Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

пробормотал Харгрейв, озвучивая мысли самого Ву. – Однако я согласен с тем, что нам необходимо усилить позиции Веги и Торо на то время, пока мы будем искать, где они.

– Кстати о том, где они находятся, – сказал ССА, переходя к следующей насущной проблеме. – Мы тщательно изучаем все видео на предмет поиска любых характерных деталей на заднем плане. – Он подал знак Пателю, и тот вывел на экран застывшие картинки аватаров в различных помещениях.

– Почему вы думаете, что окружающая среда – это не голограмма, спроецированная на пустой фон? – спросил Харгрейв.

– Такой вывод позволяет сделать то, как аватары взаимодействуют с пространством, в котором находятся, – сказал Патель. – Змея и стеклянный террариум были настоящими; тот тип, которого убило током, когда он схватился за металлические прутья решетки, был настоящим; настоящим был и нож, которым зарезали другого боевика. Конечно, какие-то детали могут быть спроецированы, однако все то, что требует физического контакта, есть на месте.

– Откуда такая уверенность? – не скрывал своего скептицизма заместитель директора. – Я видел в кино и по телевизору…

– Из-за того сбоя. – Вернувшись к кадру боевика, пораженного электрическим током, Патель увеличил масштаб. – Когда это произошло, открылись не только участки человеческого тела, спрятанного под аватаром. Здесь вы можете также на долю секунды разглядеть пол и стену. Реальное физическое пространство полностью соответствует тому, что представлено в игре. В отличие от игроков, оно не было визуально модифицировано.

Харгрейв всмотрелся в экран.

– Почему разработчик игры не отредактировал это?

– Ему приходится просматривать большой объем видеозаписей, и, возможно, он просто это не заметил. – Патель пожал плечами. – А может быть, он посчитал, что, поскольку это длится всего какую-то долю секунды, никто ничего не заметит, или, быть может, он рассчитывал на то, что никто не станет записывать видео для последующего тщательного разбора.

Внимание Ву привлекла желтая точка на сером фоне.

– Ты можешь увеличить участок в правом верхнем углу?

Введя с клавиатуры последовательность команд, Патель увеличил масштаб указанного сектора. Точка превратилась в желто-черный квадрат.

– Можешь увеличить еще? – нетерпеливо спросил Ву.

– Я постараюсь сделать все возможное, – ответил Патель. – Если увеличивать дальше, появится цифровой шум.

Все прильнули к экрану, который заполнился черно-желтым изображением.

– Похоже на уголок какой-то таблички, – пробормотал Флинт. – Но я не понимаю, какой именно.

Ву мысленно перебрал все знаки, какие могли быть на стенах подземного комплекса. У него возникла догадка, принесшая с собой новую волну опасений.

Подойдя к экрану, ССА постучал пальцем по изображению:

– Вот это похоже на нижнюю часть прописной буквы, а вот эта часть изображения может быть краем трилистника.

– Какого еще трилистника? – спросил Флинт.

Вместо ответа Ву повернулся к Пателю:

– Раздели экран пополам и выведи на другую часть символ радиационной опасности.

Меньше чем через тридцать секунд во второй половине разделенного экрана появились три кольца на ярко-пурпурном фоне.

– Цвет и форма не те, – заметил Ву. – Поищи более старый вариант.

Первое изображение сменил желтый квадрат с чем-то, похожим на черный трехлопастный пропеллер.

– Я наложу символ радиационной опасности на видео! – возбужденно предложил Патель.

В кабинете наступила тишина. Все, затаив дыхание, смотрели, как он перетащил трилистник на другую половину экрана и наложил его на угол видеокадра.

– Похоже, – заметил Харгрейв. – Но совпадение не полное.

– Подождите-ка! – воскликнул Флинт. – Мой дед живет в провинции. В шестидесятых он участвовал в строительстве хранилища для радиоактивных отходов. И на этом хранилище был похожий знак.

– Вот знак хранилища радиоактивных отходов, – после быстрых поисков объявил Патель.

Теперь на экране появились три желтых треугольника, соприкасающихся вершинами в центре черной окружности.

– Та же цветовая гамма, та же эпоха, – сказал Ву. – К сожалению, фрагмент буквы на видео слишком маленький, и по нему невозможно определить, что написано на знаке: «Опасно», «Радиация» или «Убежище».

– К чему вы клоните? – спросил Харгрейв.

– Полы, судя по всему, бетонные, стены – бетон в сочетании со сталью, выкрашенной в серый цвет, в какой красят боевые корабли. Кое-где проходят открытые трубы. Естественного освещения нет, а голые лампочки под потолком выглядят так, словно пришли прямиком из эпохи Холодной войны.

– То есть наша текущая рабочая версия – это то, что игроки находятся в каком-то подземном сооружении? – уточнил Патель. – Вроде ядерного объекта середины прошлого века или хранилища ядерных отходов?

– Даже выведенные из строя ядерные объекты строго охраняются, – с сомнением произнес Харгрейв. – А укрытие должно быть просто огромным, раз в нем столько помещений и коридоров.

– Это единственные данные, которые у нас есть на настоящий момент, – нисколько не смутившись, напомнил Ву. Он перевел взгляд на Джонсон, которая на протяжении всего совещания продолжала тихо работать за компьютером. – Ты можешь вывести список хранилищ радиоактивных отходов, возведенных государственными ведомствами в период с сороковых до восьмидесятых годов?

– А почему только государственными ведомствами? – спросила аналитик.

– Я не могу себе представить, чтобы частное лицо или группа лиц обладали достаточными средствами для возведения такого большого подземного сооружения. Для этого потребовалось бы получить многочисленные разрешения и согласования, привлечь инженеров, тяжелое строительное оборудование и сотни рабочих. Даже в те времена затраты составили бы многие миллионы.

– Уже работаю, сэр. – Джонсон снова склонилась за компьютером.

– Я понял вашу мысль, – одобрительно кивнул заместитель директора. – Держите меня в курсе всех новостей.

Харгрейв покинул комнату. Ву проводил его взглядом, понимая, что через считаные минуты заместитель директора свяжется с Вашингтоном. Как высшее руководство правоохранительных органов отнесется к известию о том, что агент ФБР и гражданское лицо, за которое она в ответе, оказались участниками смертоносной игры? За смертельной схваткой наблюдают в Даркнете зрители по всему миру, и голоса этих зрителей определяют судьбы живых людей, которых все считают виртуальными аватарами. Что будет, если зрители обнаружат, что стали невольными участниками кровавой забавы наших дней, в которой умирают реальные гладиаторы?

Ву подумал про гладиаторов, которые сражались в амфитеатрах Древнего Рима на потеху толп зрителей. Обыкновенно это были рабы, вражеские воины, захваченные в плен на поле боя, или те, кто был осужден за тяжкие преступления. Разработчик игры позаботился о том, чтобы за происходящим наблюдали зрители, однако Вега и Торо не рабы и не военнопленные – так какие же преступления, по его мнению, они совершили, заслужив место в его колизее?

Глава 42

Дани развернулась лицом к Торо, готовая отразить нападение. Она посмотрела в его черные непроницаемые глаза, не в силах прочитать их выражение. Взглянув на ситуацию с точки зрения Торо, поняла, что шанс обрести свободу и получить в придачу миллион долларов мог заставить его пересмотреть свою позицию относительно союза