Другая сторона стены - Надежда Черкасская

смотреть страшилки, другое – попасть туда, где страшные истории происходили взаправду. Я и сама была не в восторге от таких подробностей, но что поделать… В конце концов, мы чуть ли не каждый день проходили там, где кто-то умирал. Хотя, надо признать, картина, описанная Пашей, заставила меня вздрогнуть.

В соседней комнате раздался звонок, мы с Ирой и Димой переглянулись, а Паша пошел на звук. Вернулся он через пару минут.

– Ангелина Николаевна звонила. Спрашивала, как прошел первый день и все такое.

– Первый? – Дима округлил глаза, – у меня ощущение, что уже десятый. Не пойти ли нам спать, а?

Я бросила многозначительный взгляд на Павла и по ответному поняла, что он обязательно расскажет всё, но завтра, ибо если начать говорить еще и о других легендах, связанных с домом, они совсем сойдут с ума. Кажется, мои друзья сегодня оказались слишком уж впечатлительными.

***

Фронт работ оказался большим – я поняла, что Хвостов и не рассчитывал на то, что мы втроем (теперь можно сказать, вчетвером) справимся со всем фасадом. Кое-где на оголенном кирпиче были пустоты и сколы, где-то кладка нуждалась в восстановлении. Спасибо на том, что швы были в относительном порядке. Пока я думала над тем, нужно ли делать обессоливание кирпича, Паша щелкал полароидом и, судя по его страстному взгляду, собирался пробраться в дом. Крыльцо выглядело печальнее всего – и именно над ним сейчас склонились Ира и Дима, очевидно, думая, что же нам со всем этим делать.

– Мы тут уже третий день, и уже третий день я хочу отсюда сбежать… – медленно растягивая слова и не отрывая взгляда от крыльца, проговорил Дима, – а между прочим, бабушка мне говорила: приезжай, Дима, дед тебя на практику устроит, будешь сидеть, бумажки перебирать, ты это заслужил – сессию всего с одной пересдачей закончил. Бабушка делает классные пирожки с ревенем. Твоя бабушка делает с ревенем? – он повернулся к Ире.

– Моя бабушка делает самогон. Из ревеня можно сделать самогон? – спросила она, глядя на Диму. Он впал в ступор и быстро покачал головой.

– Ну, тогда не думаю, что ее интересует ревень. – пожала плечами Ира.

Кажется, Диме, выросшему в интеллигентной семье, было страшно представить бабушку с самогонным аппаратом, поэтому мне пришлось вмешаться.

– Сегодня начинаем счищать всю облицовку. Ну, то есть, сколько успеем за день, конечно, – удивленное лицо обоих друзей заставило меня уточнить свои слова.

Дождь все так же не оставлял нам шансов на успех, и я подумала, не слишком ли глупой является вообще сама затея реставрации в такую погоду. Дима и Ира пошли в дом, чтобы попросить у рабочих несколько дощечек, какую-нибудь пленку или брезент, чтобы соорудить леса с навесами над той частью фасада, с которой мы хотели начать работать, благо о крыльце уже кто-то позаботился вчера. Решив еще раз уточнить наши планы у Хвостова, я направилась в дом, заодно поманив за собой Пашу – он явно не был против попасть туда еще раз.

– Меня беспокоит дождь, – посетовала я. – Если внутри при такой погоде еще что-то можно сделать, то есть ли резон обнажать кирпичную кладку и все остальное, даже несмотря на леса.

– Помнится, Фиораванти Успенский собор в дождливую погоду даже толком начать не смог, – Паша улыбнулся.

– Ну, положим, я не Фиораванти.

– Жизнь в XV веке – то еще удовольствие, – дополнил мой спутник, – монголы с одной стороны, Литва с другой, Крымский хан с третьей. Газет нет, книг мало – и те, в основном, в церквах или дворцах, ну и так далее. И это мне-то было бы скучно, если бы монголы не убили, а тебя бы посадили в терем и заставили орехи лущить.

– Хочется верить, что не зубами, – скептически заметила я, подавляя в себе желание спросить у Паши о том, что он знает о стоматологии на Руси в XV веке. Явно же: ничего хорошего.

Хвостова внезапно на объекте не оказалось – Копанов понятия не имел, куда он делся, археологи, как обычно, сидели в своих ямах, уткнувшись в землю, правда, сегодня уже в дождевиках. Единственные, кому сейчас было если не весело, то сухо и тепло, были, как обычно этнографы, которые поехали опрашивать очередную порцию стариков и, очевидно, пили сейчас чай с кондитерским рулетом за 6 рублей.

– Ладно, – я махнула рукой Паше, – мы всё отфотографировали и измерили – уже этого на сегодня хватит. Если Хвостов не объявится в ближайшие полчаса, мы пойдем на обед.

***

Обедать решили вместе со всеми в столовой при школе – ради практикантов ее все-таки открыли. Ожидаемый – вполне стандартный – ее интерьер дополнялся запахами, которые любой из нас мог узнать из тысячи: пахло котлетами, компотом и какао из каких-то столетних желудей. Несмотря на отсутствие изысканности, этот запах всегда предвещал грядущую сытость, и я, не будучи слишком привередливой в том, что касалось провизии, даже несмотря на то, что наши с Ирой желудки наполняла искусная стряпня Димы, была вполне довольна. Ира и Паша тоже не морщили носы, и только Дима, как всегда, считал, что он накормил бы нас лучше, хотя с сегодняшнего дня, после того как столовая заработала, не было смысла тратить время, энергию и деньги на готовку чего-то нетривиального.

– Нечего плитку лишний раз включать. Правила пожарной безопасности! – сказала ему Ира, угрожающе подняв палец. В руке был зажат кусок серого хлеба под кодовым названием «Урожайный», что тоже было, своего рода, символом какой-то стабильности в жизни.

Так бы и закончился этот день – в неопределенных мыслях о том, что делать с фасадом и, наверное, с очередным страшным рассказом Паши, если бы не суматоха за стенами школы, которую заметили студенты, сидевшие за столами ближе к окнам. Я присмотрелась и увидела УАЗик характерного серого цвета с синей полосой по боку. Кусок «Урожайного» так же, как и вчерашнее курабье, застрял в горле.

– Неужели кто-то уже что-то успел натворить? – рядом с нами вдруг оказалась преподавательница Паши – Марина Викторовна, – сказала же Сереже Куликову: перед выездом в поле подстриги волосы – местные твои косы не поймут. Тебя, Захарьин, это тоже касается, но ты хоть тут уже не первый год, – она запустила пальцы в свою короткую густую черную шевелюру, – Я уверена, что это Куликов с местными подрался, и теперь его ищет участковый.

– Марина Викторовна, – Паша встал из-за стола, – ну не паникуйте. Если бы подрался, то явно своим ходом не вернулся бы вчера в спортзал на базу, да и вы бы заметили. Может,