Город прощения - Лэй Ми

позиции. Наружные стены этого уровня еще не были восстановлены, и открытый каркас обеспечивал хороший обзор. Плюс преимущество высоты – никто не мог войти на территорию школы, оставаясь незамеченным.

Но что еще важнее: как только Гу Лань подойдет к зданию, она увидит то, что никогда не сможет забыть…

Ай Минбо взглянул на колонну в нескольких метрах от себя. Сквозь конструкцию из арматуры и бетона он словно видел, как отец Гу Лань прислонился спиной к столбу, раскинув руки крестом, с тонкими веревками, привязанными к запястьям, обмотанными вокруг колонны, скрученными в жгут и закрепленными на тяжелой трехколесной тележке. Его ноги стояли на бетонном выступе шириной менее двадцати сантиметров – порыв ветра чуть сильнее обычного мог нарушить равновесие и привести к внезапному падению.

Но этого мало. Дорогая госпожа Гу, этого мало…

Слышишь? Гул, доносящийся из-под той колонны.

Бетономешалка продолжает работать.

Ай Минбо засунул руку в карман и нащупал зажигалку.

Если ты сделаешь хоть один неверный шаг, одной маленькой искры будет достаточно, чтобы твой отец рухнул вниз и превратился в месиво из бетона и плоти.

В душе Ай Минбо мелькнуло злорадное удовлетворение. Вот оно – чувство полного контроля…

Он невольно усмехнулся, и это движение отозвалось острой болью в царапинах на лице. Ай Минбо потрогал ее пальцами, повернулся и посмотрел на немолодую женщину, лежавшую в десятке метров от него на боку. Когда он заставлял Гу Хао выйти за пределы колонны, она словно обезумела – царапалась и кусалась. Ай Минбо пришлось сначала оглушить ее, связать ей руки за спиной, а затем угрожать расправой над ней, чтобы заставить Гу Хао выполнить нужные действия.

– Эй, а ты кем приходишься Гу Лань? – громко спросил Ай Минбо.

Тетка не ответила, только слабо застонала, чуть приоткрыв глаза. Из-под растрепанных волос на него устремились два луча ненависти. Она согнулась, несколько раз кашлянула и из последних сил попыталась сесть.

– Развяжи меня! – Женщина кивнула в сторону колонны. – Я заменю его!

Ай Минбо, скривив губы, фыркнул:

– Ему уже под восемьдесят, да и болен он тяжко… – Тетка снова зашевелилась. – Не боишься грех на душу брать?

Ай Минбо перестал обращать на нее внимание. С трудом поднявшись на ноги, он подошел к колонне и высунулся наружу:

– Эй, ты еще не умер?

В ночной темноте Гу Хао едва держался, прижавшись к колонне. Глаза его были плотно закрыты, руки распростерты, и было видно, как обе его ноги слегка дрожат. Услышав вопрос Ай Минбо, он медленно покачал головой.

Ай Минбо вдруг вспомнил одну деталь. С тех пор как звонил тот человек под именем Тай Вэй, телефон Гу Хао больше не подавал признаков жизни. Неужели сел аккумулятор? Он полез в карман за телефоном, собираясь проверить заряд, как вдруг услышал скрип шин о землю у ворот школы. Сердце Ай Минбо заколотилось так сильно, что он невольно вспомнил Пань Сяо.

Вскоре два луча фар приблизились; машина, объехав грузовики с песком, самосвалы и бетононасосы, остановилась в нескольких десятках метров от здания общежития преподавателей. Ай Минбо стиснул губы, не отрывая взгляда от машины.

Полиция? Или та сумасшедшая?

Дверь открылась. Наружу вышел человек в черной кепке, стройный и худощавый. Он замер у двери машины, молча подняв голову к Гу Хао, привязанному к колонне.

Лунный свет был ярок. Бетонная колонна отбрасывала бледное сияние. С распростертыми руками фигура Гу Хао образовывала крест.

Внезапно в ночной тишине прозвучал старческий голос:

– Ты пришла? – Гу Хао изо всех сил старался унять дрожь в ногах и, хотя знал, что она не увидит, выдавил улыбку. – Со мной всё в порядке.

Гу Лань безмолвно смотрела на него снизу вверх, не выражая ни единой эмоции. Не говоря ни слова, не делая ни движения. Через мгновение она перевела взгляд на гудящую внизу бетономешалку.

– Дочка, послушай меня… Дело еще не дошло до самого худшего… – Гу Хао с трудом перевел дух. – Верни ему дочь, и мы вместе пойдем в управление общественной безопасности.

Он осторожно повернул голову, взглянув на Ай Минбо, лицо которого было темным от ярости.

– Директор Ай не причинит мне вреда. – Гу Хао снова посмотрел на Гу Лань. – Давай решим это дело мирно, хорошо?

Ай Минбо, усмехнувшись, крикнул:

– Где моя дочь?

Гу Лань развернулась, обошла машину сзади и открыла багажник. Вскоре она вытащила оттуда большой водонепроницаемый мешок и с силой швырнула его на землю.

На лбу у Ай Минбо вздулись вены. Он изо всех сил, стиснув зубы, сдерживал подступающую ярость.

– Отпусти ее!

Гу Лань завела руку за спину. Когда она вернула ее обратно, в ней был зажат охотничий нож, лезвие которого холодно поблескивало.

– Директор Ай, не шутите. – Она подняла нож, указав на Гу Хао. – Если я скажу вам сначала отпустить его, вы согласитесь?

– Я, черт возьми, не шучу! – взревел Ай Минбо. – Веревки за спиной твоего отца пропитаны растворителем! Достаточно одной искры – и, даже если он не разобьется при падении, его разорвет на куски!

Отца?

Гу Лань остолбенела. Через мгновение ее тело дрогнуло и ручьем полились слезы.

– Дядюшка Гу, зачем вам это?

Впервые за девятнадцать лет она произнесла это давно забытое обращение.

Ай Минбо опешил. Дядюшка?

Сзади донесся вздох. Ай Минбо инстинктивно обернулся. Та тетка тоже была в слезах.

– Он ей не отец… – В ее голосе звучала бесконечная горечь. – Но он больше чем отец…

Окончательно запутавшись, Ай Минбо повернулся к Гу Хао; лицо его выражало полное неверие.

– Зачем вы это делаете?

Но Гу Хао лишь пристально глядел на Гу Лань, и его голос звучал твердо.

– Девятнадцать лет назад ты заставила меня поверить, что на твоих руках нет ничьей крови. – Он сделал паузу. – И сегодня я не позволю тебе этого сделать.

– Хватит! – Ай Минбо наконец потерял терпение. – Мне плевать, дядя он тебе или отец! Отпусти мою дочь! Иначе он умрет!

Его рев