Искатель, 2010 № 11 - Журнал «Искатель»

оцепенело сидел на полке плацкартного вагона. Поезд рвал в клочья черное беззвездное пространство, громыхал и клацал. Гончаков не знал, куда деть свою злость.

6

Только Гончаков ступил на порог квартиры, как жена протянула коричневый листок:

— Володя! Это что?

Он прочитал и задумчиво произнес:

— Повестка. Сегодня к трем вызывают к следователю Чижову...

Раньше он слышал, что есть следователь с такой фамилией в областной прокуратуре, но с ним никогда дела не имел. Подумал не тянуть время, сразу поехать туда и все выяснить, но жена придержала:

— Не спеши...

— Да, торопиться в этом деле не стоит. Надо сначала все обмозговать...

Он вытянулся на диване, но собраться с мыслями не мог: за стеной плакала дочь.

Вышел на балкон.

— Как же все складывается у меня... Вокруг красота! — посмотрел он на сосновый бор за кварталом. — Живи и радуйся... А жить-тоине дают...

Перевел взгляд на крышу соседнего дома, облепленную воронами, потом на шумящих у подъезда пацанов.

— Повестка — плохой сигнал... Неужели мне опять какую бяку приготовили? Ведь им схимичить, что плюнуть... Э, нет, я вам так просто в руки не дамся... Мне ваши штучки-дрючки известны... Валя, а где Аркадий? — заглянул он в комнату.

— Должен быть дома, — сказала та про своего брата.

— Вот с ним-то мы и пойдем...

Гончаков подозвал к себе жену:

— Ты ничего не бойся... Но если все-таки нагрянут, начнут что искать или чего допытываться у тебя, ты ничего не знаешь... Возьми Аленку на руки и жди, пока отцепятся и уйдут... С ребенком не посмеют тронуть...

Гончаков и Аркадий, кучерявый крепыш и в прошлом самбист, остановились около дома, левое крыло которого было четырехэтажное, а правое — двухэтажное.

По липкой мраморной лестнице поднялись на второй этаж и направились по коридору.

Была половина третьего. Гончаков специально решил приехать немного раньше, чтобы разведать обстановку.

Заглянув в кабинет с табличкой «Чижов», увидел двух похожих на бомжаков типов с помятыми лицами и верзилу в синей форме.

— Извиняюсь...

Оглядел коридор и у туалета заметил еще двух подтянутых парней. Поманил пальцем Аркадия:

— Все понятно... У них сценарий следующий... Меня третируют вопросами, доводят до каления, я не выдерживаю, посылаю следователя, а тут эти пропитые свидетели, опера, и меня под ручки...

Аркадий покосился в сторону туалета.

— Твоя задача здесь сидеть... И никуда... Они при постороннем не рискнут....

Выглянул верзила в синей форме:

— Вы Гончаков?

— Родился Гончаковым, а как в будущем все будет, не знаю...

— Чижов, — представился тот. — Заходите...

Он пропустил вперед Гончакова и спросил у присевшего на скамью Аркадия:

— А вы что здесь делаете?

— Я с ним.

— Но я вас не вызывал.

— А меня и вызывать не надо.

— Так покиньте прокуратуру.

— А я что, мешаю вам?

Чижов посмотрел на парней, которые быстро подошли:

— Вот, не хочет уходить...

Молодые парни смерили атлетическую фигуру Аркадия и, поняв, что им двоим с ним не справиться, вернулись в конец коридора.

Чижов махнул рукой и закрыл за собой дверь, а Аркадий, забросив ногу на ногу, опустился на стул и раскрыл газету.

7

— Уже и в Москву смотаться успел? — произнес Чижов.

— Успел...

— Мы тоже люди ученые... То вы допрашивали, теперь мы вас. — Чижов ногтем прочертил по краю согнутого вдвое листа протокола.

— Это по какому же такому случаю?

— Вы занимались фальсификацией.

— А умнее ничего нельзя придумать?

Чижов достал исписанный блокнот. Пролистал до середины.

— Поскольку я уже столкнулся с тем, что вы одно дело сами сфальсифицировали, — заговорил Гончаков, — согласен только на такой вариант: ваш письменный вопрос, мой письменный ответ, причем записанный собственноручно... Иначе, я не скажу ни слова...

— Что ж... Вы тут упомянули, что будто мы какое-то дело сфабриковали? — Чижов поднял голову.

— А по какому делу парням по пятнадцать лет влепили!

— Я ничего не фабриковал, выражаясь вашим языком.

— Почему же тогда, позвольте спросить, почему там ни одного моего протокола допроса нет? Кого я допрашивал?

— Вот об этом-то я и хочу с вами поговорить.

— Поехали...

Гончаков глянул на замерших у окна бомжаков.

— Первый вопрос к вам. С какой целью вы подменили волос на рубашке покойного? — начал Чижов.

— Какой волос?!..

— Вы изымали вещи Курашкина?

— Да, изымал, но через сколько дней...

Гончаков качнул головой и спросил в свою очередь:

— А в качестве кого вы меня допрашиваете, подозреваемого, что ли? Ведь такой вопрос свидетелю не задают...

Чижов покряхтел.

— Ладно... Вы вели дело по убийству Курашкина?

— Было такое...

— На одежде убитого обнаружен волос, который, согласно протоколу осмотра, читаю, «светло-русый, длиной семьдесят миллиметров», а по заключению экспертизы, это волос седой и длиной шестьдесят один миллиметр. Объясните, как произошла подмена волоса?

— Я не эксперт, чтобы русый волос отличать от седого. А насчет длины: она может меняться со временем, и это знает любой школьник!

Еще вопрос Гончакову.

А тот:

— Вы снова некомпетентны...

Чижов раскраснелся, запыхтел, дергано поглядывая на алкашей у окна.

Когда Гончаков и Аркадий выходили из прокуратуры, Владимир показал на пустые коридоры.

— Все было сделано для того, чтобы я отсюда не вышел... Вот им!

Они устроились на дребезжащем сиденье троллейбуса.

— Аркаша! Пока счет «один — ноль» в нашу пользу. Мы им сегодня хорошего клина всобачили... Мало того, что они меня схапать не смогли, но и сопли я им подтер, как детям малым...

Чижов доложил руководству итоги допроса Гончакова и получил нагоняй. Руководство распорядилось запросить в милицейском Управлении все уголовные дела бывшего следователя для их тщательной проверки: вдруг чего найдется? Не мытьем, так катаньем...

Забитый по борта папками гончаковских уголовных дел грузовик подъехал к прокуратуре, и пять прокурорских помощников засели за изучение томов, понося и следователя Гончакова, свалившегося им на шею, и коллегу Чижова, затеявшего следствие, и своего шефа, прокурора области, пошедшего у милицейских начальников на поводу.

А генерал Папа Резо к уже принятым мерам распорядился кое-что добавить: разослать по всем колониям сотрудников Управления и с пристрастием допросить всех тех, кто когда-то имел дело со следователем Гончаковым: может, у кого тот вымогал?.. Бэхаэсэсников погнали на работу к Владимиру Григорьевичу.

8

— Какие люди! Что же сюда борцов с подпольным наркобизнесом привело? — Гончаков встретил на лестнице медицинского училища оперуполномоченных.

— Разных там еще не спросили! — недовольно ответил ему, как отрезал, старшой — оперуполномоченный по особо важным делам Ховля, за которым поднимались подчиненные. — Ты лучше покажи, где тут у вас директор?

— А мы без директора, у нас республика ШКИД! — подмигнул Гончаков и свернул в аудиторию.

Гости прошли по этажам и, обнаружив в углу коридора директорский