Тайна дома на холсте - Юлия Владиславовна Евдокимова

- Но нельзя быть уверенными, что не причинит.

- Да что же это такое! Ты же знаешь Владимира. Он никому не может причинить вреда! Но и ты начинаешь думать, что он может быть опасен. Что с вами со всеми происходит?

- Пропавшая девушка…

- Что???

- Несколько дней назад в Койволе пропала девушка.

По моей спине побежали мурашки.

* * *

На следующий день до нас дошли слухи, что Андриевская собирает чемоданы и увозит дочерей в Петербург. Помолвка официально разорвана, Мишель вне себя, Катюша Андриевская заперлась в комнате и рыдает.

В первый момент я подумала: неужели Анна Андреевна не видит, какой Мишель хороший человек? На него можно положиться, Катюша будет за таким мужем как за каменной стеной. Но это были мысли четырнадцатилетней девочки, вновь проснувшейся в глубине моей души. Сегодняшняя Клеопатра Георгиевна Полонская понимала беспокойство Андриевской. Она была права, ставя под сомнение помолвку. Мишель не был честен с семьей невесты, не поставил в известность, что вместе с ним в поместье живет брат с психическим расстройством. И, как мать, она обязана была упрекнуть будущего зятя. Вот категорический разрыв помолки мне казался поспешным, возможно, через некоторое время все наладится.

Мишель навестил нас, чтобы попрощаться с Филиппом, который после обеда собирался уезжать, его отпуск закончился. Я впервые подумала, как хорошо, когда в доме есть мужчина. Теперь останемся лишь мы, три женщины, няня и дети. И вся ответственность ложится на нас. Стало немного тревожно.

Филипп попытался поднять другу настроение, сказал, что Мишель несомненно докажет, что его брат в порядке и все разрешится.

- Эта пропавшая девушка… Ты знал ее?- Спросила Мишеля моя матушка.

- Только шапочно. Ее зовут Мария, отец – вдовец, приличный человек, они живут в небольшом доме недалеко от станции. Так что эту семью здесь знали многие.

- Мне сказали, что у Владимира был небольшой рецидив. Что это значит?- Включилась я.

- Некоторое время Владимир вел себя абсолютно нормально. Интересовался всем. что происходит вокруг. Но буквально за день до исчезновения девушки он исчез.

- Как это исчез? Куда?

- Как бы это объяснить… Не в физическом смысле. Вот только что он был здесь, общался со мной, как вдруг ушел в себя и перестал реагировать на окружающих.

- И тот слуга, на лестнице… он позвал тебя, потому что с Владимиром что-то было не так?

-Да. Его разум… далеко отсюда.

-А как это проявляется?

-Он…- Мишель глянул на меня слегка смущенно.- Он не реагирует ни на что, но… рисует.

- Рисует?- спросили мы все хором.

- Да. И меня это беспокоит.

- Почему? Он же занимается любимым делом.

- Его рисунки… странные. Лица… руки. И в тот день он… нарисовал Марию.

- Кто еще видел рисунки?- Спросила я.

- Никто. И, надеюсь, никто не увидит. Рисунки Владимира… были одним из доказательств его безумия. Они ужасны.

- Но ведь он был на войне. И рисовал то, что видел.

- Клео… ты не понимаешь. Они… другие.

- То есть твой отец решил, что это фантазии Владимира, которые он может осуществить? Но это могли быть образы прошлого, травмы, полученной им на войне.

- Не надо, Клео. Ты не понимаешь.

-Ты уверен, что он безопасен для окружающих?- Спросил Филипп, он волнуясь за нас, это было очевидно.

- Он никогда никому не причинял вреда. – Сказал Мишель.

- Это не значит, что не причинит.- Филипп нахмурился. Только что он подбадривал друга, но когда осознал всю глубину проблемы, забеспокоился об остающихся женщинах.

-Вересаевы будут навещать нас каждый день,- сказала матушка. Предполагалось, что ее дочери, одна из которых с детьми и беременна следующим ребенком будут в Койволе в безопасности. Никто не ожидал такого поворота событий. Она тоже была обеспокоена, но сейчас требовалось успокоить Филиппа, а матушка всегда знала, что нужно сказать в таком случае. - Мы будем тщательно запирать двери по вечерам, а днем мимо нашего дома проходит много рода, река и мост место популярное. Не волнуйся, дорогой, поезжай спокойно. В конце концов мы всегда можем вернуться в Петербург.

- Я тоже буду регулярно вас навещать, - заверил Мишель, от чего щеки Клавдии еле заметно порозовели. -И не волнуйтесь, Владимир постоянно под присмотром в отдельном флигеле.

Глава 14. Болтужев, наши дни.

Глава 14. Болтужев, наши дни.

Серафима не могла поверить, что Корнилов превратил деревню в сказочную страну.

-Айтишники всегда не от мира сего, - проворчала Леля. Но если одни не моются и ходят в вонючих свитерах, то другие на старости лет начинают играть в куклы.

-Ты отстала от жизни,- засмеялась хозяйка гостиницы.- Нынешние носят дорогие костюмы и ездят на дорогих машинах. А игрушечная деревня… наверное это самое безобидное и милое чудачество, какое можно придумать. Не забывайте, что Корнилов создает чудеса не только для себя, но и для других, иначе он не организовал бы интернет-магазин. Не думаю, что вся эта красота окупается, скорее всего он в убытке, но продолжает вкладываться. И не такой он старый, твоих лет, пятидесяти нет. Он просто… тихий и незаметный.

- Художники создают, а не Корнилов. Будь у меня его деньги, я бы распоряжалась ими умнее,- снова пробурчала Леля.

- Почему он так тебе не нравится?- удивились подруги.

Леля вздохнула. – У меня не идет из головы та могила на старинном кладбище. И надпись. Таисильсанна права, это может быть женщина, которая умерла примерно в то время, когда исчезла жена Корнилова.

- О, не начинай! Не хватало еще обвинить его в убийстве жены.

- Человек, убивший один раз, легко убьет и второй.

-Леля!- Хором воскликнули Серафима с Таисией.

Леля умолкла, раскладывая недавно испеченные блинчики по деревянной доске. В середину поставила крохотные вазочки с медом и малиновым вареньем.

Таисия вздохнула. -А я любила блинчики… с салом. Завернуть, макать в сметану и запивать томатным соком.

Подруги вытаращили глаза: - Ты? Московская штучка? Да ты только шпинат с салатными листьями режешь на тарелке! Выдумала тоже - с салом!

- В том-то и дело, что я режу шпинат и салатные листья. И поливаю лимонным соком и оливковым маслом. Но когда-то… теперь профессия обязывает… обязывала беречь фигуру, но мне так не хватает тех безумных вкусов…

Леля молча встала, ушла на кухню. Вернулась с подносиком, на котором исходили слезой тонкие