить срок следствия еще на месяц. Обычная практика, поэтому начальство даже не стало бы вникать, какие там особые сложности в этом деле, просто подмахнуло бы бумагу. Однако Виталий Андреевич почему-то этого не сделал, а приостановил предварительное расследование ровно через два месяца в связи с тем, что лицо, подлежащее привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого, не установлено. Почему? У него был еще целый месяц, чтобы все-таки выяснить, кто же убил Е.Н. Третьякову.

Зато другой следователь, Валентин Сергеевич Бердников, проявил чудеса оперативности. 12 сентября вынес постановление о возобновлении предварительного расследования, на следующий день вынес постановление о привлечении Мезенина в качестве обвиняемого, а еще через неделю направил дело с обвинительным заключением прокурору. Прокурор тоже не сидел сложа руки и через два дня направил дело в суд, хотя на ознакомление с материалами закон отводит ему целых десять дней. А он за два дня управился, какой молодец! Наверное, отложил все текущие задачи, заперся в кабинете и углубился в документы. Интересно, куда прокурор так торопился? На дачу, что ли?

Настя быстро набрала в телефоне сообщение Зое: «Следователь Шахрай Виталий Андреевич, Крюковская область, Спасский район. Следователь Бердников Валентин Сергеевич, Крюковская область».

Снова взяла в руки справку, нашла фамилию прокурора, утвердившего обвинительное заключение, и позвонила Меренкову.

– Володя, у вас есть прокурор по фамилии Асилец? – спросила она.

– Был такой. А в чем дело?

– Что значит «был»? Он куда-то делся?

– Перевелся, сейчас уже и не вспомню куда. Он был женат на дочке прокурора области, того, который погиб при взрыве. Работником был никудышным, но его боялись трогать, никто не хотел связываться с тестем в высоком кресле. А как только тестя не стало – сами понимаете, что началось.

Ну конечно же, она понимала. Судя по всему, этот Асилец был непосредственным подчиненным самого Меренкова, который после смерти прокурора области перестал терпеть то ли непрофессионализм, то ли отсутствие служебной дисциплины, то ли все