Кровный омут - Наталия Лирон

– Хорошо, давай тогда в шесть пятнадцать. И для меня будет повод уйти с работы, не особо задерживаясь. Я тебе эсэмэску адрес.

– Договорились! – Его радость была заразительной и приятной. – До встречи!

– Пока.

Я еще постояла несколько минут, попеременно глядя то на собственное отражение в большом окне широкого коридора, то на заоконную хмарь. «Поболтаем, как два старикана». Ну да.

Ненавязчивый легкий джаз плыл где-то под потолком, Этта Джеймс[4] пела о трагической неразделенной любви – «ее» холодности и «его» пылком сердце.

Столик был отгорожен витыми лозами от других таких же столиков, и приглушенный желтый свет рассеивался, задевая старую бахрому скатертей и штор.

– Никогда не была в этом месте. – Я оглядывалась по сторонам, натыкаясь взглядом на случайные предметы – старые угольные утюги, деревянные счеты и развешанные по стенам снимки давно умерших людей.

– Хороший ресторан, – Сергей тоже оглянулся, – немноголюдный, и кормят вкусно.

Моя скованность немного отпустила.

– Слушай, гм… – Я не знала, как спросить. – Ты э-э-э… все-таки кто?

– Что ты имеешь в виду? – невинно спросил он.

– Сереж… – Я посмотрела на него сквозь объемное меню.

Он встретил меня у офиса в назначенное время, и мне понравилась такая пунктуальность. Сказал, что знает, где можно отлично поужинать, махнул рукой, показывая, что припарковался за углом, и мы пошли.

А когда остановились возле шикарного серебристо-серого «Мерседеса», я от удивления просто рот открыла.

Он тут же распахнул дверцу:

– Прошу!

Я села, и мы поехали.

Не то чтобы мы с Федькой были нищими или нуждались в деньгах. Лихие девяностые давно миновали – и я, и сестра, и мой муж как-то нашли себе работу, благодаря чему смогли в складчину купить квартиру и жить если не припеваючи, то в среднем достатке. У Тоньки был свой «Форд», у нас с Федькой – один на двоих, на котором ездил исключительно он, я вполне довольствовалась метро и маршрутками, иногда такси. Такая же машина, как у Сереги, мне и во сне не снилась!

– «Мерседес»? Такой? – Я перескакивала взглядом с меню на него.

– Ерунда, – он мотнул головой, – мне просто нравятся хорошие машины. Сто лет копил и вот – купил.

Похоже, он говорил эту фразу не в первый раз.

– Ладно, не хочешь говорить – не надо, – я даже слегка обиделась. И уже пожалела, что пошла с ним ужинать. Тоже мне, тайный миллионер!

– Тут ягненок очень вкусный, – он протянул руку и чуть отодвинул мое меню, заглядывая в глаза. – Сонь, я скучный банкир, просто стараюсь это не афишировать. И действительно люблю хорошие машины. Ну что поделать, оказалось, деньги – это моя страсть, куда круче, чем фехтование. Для меня это абсолютно магическая субстанция – финансовые потоки и их трансформации. Вот так и получилось, что я люблю деньги, а они любят меня.

– Да-а-а… уж. – Я не знала, что сказать. Банкир? Вот тот Серега, с которым мы танцевали на дискотеке, болтали и целовались под грибком?

Он вздохнул:

– К сожалению, иногда они же, я имею в виду деньги, мне и мешают.

Я развела руками:

– Наверное, это нелегко. Для состоятельного человека иногда деньги – это бремя.

Он посмотрел внимательно, видимо, пытаясь понять, ерничаю я или нет. Но я и не собиралась ни шутить, ни язвить.

– Знаешь, – его лицо выражало удивление, – ты первый человек, кто такое говорит и при этом на двести процентов прав!

Я отложила меню:

– Знаешь, я за тебя искренне рада. Я всегда считала тебя каким-то особенным, с этой твоей запредельной вежливостью, тщательным соблюдением субординации, танцами, поклонами. Ты был не от мира сего, будто рожденный в прошлом веке.

Он расплылся в улыбке, смущаясь:

– Ну все, ты меня сейчас совсем э-э-э… превратишь в зефирку.

– Во… что? – Я хохотнула. Такое смешное словечко!

– В зефирку… – Он засмеялся тоже.

Эта его «зефирка» задала веселый тон вечеру, я совершенно расслабилась. Мы шутили, смеялись, вспоминали фехтование, проигрыши и победы.

Я поняла, зачем он меня пригласил – похоже, у него не очень много друзей и вообще в окружении людей, с которыми он может быть простым и настоящим, с которыми не нужно «держать лицо» и что-то из себя изображать. Чувствовалось, что рядом со мной он отдыхает.

– Слушай, давай как-нибудь повторим, а? – сказал он, когда мы уже шли к его машине.

– Давай, – не задумываясь ответила я, – было весело.

– Гм… может, послезавтра? – Сергей остановился. – После работы?

– Хм… – Я тоже остановилась. – Слушай, чисто гипотетически я не против…

– Конечно, если это никому и ничему не помешает, – тут же уточнил он. – Не будет ли твой муж возражать?

Я чуть дернула плечами – мне не понравилось его упоминание про мужа – и ответила в тон:

– А твоя жена?

– Нет, не будет, – лаконично ответил он.

– Хм…

Мы смотрели друг на друга, стоя посреди улицы. Влажный бархат оттепели легко касался щек, подбородка. Мимо нас проходили люди, едва не задевая локтями. Но почему-то мы не двигались.

– Сереж… – Я почувствовала, что краснею.

Этим вечером он не сделал ни одной попытки не то чтобы к сближению, даже банального флирта я не заметила. Никаких двусмысленностей или неадекватных комплиментов – все было ровно так, как запланировано: уютная дружеская встреча с воспоминаниями о былых временах. Ничего более. Но все равно мне показалось, что «послезавтра» – это как-то слишком часто.

– Вероятно, я слишком навязчив, – он посмотрел в сторону, сделал шаг назад, и мы пошли дальше. – Приношу свои извинения.

– Я… не хотела тебя обидеть…

– Нет-нет, конечно, нет. Ничего, как-нибудь в другой раз.

Вечер скукожился в скучную серость банального вторника, перестав быть особенным. Мне стало грустно.

Сергей молча довез меня домой.

Во дворе нервно дрожал свет фонаря, создавая неприятное ощущение напряжения.

Я вышла из машины. Он тут же вышел следом:

– Очень рад был повидаться.

– Как-нибудь увидимся! – я помахала рукой, подходя к парадной.

– Обязательно! – он помахал в ответ, дождался, когда я открою тяжелую дверь, и сел обратно в машину.

И, только укладываясь в постель, я поняла, что мы сегодня вечером не разговаривали с Федей.

Посмотрела на часы – почти десять.

«Привет труженикам Москвы и Подмосковья, – начала я строчить СМС. – И кто это про меня забыл сегодня? Если ты уже дрыхнешь – спокойной ночи».

Через полчаса, когда я, уже лежа в кровати, читала, пиликнул телефон: «Привет. Если ты не спишь – звони».

Я тут же нажала кнопку вызова, он ответил после первого гудка:

– Извини, замотался сегодня, тут у нас дурдом «Ромашка».

– Что случилось? – Я напряглась.

– Ничего критичного.