Полное собрание рассказов - Майкл Коннелли

— Это может сработать, — сказала она. — Связаны с подозреваемым?

Босх снова перелистал отчет об уликах в поисках резюме, приписанного к конкретным уликам, внесенным в опись. Он нашел пояснение из одного абзаца, в котором говорилось, что на стене ванной комнаты, где было найдено тело, обнаружен отпечаток правой ладони. Он находился в шестидесяти шести дюймах от пола и в семи дюймах справа от центра над унитазом.

— Ну…

— Что?

— Это ладонь.

Она застонала.

Это был не очень хороший крючок. Базы данных, содержащие отпечатки ладоней, появились в правоохранительных органах относительно недавно. Только в последнее десятилетие ФБР и Департамент юстиции Калифорнии всерьез занялись сбором отпечатков ладоней. В Калифорнии насчитывалось около десяти тысяч отпечатков ладоней по сравнению с миллионами отпечатков пальцев. Убийство Уилкинс произошло тридцать три года назад. Какова вероятность того, что человек, оставивший отпечаток ладони на стене ванной комнаты жертвы, оставит отпечаток, внесенный в базу, спустя два десятилетия или даже больше? Райдер ответила на этот вопрос своим стоном.

— Попробовать все же стоит, — оптимистично заявил Босх. — Я подам запрос в службу розыска.

— Это ты сделай. А пока, как только закончу здесь, попробую найти дело с реальным крючком, с которым мы могли бы поработать.

— Попридержи коней, Киз. Я еще не вычеркнул ни одного имени из книги. Дай мне сегодня с этим разобраться, а там посмотрим.

— Не стоит поддаваться эмоциям, Гарри, — ответила она. — Синдром Лоры, знаешь ли.

— Ничего подобного. Мне просто любопытно. Это было вроде как мое первое дело.

— Нет, не было.

— Ты понимаешь, о чем я. Помню, я подумал, что она старуха, когда детективы рассказали мне о ней. Но ей было всего сорок шесть. Я был вдвое моложе ее, поэтому думал, что любой сорокашестилетний человек — старик, и у него был хороший стаж. Я не чувствовал себя слишком плохо из-за этого.

— Теперь чувствуешь.

— Сорок шесть — это слишком рано, Киз.

— Ну, ты же не собираешься ее возвращать.

Босх кивнул.

— Я это знаю.

— Ты когда-нибудь видел этот фильм?

— "Лора"? Да, видел. Детектив влюбляется в жертву убийства. А ты?

— Да, но он не очень хорош. Что-то вроде типового дела об убийстве в гостиной. Мне понравился фильм с Бертом Рейнольдсом, снятый в восьмидесятых. "Машина Шарки". С Рэйчел Уорд. Ты его видел?

— Не думаю.

— В нем был Берни Кейси. Когда я была маленькой, то всегда считала его красивым мужчиной.

Босх посмотрел на нее, приподняв бровь.

— До того, как я "сменила команду", — сказала она. — Потом я взяла его в прокат пару лет назад, и Берни мне не понравился. Мне нравилась Рейчел Уорд.

То, что она заговорила о своей сексуальности, казалось, поставило их в неловкое положение. Она вернулась к своему компьютеру. Босх посмотрел на отчет об уликах.

— Ну, мы знаем одно, — сказал он через некоторое время. — Мы ищем левшу.

Она обернулась, чтобы посмотреть на него.

— Откуда ты это знаешь?

— Он положил правую руку на стену над туалетом.

— И?

— Это как пистолет, Киз. Он "целился" левой рукой, потому что он левша.

Она пренебрежительно покачала головой.

— Мужчины…

Она вернулась к работе на компьютере, а Босх вернулся к книге убийств. Он записал информацию, которую нужно передать в секцию отпечатков криминалистического отдела, чтобы техник нашел отпечаток ладони в их файлах. Затем он спросил, не хочет ли Райдер, пока он будет бродить по зданию, чтобы он принес ей кофе или содовую из кафетерия. Она ответила отрицательно, и он ушел. Он взял с собой книгу убийства.

Босх заполнил бланки запросов на сравнение и отдал их технику по печати по имени Ларкин. Он был одним из старших, более опытных техников. Босх уже обращался к нему раньше и знал, что он быстро справится с запросом.

— Будем надеяться, что мы сорвем джек-пот, Гарри, — сказал Ларкин, принимая бланки.

Действительно, когда вводишь старый отпечаток в компьютер и пускаешь его в ход, всегда испытываешь волнение. Это было похоже на нажатие рычага на игровом автомате. Джекпотом было совпадение, "крутой удар" на полицейском языке.

Выйдя из отдела кадров, Босх отправился в кафетерий, чтобы выпить чашку кофе и дочитать книгу убийства. Он решил, что лучше справится с постоянным фоновым шумом в кафетерии, чем с назойливыми вопросами Киз Райдер.

Он понимал, к чему клонит его напарница. Она хотела беспристрастно выбирать их дела из тысяч открытых. Ее беспокоило, что, если они пойдут по пути, на котором Босх будет изгонять своих призраков или выбирать дела с личной привязкой, они перегорят раньше, чем позже.

Но Босху было не до того. Он знал, что страсть — ключевой элемент любого расследования. Страсть была тем топливом, которое поддерживало его огонь. Поэтому он целенаправленно искал личную связь или, короче, личное возмущение в каждом деле. Это помогало ему сосредоточиться. Но это не было синдромом Лоры. Это было не то же самое, что влюбиться в мертвую женщину. Босх ни в коем случае не был влюблен в Джун Уилкинс. Он был влюблен в идею вернуться в прошлое и поймать человека, который убил ее.

Убийство Джун Уилкинс было столь же ужасным, сколь и коварным. Женщине связали руки и ноги собачьим ошейником и поводком, а затем утопили в ванной. Ее собаку ждала та же смерть. Вскрытие не выявило на теле Уилкинс ни синяков, ни повреждений, свидетельствующих о борьбе. Но анализ образцов крови и тканей, взятых во время вскрытия, показал, что она была одурманена ветеринарным парализатором. Это означает, что, скорее всего, Уилкинс была в сознании,