Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

Напряжение в библиотеке накаляется, мне сильно не по себе. Дженни смотрит то на меня, то на Крейна, как судья на теннисном матче.

– Может, ты раньше видела ее издалека, где-то на своей земле?

– Нет, – напряженно отвечаю я. – У нее и одежда, и фигура узнаваемые. Я бы точно заметила, если бы она здесь появлялась.

Крейн одаривает меня одним из своих фирменных долгих взглядов. Я чувствую, как он меня оценивает.

– К сожалению, история обращений в полицию говорит об обратном. Мы архивируем все звонки и жалобы, поступающие в участок напрямую, не по номеру 999 – они идут в другой архив. Сохраняются время, дата и причина обращения. И в этой системе сохранилось твое имя, ты звонила и жаловалась на действия досаждающего характера Пеони Лейн. Одиннадцать раз.

– Бред какой-то, – говорю я и подрываюсь на ноги. – Если я столько раз жаловалась, то почему никто не открыл дело? И я хочу услышать все эти «звонки».

– Они регистрируются, но не записываются, – твердо произносит он.

– А как же предупреждение «ваш звонок записывается в учебных целях»? – парирую я. – И вообще, хочешь сказать, что я столько раз на нее жаловалась, но никто не подумал приехать и все проверить?

– Кто-то подумал, – вздыхает Крейн. Выражение его лица чуть смягчается, но я вижу, что он все еще не до конца мне верит.

Я складываю руки на груди, вызывающе на него смотря.

– Кто? Кто приезжал разобраться с моими «жалобами»? Ты же понимаешь, как это все тупо выглядит?

– Cудя по данным в системе, констебль по имени Аша выезжала на эти жалобы. Она докладывала, что ты ни разу не ответила на звонки в дверь.

– Да уж, наверное, потому что меня не было дома! Меня кто-то подставляет, кто-то, кто знает, когда я выхожу и возвращаюсь, чтобы именно в это время позвонить и «нажаловаться», ведь я не смогу впустить полицию!

– С какого номера звонили? – перебивает Дженни. – Кто-то имитировал голос Энни?

– Звонили из Грейвсдаун-холла, – отвечает Крейн. Он бубнит номер, который я не узнаю. – Это домашний телефон, зарегистрированный здесь.

– Ну вот вам и ответ! – восклицаю я. – Мне двадцать пять, на что мне сдался домашний телефон? Я даже не знала, что он здесь есть!

Я достаю из кармана мобильник и машу им, пытаясь доказать свою позицию.

Лицо Крейна на секунду озаряется облегчением, затем он снова мрачнеет.

– Хочешь сказать, что кто-то инсценировал целую серию звонков, подделывая «жалобы», как бы готовя почву под убийство Пеони Лейн?

– Звучит глупо, но да!

Крейн надувает щеки, а затем выпускает воздух из легких.

– Ты же мне веришь? – спрашиваю я, голос сам стал мягче.

Он сомневается всего мгновение, не дольше вдоха, но тем не менее эта неуверенность проскакивает.

– Конечно, – говорит он, и взгляд у него такой нежный, почти смущенный. Я тут же готова его простить. – Но не думаю, что на этом все закончится, – произносит он в конце концов. – Советую быть внимательнее.

Мы с Дженни провожаем его к двери и прощаемся, а затем я проверяю все замки, ключи цепляю к резинке для волос на запястье.

– С этого дня ношу только одежду с карманами, – решаю я. Дженни выразительно на меня смотрит. – Что?

– Я опять в голове выполняю два дела за раз. Вспоминаю, какую одежду с карманами я привезла, и размышляю, что теперь нам явно нельзя просить дневники у Бет Фойл. Попытайся прикинуть список людей, чей голос можно спутать с твоим. Он начинается и заканчивается на Бет.

– Тут ты права, – признаю я. Мне больно думать, что Бет могла так меня подставить. – Но подставляют меня даже как-то по-смешному глупо. Есть у нас тут пара человек, которые могли до такого додуматься, особенно до такого абсурдно-театрального.

– О-о-о, точно, мой любимый мультяшный змей – Саксон Грейвсдаун, – тянет Дженни, – и его злобная женушка Эльва.

– Именно! Пеони Лейн вдруг захотела со мной поговорить – видимо, жаждала признаться, что она стала причиной аварии, в которой погибли родители Саксона. Может, он как-то узнал, что она приложила руку к их смерти? Ведь это событие – начало всех его несчастий: все началось со смерти его родителей, а закончилось, когда я разгадала убийство тети Фрэнсис.

– Он одним махом смог бы отомстить и человеку, который перевернул его жизнь, и тебе, – заключает Дженни. – Я, конечно, плохо его знаю, но звучит так, будто он на такое способен.

– А еще Саксон знает этот дом как свои пять пальцев. – Меня передергивает. – Если кто-то и мог сюда проникнуть, не попав под камеры, – так это Саксон Грейвсдаун.

Глава 16

Следующим утром мы с Дженни решаем пойти завтракать в Касл-Нолл. Голова гудит от вчерашнего красного вина – и от стресса, наверное, тоже. День приятный и солнечный, я стараюсь это ценить, а не бубнить из-за слезящихся от света глаз и похмельных мук. Идти нам минут тридцать, если срезать по лесным тропинкам поместья Грейвсдаун, потом по пешеходной дорожке вдоль трассы и через фермерские поля, чтобы выйти прямо на главную улицу. До дальнего конца деревни можно дойти и побыстрее, если топать сразу вдоль трассы, мимо развалюхи-паба, но мы-то хотим выйти поближе к еде, а лучшие ресторанчики все находятся около руин замка.

– Итак, – говорит Дженни и берет меня под руку, пока мы идем по каменистой части дороги, – я была в Касл-Нолле всего раз, на похоронах Фрэнсис, и тогда мне не удалось погулять по этой милейшей деревушке. Расскажи мне о местных достопримечательностях – где тут лучшие бранчи? Куда люди ходят развлечься?

– Дженни, тут никто не ходит на бранчи, это же не Ислингтон[263].

– Значит, никакой «Кровавой Мэри», чтобы похмелиться? Никакого тоста с авокадо и вида на парковку «Сейнсбери»[264]?

– Могу предложить чай со сливками[265] и вид на модельку деревни, – выдаю я компромисс. – Может, тебя очарует сочетание крошечных человечков и гигантских настольных игр?

– Звучит волшебно – веди! – говорит она, искренне радуясь.

Я с улыбкой веду ее мимо стильных магазинчиков с творчеством местных – в основном керамика и картины акварелью. Но мне нравится приятная смена обстановки после пафосных лондонских галерей, в которых я провела полжизни, шатаясь за мамой на ее выставки и выставки ее друзей. Дженни заходит в магазин, где продают разные откопанные окаменелости, и выходит с пакетиком сокровищ.

– Берешь бумажный пакет и можешь на развес выбирать из ведра отполированные камешки, кристаллы и все такое, – рассказывает она и перебирает содержимое пакетика на ходу.

– Я знаю,