Тайна дома на холсте - Юлия Владиславовна Евдокимова

пять моложе меня. Олег… тот еще моложе, ему, дай бог памяти… не больше пятидесяти. Так что мы не ходили вместе в школу или детский сад, как вы понимаете. Но я их немного знаю. Григорий - сантехник. Причем хороший. Там, где ситуация кажется безвыходной, он творит чудеса. Но сейчас работает в Серафимовске. сюда наведывается не часто. Олег… мы несколько раз беседовали на исторические темы, он немного нелюдим и ворчун, но он мне даже нравится. Они потомки людей, основавших деревню. После войны, да. Думаю, вы слышали легенды, тех самых братьев.

- Так те братья тоже были Корниловыми? Ух ты.

- Грустная история, да. В деревне в итоге никого не осталось. И они всегда были чужаками. Со своей верой. Но потом к ним присоединились единоверцы и деревня ожила.

- Но потом что-то пошло не так?

- Верно. Болезнь стала уносить одного за другим. Люди начали уезжать. Братья пытались им помешать, но это не увенчалось успехом. Некоторые сбежали, некоторые остались… в могилах. После смерти самих братьев все, конечно, пришло в упадок.

- А все эти жуткие истории о привидениях, это же выдумки? – спросила Серафима.

- Ну… я бы этого не утверждал. В начале двадцатого века один местный житель проник в деревню, но домой не вернулся. Его останки потом нашли в лесу. С тех пор никто туда не совался. Люди считали, что деревня проклята. Даже названия ее не произносили. Но вы сами знаете, по прошествии большого количества лет трудно отличить правду от вымысла. Так что люди предпочли забыть о деревне.

- «Все время помнить прошлые напасти, пожалуй, хуже свежего несчастья».

- Именно, голубушка! Вы снова цитируете вашего любимого Шекспира и он снова прав!

- Братья Корниловы скупили дома и землю и стали единоличными владельцами деревни? Не думала, что такое бывает.

- И не такое бывает. Наверное, они надеялись, что там будут жить их семьи, дети, внуки. Но Григорий так и не женился, а жена Олега…

- Жена? Там нет даже следов женщины.

- К тому я и клоню. Вы и не могли ее увидеть, потому что она исчезла. Тогда об этом много говорили, еще один повод не соваться в деревню.

- Когда она исчезла?

- О, много лет назад.

- И ее искали и не нашли?

- Я не помню, искали ли ее вообще. Олег сказал, что она вернулась к своим родным, в какой-то город… не помню уже. В полицию никто не обращался. Или тогда была еще милиция? Спустя какое-то время я подумал, что это странная история: сегодня она здесь, а завтра уже нет. И как можно исчезнуть из такого места? Это же не город. Тогда, собственно, Олег и превратился в затворника. Повлияло на него сильно, да…

- А чем он занимается?

- Что-то связанное с IT технологиями, работает, вроде из дома. По-моему даже разрабатывал какие-то видео игры, но не берусь утверждать, голубушки.

- Так они выросли в деревне?

- Они из Серафимовска, но в 90-е подсуетились и выкупили, так сказать, родное гнездо. Несколько домов принадлежало их родителям, до них- дедушкам, а они лишь расширили владения.

- Удивительно!- Сказала Серафима.

-О, это случается гораздо чаще, чем кажется. Фермеры выкупают заброшенные деревни, развивают там хозяйство. Вон в Серафимовске некий врач купил деревню, теперь делает образцово-показательный аттракцион для туристов.

- А чем жила деревня раньше? Сельским хозяйством?

- Охотой, да много чем еще… там даже дубили кожу.

- А вы не встречали в документах такое имя - Феодосия Казанцева?

- На память не приходит… но у меня есть кое-какие записи о деревне. Я проверю.

Тут Таисия спохватилась и передала краеведу сверток с Лелиным печеньем.

- Ах, голубушки, это же то несравненное печенье, что Ольга Михайловна угощала меня прошлый раз? Нигде больше подобного не ел!

- Секрет в дополнительных яичных желтках, как говорит Леля. Но боюсь, тут нужен ее талант и умение творить волшебство больше, чем лишние желтки.- Улыбнулась Серафима.- Скажите, Арнольд Михайлович, а ведь раньше дубили кожу с помощью каких-то вредных веществ… я не ошибаюсь?

- Не ошибаетесь, голубушка. Это был мышьяк.

- Значит, это объясняет наличие мышьяка в образцах почвы… и возможно, Галина умерла как раз от отравления, из-за контакта с загрязненной почвой, когда отбирала образцы.

- Голубушка, Галочка была восторженной и экспрессивной, но хорошим историком. Она знала, как делать отборы почвы. И потом – мышьяк не всасывается через кожу. Вы читали ее заметки о Треклятой деревне?

- У нее в номере нет заметок.

- Так надо поискать в школе. Вы же помните, голубушка, какой прекрасный кабинет я оборудовал в школе. Галочка была от него в восторге.

- Но кто нас туда пустит?

- Со мной? Поехали, поехали прямо сейчас! Но… вы же не забудете про стену?

Увидев недоуменные лица подруг, Арнольд Михайлович пояснил: - Стена, в кухне. Под покраску.

Женщины заверили, что ни в коем случае не забудут. А Таисия понадеялась, что у Серафимы или Лели есть знакомый маляр. Она готова выступить спонсором, не брать же в руки кисть!

* * *

Толстенький Арнольд Михайлович поправляя очки, которые сначала долго искал, а потом нашел у себя же на лбу, вкатился в вестибюль школы, где было тихо и пусто. В большом городе стояли бы турникеты и уже выскочил охранник, а здесь все просто и спокойно.

Краевед повел спутниц вверх по широкой лестнице, остановился у двустворчатой двери, долго шарил по карманам в поисках ключа.

Наконец он открыл дверь и вскоре все трое уже копались в бумагах на столе и в ящиках.

- Вот, вот ее записи. – Арнольд Михайлович выпрямился с торжествующим видом.

Кому, как не краеведу откопать их первым. Хотя, судя по количеству бумаг, папок и книг, здесь скорее нужен археолог.

Он листал книгу и все трое всматривались в записи.

- Тут больше планы уроков, как и в гостиничных записях. А, вот и про Лисину пустынь. С ума сойти! Она была там несколько раз и не сказала подруге! И смотрите, она пишет, что Корнилов неприятный человек, поэтому она старалась подгадать приезды на то, время, когда он приезжал в город за покупками.

- До последнего раза.- Сказала Серафима. – Вот и повод, девушка нарушила запреты и вторгалась на его землю.

- И она собиралась взять образцы почвы. Погодите, что это? – Таисия замерла.

- Тебе мерещатся