Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Ты любила своего мужа, не так ли? – спросил Фейр, все еще улыбаясь, будто разговаривал с какой-то умной зверушкой.

И снова Роза-Роза продемонстрировала одну из своих поразительных перемен. Сникнув, она вся съежилась, тело обмякло, даже волосы, казалось, безжизненно повисли. Ее подавленность была не столько утрированной, сколько картинной, словно живое воплощение чувств. Широко раскинув руки и опустив подбородок на грудь, она застыла, будто окаменела.

– Я любила его… – раздался ее трагический шепот.

Зрелище было поразительное и, по мнению мистера Кэмпиона, довольно отталкивающее.

Фейр взглянула на него.

– Потрясающе, не правда ли? – подмигнул он. – Она каждый раз так делает. Продолжай, Роза-Роза. Мне пока ясно только одно: твой муж, которого ты любила, – он гротескно передразнил ее, – оставил тебе по завещанию коттедж. Ты съездила туда раз или два и устроила несколько отвратительных гулянок. Второй – или третий? – визит был прерван, как и следовало ожидать, возмущенными соседями, которые присматривали за домом по поручению его настоящего хозяина. Твой дядя – гнусный старый боров – нанял жулика-адвоката, и, когда ты доберешься до хозяина дома, этого несчастного бедолаги, ты сделаешь вот так… – повторив ее первый жест, он поднялся на ноги со словами: – Мне пора идти. Я встретил сегодня свою жену, и она сказала, что, возможно, вернется домой. Если она будет там, я приведу ее с собой.

– Размечтался, – усмехнулся молодой человек с бакенбардами, как только карикатурист скрылся из виду. – Он всегда так говорит, чтобы произвести впечатление. Или это искренне?

– Ева действительно вышла за него замуж, а затем бросила его, – апатично произнес толстяк с бородкой. – Не думаю, что от его мнения что-либо зависит. Итак, Роза-Роза, вы уже закончили или нас ждет продолжение этой идиллической истории с домом?

Миссис Дакр угрюмо посмотрела на него, а затем, улыбаясь, выдала ужасающее ругательство на диалекте, характерном для Саффрон-Хилл.

Толстяк с отвращением нахмурился.

– Чудовищно, – пробормотал он. – Мерзкая, дрянная девчонка. Скверная. Хозяин ресторана вышвырнет вас на улицу, если будете так говорить. Ваше затруднение яйца выеденного не стоит. Предъявите завещание и заявите права на свою собственность.

– Жирная тварь! – ядовито откликнулась Роза-Роза. Однако, заметив холодный взгляд дамы за барной стойкой, понизила голос. – Мой муж не успел оставить никакого завещания. Его убили.

– О боже, да все это уже слышали! – беззлобно воскликнул актер. – И все же если он не оставил завещания, то, скорее всего, это не ваш коттедж. Зачем беспокоиться? Переселяйтесь на вокзал Кингс-Кросс – гораздо ближе к центру и значительно чище.

На лице Розы-Розы изобразилось потрясение.

– Когда муж умирает, все, что принадлежало ему, переходит в собственность его жены, – изрекла она. – Это мой коттедж. Мы с мужем собирались жить там, но Томми убили.

– Здесь нечем гордиться, – высказался толстяк.

– А?

– Я говорю, небольшое достижение – быть замужем за человеком, которого убили, – не унимался молодой человек. – Если, конечно, это сделали не вы. Кстати, это сделали вы?

Роза-Роза рассказала о своем алиби, и это тоже, как показалось мистеру Кэмпиону, было частью спектакля, который эти бестолковые молодые люди заставляли ее устраивать всякий раз, когда виделись с ней. Однако его собственное любопытство по поводу коттеджа было основательно возбуждено, и он присоединился к расспросам.

– А где находится этот дом? – поинтересовался он.

– В Херонхоу. Когда я повидаюсь с адвокатом моего дяди, приезжайте на вечеринку.

– Даже не думайте, – предостерег стройный молодой человек из театра. – Это у черта на куличках, и соседи кидаются кирпичами. Взгляните на его глаз.

– Этот Херонхоу в Суссексе? – предположил Кэмпион.

Ему ответил итальянец:

– Нет, в Эссексе. Недалеко от Холстеда. Я возил туда Розу-Розу, свою кузину, с компанией наших друзей. Мы ездили несколько раз. Но в субботу, когда мы приехали, дом оказался закрыт, а набежавшие из деревни люди не пустили нас внутрь.

– Оригинально, – ободряюще произнес мистер Кэмпион.

– Еще бы, – кивнул юноша, и его лицо с синяком под глазом стало до смешного серьезным. – Они сказали, что хозяин в Лондоне. Мы замерзли, как вы понимаете, и успели изрядно нагрузиться, пока ехали. В результате немного подрались. Кое-кто из парней разбуянился, девчонки завизжали, и местные бросились на нас с палками и собаками. Мы протаранили их на машине. Сбили одного парня с ног. Не думаю, что тот пострадал. В общем, – он обаятельно улыбнулся, – мы не стали проверять. Сразу уехали. Возможно, они были правы. Может, дом и не ее. – Он рассмеялся. – Мы устроили там небольшой погром. Да, хорошие были вечеринки, – закончил он с ностальгией в голосе.

Роза-Роза, сидевшая между двумя мужчинами, слушала этот рассказ, наклонив голову вперед и каждой линией своего угловатого тела выражая интерес.

– Это мой коттедж! – с жаром воскликнула она. – Мой муж дал мне маленькую картинку этого дома, когда мы были в Италии.

– Снимок, – пояснил кузен. – На обратной стороне был указан адрес. Так мы и нашли это место. Дом был обставлен мебелью, но внутри – ни души, поэтому мы и вломились туда.

– Очень глупый поступок, если вы не знали, что дом действительно принадлежит вам, – заметил бородатый толстяк, которому вся эта история, похоже, наскучила до смерти.

Роза-Роза невозмутимо фыркнула.

– Вонючий жирдяй, – обругала она его чуть ли не весело. – Дом мой, потому что там остались вещи моего мужа. И повсюду его рисунки. Мой муж был великим художником. Если бы его не убили, мы были бы очень богаты. В день своей смерти он так и сказал мне. Мы собирались поехать в коттедж, и Томми должен был написать четыре картины – такие же, как остальные.

– Какие остальные? – не понял молодой человек с бакенбардами.

Роза-Роза пожала плечами:

– Не знаю. Так он мне сказал.

Мистер Кэмпион глубоко вздохнул.

– Вы уверены, что это картины вашего мужа – те, что в коттедже? – спросил он.

– О да, это картины моего мужа. Горы картин, высоченные такие. Два больших шкафа битком набиты.

«Херонхоу», – мистер Кэмпион не произнес это слово вслух, но оно намертво отпечаталось в его памяти.

– Желаю вам удачи, миссис Дакр, – сказал он. – Полагаю, вы не будете туда ездить какое-то время?

– Нет, пока она не увидится с адвокатом, – вмешался кузен. До этого он пожирал глазами рыжеволосую красотку, сидевшую в конце зала, но теперь снова переключил внимание на тему, которая, очевидно, была главным предметом обсуждений в семье Розини. – А потом мы вернемся и навестим этих деревенщин. Эх, славная была драка! С бутылками и прочим. На многие мили вокруг ни одного легавого. Когда мы разузнаем, что за сморчок утверждает, что дом принадлежит ему, драка будет еще