Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов

Глава 5. Знаки

Будильник, как и обычно, прозвенел в восемь. Миша, с трудом оторвав голову от подушки, осмотрелся и начал его искать. Каждое утро его родители уходили на работу и заводили для него будильник на восемь, оставив где-нибудь в комнате среди книг. И это утро не стало исключением. Пытаясь найти будильник и раздражаясь от его ужасно громкого и неприятного звона, Миша окончательно проснулся. Найдя его за одной из книг в секретере, он нажал на нужный рычажок, и звук исчез. А вот раздражение осталось:

– Ух, так бы и уфигачил об стенку!

Раздосадованный, но взбодренный Миша поплелся на кухню и поставил чайник с водой на плиту. От окон тянуло прохладой. Чувствовалось наступление холодов. Миша свернул в ванную комнату, где, усевшись на край ванной и включив теплую, почти горячую воду, запустил руку под струю. Теплое приятное блаженство тут же разлилось по телу. Вода с шумом стекала из крана, согревая руки мальчика и его душу. Облокотившись локтями на раковину, он уронил голову на плечо и закрыл глаза. Ежедневная процедура, с которой Миша не мог расстаться еще с младшей школы. Она всегда так приятно обнадеживала и дарила несбыточные фантазии о том, что вот так, под теплой водой можно провести весь день. И вовсе даже не обязательно идти на улицу, где будет холодно и сыро. И все только ради того, чтобы попасть в школу, где будет еще хуже. Проваливаясь в сон, Миша вдруг услышал нарастающий свист чайника. К тому моменту, когда он открыл глаза, чайник уже надрывался похлеще будильника. Кто бы только знал, как он ненавидел эти ужасные звуки по утрам. И как было приятно слушать звуки воды из-под крана, такие теплые, ласковые и убаюкивающие. Но реальность была неотвратима.

Проснувшись окончательно от ужасного свиста чайника, Миша умыл лицо теплой водой и двинулся на кухню. Выключив чайник, он налил в кружку заварку с чаем, долил кипятка и отправился обратно в ванную. Сменив теплую воду на прохладную, Миша приступил к утренним процедурам умывания. После чего, позавтракав, как и обычно, чаем и оставленными в холодильнике бутербродами, он отправился в комнату. На будильнике было семь часов и двадцать минут. Ровно десять минут до выхода. Наскоро натянув школьную форму, Миша покидал со стола тетрадки и необходимые учебники.

– Вот черт! Мне же еще домашку доделать надо…

Выскочив в прихожую, все еще заспанный пионер принялся обуваться. Накинув пальто и свою любимую кепку, он уже выскочил в открытую дверь, как вдруг вспомнил:

– Да чтоб тебя! Сменка!

Вернувшись за мешком со сменной обувью, Мишка выскочил в парадную, громко хлопнув дверью. По улице вновь гулял холодный ветер. То тут, то там кружились опавшие листья. Небо все еще было пасмурным и темным, в городе царил мрак без всяких признаков рассвета. «Идешь в школу – темно, возвращаешься со школы – уже опять темно, никакой жизнерадостности», – ворчал про себя Миша. Свернув с Малого проспекта на Шестую линию, он решил сразу же перейти и на Седьмую, чтобы не перебегать дорогу у школы. Проскочив перед выворачивающим автомобилем, Миша уже ускорил шаг по направлению двадцать восьмой школы, но вдруг замер возле доски объявлений, которая висела прямо на ограде Благовещенского сада. Среди прочих бумажек, эта былая самая яркая: «Внимание! Пропал человек! Гражданин Мительков А. В. Пол мужской, рост средний, темные волосы, был одет в серое пальто и клетчатый шарф. Пропал по пути на работу: от Малого проспекта, д. 8, до Уральской улицы, д. 14. Опознавшим описание просьба позвонить по телефону».

«Какое странное объявление… Никогда ранее не замечал. А что же милиция? Могли бы и фоторобот прикрепить. Для преступников же не жалко, а тут человек пропал, – подумал Миша и вдруг вспомнил о своем ночном кошмаре. – Ну и мерзость. Приснится же такое. И все же, что это было?»

Взглянув на часы, Миша поспешил в сторону школы. Чем ближе он подходил к зданию, тем чаще ему попадались на глаза ребятишки из младших классов, которых сопровождали их старшие сестры и братья. Зайдя на первый этаж школы, Миша свернул направо в коридор, где уселся на одной из скамеек и принялся переодеваться. Скинув пальто с кепкой и принявшись за сменку, он заметил, что один из дежурных, стоявших у входа на лестничный пролет, наблюдал за ним. «Вот коршуны», – подумал Миша и продолжил снимать ботинки. Закончив с переобуванием, он отнес одежду в гардероб и вернувшись, направился к лестнице. Там его уже поджидали дежурные, с красной повязкой на руке. Один из них остановил рукой Мишу и произнес:

– Показывай подошву.

– Ты же сам видел, что я переобувался.

– Показывай давай.

Недовольно выдохнув, Миша задрал ногу, демонстрируя чистую подошву на обуви.

– Проходи, – сурово сказал один из дежурных, переведя взгляд на следующего школьника. Миша взлетел по лестнице на третий этаж и, повернув направо, зашел в тридцать восьмой кабинет, расположенный в углу коридора. В кабинете уже была часть его одноклассников. Обнаружив за одной из парт Лешку, он сразу же подбежал к нему:

– Лех, дай списать, а? Я вчера только часть сделал, спать хотелось так, что чуть за столом не уснул.

– Опять я один за вас отдуваюсь, – улыбнувшись, сказал Лешка, протянув свою тетрадь: – Держи, для друга ничего не жалко. Надеюсь, хотя бы выспался хорошо, пока я страдал за учебником?

– Ой, не нуди. Честно говоря, нет. Кошмары мучили.

– Что снилось интересного?

– Угадай, – сказал Мишка и многозначительно посмотрел на друга.

– Да ну! Не может быть! Вот что, Мишка, ты не обижайся, но я считаю, что ты слишком впечатлительный.

Миша молча взял тетрадку и расположился за своей партой, принявшись на скорую руку переписывать содержимое домашней работы. Через некоторое время класс был уже полным. Миша несколько раз отвлекался на протянутые руки, которые ему совали под нос, чтобы поздороваться.

– Опять математику не сделал? – прозвучал голос Димы над его головой.

– А, привет, да, времени не было, – буркнул Миша в ответ, пожав другу руку, и опять уставился в тетрадь. Ребята в классе шумели, шутили и обсуждали последние новости с друзьями. Тут по школе пронесся оглушительный звонок. Дверь в кабинет распахнулась, и в класс зашел парень с темными пышными волосами. Из толпы ребят тут же раздались одобрительные возгласы. Кто-то с дальних парт произнес: