Тайна дома на холсте - Юлия Владиславовна Евдокимова

Тропинка вывела в лес. Вскоре деревья стали реже, когда среди стволов появилась разрушенная стена кладбища, Таисия догадалась, что они входят в деревню с другой стороны.

Деревня больше не казалась страшной. Мирно журчал ручей, синела гладь пруда сквозь листву. Улицы с молчаливыми пустыми домами расходились в три стороны с маленькой площади.

- Но я не понимаю… что здесь такого?

- Посмотрите внимательнее.

Они всмотрелись и ахнули. Улицы были заполнены маленькими домиками, кузнечными мастерскими, там пекут хлеб, там трактир распахнул двери в ожидании посетителей. У ручья на песке лежат лодочки, чуть дальше рыбаки удят рыбу. Бредет стадо, подгоняемое пастухом.

Корнилов вынул из кармана пульт, нажал кнопку и все ожило. Застучал молот кузнеца, задвигались рыбаки и лодочки, загорелись окна в маленьких домиках. А он повел их дальше, в лес, где стояла избушка Бабы – яги, выглядывал из кустов леший а в конце полянки на высоком дереве сидел Кот Баюн.

Корнилов нажал другую кнопку и лес наполнился звуками. Кот Баюн запел свою песенку, сверкая зелеными глазами, зашуршала метла Бабы-Яги, захохотал Леший.

А на полянке закружились русалки в развивающихся платьях. Ведь все знают что у местных русалок нет хвостов.

- Представляю, как тут все светится ночью… Но… как? Почему?

- Потому что сказки ушли из нашей жизни. Ушло то во что верили наши предки. Русалки уже не вынырнут из пруда, Змей Горыныч не пролетит над лесом… Я хотел… я не знаю, сможете ли вы понять… я хотел сберечь маленькую часть волшебства… хотя бы так… Это просто хобби. Мой брат… он над всем этим смеется. Но он приезжает не часто. Это мой мир.

- Поэтому вы и не хотите никого сюда пускать?

- Люди уничтожили волшебство. Если пустить их сюда, они уничтожат и мой сказочный мир.

- Но это должны видеть!

-Чтобы превратить в еще один парк аттракционов? Пожалуйста, не рассказывайте о деревне никому.

- Только Серафиме.- Сказала Таисия. Жаль, что ее нет с нами сейчас.

- Вы можете приехать как-нибудь вечером, кода зажгутся огни. И… про эту учительницу…

Таисия замерла.

- Ту, которая умерла. Я велел ей уйти, как и всем остальным. Но ей особенно, она бы увидела это все и сняла и показала всем… и я бы уже не отбился от любопытных. Пока деревню боятся, сюда не приходят. Ну, и… на той поляне, где дубили кожу, почва отравлена. Я сказал, чтобы она держалась подальше от деревни ради ее собственной безопасности. А теперь… полиция сказала, что ее отравили. Значит, они придут сюда и все перекопают. И я не знаю, как теперь быть. Поверьте, я бы не отравил ее, потому что это разрушило бы мой мир.- Корнилов вздохнул.- Чего бы я только не отдал, чтобы эта женщина послушала меня или свою подругу, если уж на то пошло. Она бы ушла и никогда не вернулась.

- Подождите. Какую подругу?

- Ту, с которой она приезжала. Мы с собаками прогнали их. Я не мог поверить, что она явилась потом снова и… умерла.

- А можете описать эту подругу?

- Того же возраста. Красивая. Длинные волосы. Они даже представились, но я не запомнил…

- Ее звали Ульяна?

- Ульяна? — переспросил Корнилов. — Да, кажется. Я тогда подумал: имя не типичное.

Корнилов довез их до въезда в город, откуда до центральной площади они дошли за пятнадцать минут.

- Он абсолютно сумасшедший!- Сказала Леля, когда его машина скрылась из виду.

- Он просто чудак. С такими чудаками мир становится лучше. И он не убийца. В этом я абсолютно уверена.

Таисия заторопилась домой. Она все расскажет Серафиме по телефону, а пока дома ждет дневник Клеопатры. Надо же, в шоке от увиденного она совсем забыла спросить Корнилова о доме на Озерной улице. Но, может быть, все выяснится из дневника? Да и он приглашал приехать снова.

Глава 13. Койвола, 188…г.

Глава 13. Койвола, 188…г.

- Мне просто стало душно!- пришлось оправдываться под встревоженными взглядами матушки и Клавдии. Я и сама не ожидала, что разочарование окажется таким сильным… так что все выглядело вполне правдоподобно. Кроме духоты.

Но главное - все вокруг словно выцвело, потеряло яркость. Неужели я так хотела встретить Петра, что после крушения давней мечты мир поблек?

Однако разочарование длилось недолго. Буквально в тот же день я узнала, что скоро к Вересаевым приедет старший брат Василия, Петр Петрович.

- Так у него есть брат? – Ахнула я, эта мысль даже не приходила в голову. Оказалось, что даже два брата.

- По-моему мы встречались с Петром Петровичем на Кавказе, когда там служил Егорушка.- Сказала матушка. Так она звала моего отца, Георгия Георгиевича, даже после его кончины.

- Было б замечательно снова его увидеть, правда?- Поддержала Клавдия.

- Конечно, — ответила я, радуясь, что голос звучит ровно.

К счастью разговор перешел на семью Шереметевых. Михаил, или Мишель, как звали его в семье, был близким другом Филиппа, моего зятя. Но мы с сестрой знали его еще дольше, он и его брат Владимир – друзья нашего детства. Каждый раз, возвращаясь в Петербург, мы проводили много времени с братьями Шереметевыми. И если Клавдия была явно увлечена Мишелем, то подразумевалось, что между нами с Владимиром могут сложиться более близкие отношения, чем дружба. Во всяком случае отец был не прочь заполучить братьев Шереметевых в мужья своим дочерям.

Но время развело нас в разные стороны, я вышла замуж за другого человека, как и сестра. Хотя Клавдию до сих пор интересовали новости, связанные с Мишелем, у меня такой привязанности к его брату не было.

Прошло много лет с тех пор, как я видела Мишеля, но, зная, каким молодым человеком он был, трудно поверить, что тетушка Филиппа могла найти в нем какие-либо серьезные недостатки. Хотя… это же Андриевская, самая неприятная и бесцеремонная дама из всех, мною встреченных.

- Что же это может быть? – Недоумевала Клавдия. Неужели это связано с финансами? Но в семье Шереметевых достаточно денег, чтобы поделить их между наследниками, тем более, что глава семьи в добром здравии и случится это не скоро.

- Возможно, ты права.- Ответил Филипп.- Тетушка намекает, что пора подавать в суд документы о признании Владимира умершим.

- О, Боже… Владимир