Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Как ты думаешь, мы должны быть честны с ней? Рассказать о прошлом, о том, что мы сделали?

Бен смотрит на нее, словно на незнакомого человека, и его лицо становится пунцовым.

– Ты, мать твою, шутишь? – рычит он. – Мы обещали никому и никогда не рассказывать об этом. – Он допивает остатки «Пиммса» и сминает банку в кулаке.

– Аби – не такая, как все. Ты сам так сказал. Ты хочешь лгать ей?

– То, что мы сделали, – ужасно, Би, – отвечает он, понизив голос. – Если Аби об этом узнает, она больше никогда не сможет смотреть на меня так, как прежде. Или на тебя, если уж на то пошло. Ты все испортишь. Ты этого хочешь?

– Нет, конечно, нет, – перебивает его Беатриса.

– Аби никогда не поняла бы и точно не простила бы этого. – Он разражается саркастическим смехом. – Наша жизнь оказалась бы разрушена. Нам пришлось бы снова уехать. Мы уже обустроились здесь. – Его лицо мрачнеет. – Ты никому не должна рассказывать об этом, Би. Никогда.

«Пиммс» бурлит в ее пустом желудке, вызывая тошноту.

– Знаю. Но я чувствую себя ужасно виноватой, Бен. – Она берет брата за руку, и они сидят в тишине, глядя на крыши Бата. Желчь подкатывает к горлу при одной мысли об этом, но она не может не спросить: – Ты спишь с ней?

Он отбрасывает ее руку, как будто Беатриса больна чем-то заразным.

– Я не буду отвечать на этот вопрос.

Она смаргивает слезы. Ярость закипает в ее груди.

– Черт возьми, как ты меня бесишь! – шипит она. – Я говорила тебе, что это не лучшая идея – связываться с ней. Она моя подруга, это я ее нашла. Я должна ей помогать, а ты все испортишь, как испортил все тогда… – Она чувствует, что слишком повышает голос. Женщины, сидящие под соседним деревом, оборачиваются и смотрят на нее, как на пьяницу, на угрозу, прижимая к себе малышей.

Бен хватает ее за руку и крепко сжимает.

– Прекрати, – требует он. – Люди смотрят.

– Тебя совсем не волнуют мои чувства, правда? Достаточно того, что ты решил связаться с ней, невзирая на правила проживания, – всхлипывает Беатриса, гнев вытесняет из ее души всякое смущение. – Когда мы съехались, мы договорились, что будем уважать друг друга… мы сказали… – Она делает паузу, тяжело дыша.

– Я знаю, о чем мы договорились, Би. – Его лицо блестит от пота, он в панике.

– Тогда почему ты трахаешься с ней, Бен? Под моей крышей, в моем доме…

– Не надо мелодрам, черт возьми, – резко бросает он, заставляя ее вздрогнуть. – Это наш дом, Би. Наш дом.

– Плевать! – Она уже вовсю рыдает, понимая, что устраивает публичную сцену. Несколько человек оглядываются на них, и один из подростков спрашивает, все ли у Беатрисы в порядке.

– С ней все в порядке, – огрызается Бен, вставая и поднимая ее на ноги. – Пойдем, нам пора.

Беатриса обувается и идет за Беном вниз по склону, на его руке болтается пластиковый пакет с пустыми банками. Она думает, не сказала ли слишком много, не зашла ли слишком далеко? Ей приходится бежать, чтобы поспевать за ним, но он не останавливается, пока не преодолевает половину пути, и к тому времени, как она догоняет его, ей уже не хватает дыхания. Она ловит его за руку, и он поворачивается к ней лицом, его взгляд суров.

– Что, черт возьми, с тобой происходит, Би?

Она опускает голову, удивленная его внезапной вспышкой гнева.

– Прости меня.

– И вообще, не тебе говорить о таких вещах. Как же Ниалл?

Она замирает.

– Ниалл? С Ниаллом у нас ничего нет. Он просто друг, вот и все. И он не живет с нами.

Бен недоверчиво смотрит на нее. Затем вздыхает, качая головой, и она видит, что его гнев рассеивается, как воздух, медленно выходящий из воздушного шарика. Но когда Беатриса делает движение, чтобы взять его за руку, он отталкивает ее.

– В чем дело? – спрашивает она, чувствуя, как слезы снова подступают к глазам из-за его упреков. – Извини, что устроила сцену.

Она знает, как Бен ненавидит ругаться на людях, как не любит привлекать к себе внимание.

– Дело не в этом.

– Тогда в чем? – Она достает из кармана бумажный платочек и сморкается.

Он колеблется.

– Аби много значит для меня, ты же понимаешь.

Несмотря на жару, по ее шее пробегает холодок.

– Что ты хочешь сказать?

– Я хочу, чтобы у нас с Аби все было по-настоящему. И хочу, чтобы ты относилась к этому серьезно и прекратила ревновать, Би. Я знаю, тебе тяжело, ты всегда была самой важной женщиной в моей жизни. Я понимаю это. Но я не понимаю, почему Аби не может быть моей девушкой и твоей подругой. Мы не должны ссориться из-за нее.

– Я не думаю, что сейчас у нее подходящее время для отношений, – слабым голосом произносит Беатриса. – Я думала, что если смогу ей помочь, то все остальное наладится как-то само собой.

– Только не надо снова этой ерунды про карму, Би, ладно? – Он вздыхает. – Ничто не искупит вину за прошлое, за то, что мы сделали. Ты ведь знаешь это, правда?

У нее кружится голова, и она прислоняется к забору чьего-то палисадника в поисках опоры. Как объяснить ему, чтобы он понял? Она теряет контроль над собой, над ним, над их жизнью. Она всего лишь пыталась помочь Аби, но вместо этого ей швырнули в лицо все ее благие намерения. Она закрывает глаза и массирует виски. Ей нужно подумать, разобраться во всем. Когда она снова открывает глаза, Бен пристально наблюдает за ней с настороженным выражением лица. Ее взгляд падает на его шорты от Армани, вишнево-красную рубашку поло от Ральфа Лорена и, наконец, на очень дорогие и совершенно новые солнцезащитные очки от Тома Форда поверх его песочно-белокурых волос. Даже работая в IT-отделе, он зарабатывает не так уж много, и Беатриса знает: для того, чтобы достучаться до него, нужно бить ниже пояса, так, чтобы было больно.

«Власть в моих руках, Бен. Я могу разрушить все, что у тебя есть».

– Хорошие солнечные очки, – замечает она с укором, и по тому, как краснеет его шея, он понимает, на что именно она намекает. В конце концов, Бен всегда был умен. Когда она протягивает ему руку, он не отмахивается от нее, а принимает, и они в молчании медленно спускаются с холма, направляясь к дому.