Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Я ведь уже тренировался, — попробовал роптать Юханссон.

— Запомни, — строго сказала Матильда, — тренировок много не бывает.

Он неохотно подчинился. Был слишком усталый, чтобы возражать. Когда они наконец вошли в его подъезд, у него по лицу ручейками бежал пот, хотя он прошел не более километра, и ему понадобилось на это двадцать минут. Его сердце колотилось как бешеное, и боль уже охватила лицо и лоб. Матильда незаметно бросила на него, когда они стояли в лифте, быстрый обеспокоенный взгляд.

— Ты полежи пока, а я приготовлю обед, — сказала она. Открыла ему дверь и осторожно придержала его висящую правую руку, когда он переступал через порог.

«Ну как, довольна теперь?» — подумал Юханссон, в то время как Матильда подкладывала ему подушки под спину.

— Я не собиралась убивать тебя, — сказала Матильда. — Но когда-то ты должен начинать двигаться. Ты удобно устроился?

— Кончай нянчиться со мной, — проворчал Юханссон. — Позаботься лучше о том, чтобы у меня было чем перекусить. И дай мне бумагу, которая лежит на факсе.

Эрика Бреннстрём родилась в 1953 году в окрестностях Хернёсанда. Там же прошли ее детство и юность, а когда ей исполнилось двадцать лет, она перебралась в Стокгольм и начала трудиться санитаркой в больнице в Худдинге. И там встретила Томми Хёгберга, который был на три года младше ее, всю жизнь прожил в Стокгольме, изучал автодело в профессионально-техническом училище и работал автослесарем.

Они поселились вместе в квартире в Флемингсберге. И нажили двоих детей, Каролину, появившуюся на свет в 1975 году, и ее младшую сестру Джессику, родившуюся в 1979-м. А через четыре года после рождения младшей дочери, в 1983 году, Эрика и Томми разъехались. Он остался жить в Худдинге и в том же году обзавелся новой сожительницей 1964 года рождения. Тоже сотрудницей местной больницы и тоже санитаркой. А Эрика забрала с собой дочерей и переселилась на остров Лилла Эссинген. Она стала работать на полставки в больнице Святого Георгия, и больше ни один мужчина не упоминался рядом с ее именем ни в каких доступных источниках.

«Полставки в больнице Святого Георгия, — подумал Юханссон. — Идет 1983 год, она переезжает в город вместе с двумя маленькими дочерьми. Вероятно, тогда начинает убираться у Маргареты Сагерлиед. Ее парень нашел новую подругу, на одиннадцать лет младше Эрики, и ей наверняка нужны все деньги, какие она только в состоянии заработать».

Его дотошный зять с помощью регистра народонаселения и деклараций о доходах отследил мужчину, являвшегося отцом ее детей. Через два года после того, как у него родился четвертый ребенок, в 1985-м, он снова живет один. По новому адресу в Худдинге. Работодатель остался прежний, но доходы Томми стали падать одновременно с тем, как компенсация из страховой кассы начала возрастать.

«Он, вероятно, стал много пить», — подумал Юханссон чисто интуитивно, поскольку привычка мыслить подобным образом кое для кого из его коллег становилась неотъемлемой частью профессии. — Сожительница выгоняет его. И как он поступает? Пытается снова подкатиться к Эрике? Неужели все обстоит столь плохо, что он находит ее у новой работодательницы в большой красивой вилле в Бромме?»

Еще год спустя, скорее всего, произошло нечто более драматическое. Его доходы составили менее чем половину прежних, но никаких компенсаций от страховой кассы он больше не получал. Юханссон взял мобильник и позвонил своему бывшему коллеге комиссару Херманссону из криминальной полиции Стокгольмского лена.

— Юханссон, — представился он.

— Здравствуй, Ларс. Надеюсь, у тебя все нормально?

— Лучше не бывает, — солгал Юханссон.

— Что я могу для тебя сделать? — поинтересовался Херманссон.

— Не мог бы ты пробить мне одного человечка? Его зовут Хёгберг, Томми Рикард, родился в пятьдесят шестом…

— Секунду, только сяду к компьютеру. Ага, слушаю…

— Хёгберг, Томми Рикард, родился 16 февраля пятьдесят шестого года. Последний известный адрес…

— Я нашел его, — перебил босса Херманссон. — Живет во Флемпане. Диагональвеген, 14 во Флемингберге.

— Рассказывай, — скомандовал Юханссон.

— Всего понемногу, всякая ерунда, главным образом. Похоже, у него проблемы с алкоголем. Первый раз попался за вождение в нетрезвом виде в девяносто третьем, последний раз по той же причине в 2006-м. Плюс за незаконное вождение. Права у него отобрали еще в девяносто шестом.

— А позднее? После 2006-го?..

— Нет, — сказал Херманссон. — Он, похоже, устал и выдохся. Пьянка берет свое. Явно вышел на досрочную пенсию в 2006-м, когда ему исполнилось пятьдесят.

— Ничего серьезного, выходит?

— Да как сказать, — проворчал Херманссон. — По суду получил шесть месяцев тюрьмы за крупную кражу в восемьдесят седьмом, но в остальном, главным образом, ерунда, как я уже говорил. Три задержания в пьяном виде за рулем, несколько незаконных вождений, попытка мошенничества с больничной страховкой, но дело закрыли. Насилие в отношении сотрудника при исполнении. Тоже закрытое. На мой взгляд, его просто выбросили из кабака. Вот и все.

— И все?

— Да, сейчас, конечно, твой черед рассказывать.

— Он есть в регистре ДНК?

— Нет, — сказал Херманссон. — Зато дактилоскопирован. После кражи восемьдесят седьмого. Не томи, меня прямо распирает от любопытства.

— Мы вернемся к этому позднее. Посмотри, что у тебя еще найдется, потом созвонимся.

На этом он закончил разговор, несмотря на протесты Херманссона, поднялся с дивана без особых проблем и направился в сторону кухни, чтобы проверить, как обстоят дела с обещанным ему обедом. Матильда разговаривала по телефону. Она не слышала его. Ее голос звучал взволнованно. Юханссон остановился, прислушался, подчиняясь еще одной из своих профессиональных привычек.

— Да, но это ведь не моя проблема. Ты же обещала вернуть долг не позднее четверга. По-моему, ты ведешь себя черт знает как. Мне нечем платить за квартиру. Это так, для информации.

«Парень, подруга, кто-то из лучших друзей», — подумал Юханссон. Потом он кашлянул в меру громко. Матильда понизила голос. Повернулась спиной к двери кухни.

— Просто для информации, — повторила она. Выключила мобильный и сунула его в карман.

— Извини меня, — сказала она. — Еда сейчас будет готова.

— Парень? Подруга?

Юханссон дружелюбно улыбнулся ей и кивнул.

— Моя чокнутая мамочка, — ответила Матильда. — Надо же себя так вести. Она просто с ума меня сведет.

— Только этого нам не хватает, — сказал Юханссон. — Мое здоровье тогда сразу окажется под угрозой. Я голоден. Какое у нас сегодня меню?

— Вареная курица с кускусом и салат. Я добавила в него немного полезной заправки, так что, думаю, тебе понравится. Потом будет сюрприз. Хочешь сесть здесь или мне накрыть все на подносе?

— Здесь, — сказал Юханссон и кивнул в направлении кухонного стола. — Впредь мы всегда будем есть здесь, — добавил он.

«И что