Кровный омут - Наталия Лирон

Так, всего понемногу, – услышала я уставший голос. – Все в кучу. И партнеры придурочные, и московские коллеги неадекватные, и заказчик привередливый. И, Сонь… тут такое дело, – он замялся.

– Какое?

– Не уверен, что получится приехать в конце недели. – Его голос стал глуше.

– Федь! – воскликнула я. – Мы же… договаривались. Я уже и Кире пообещала. И ты ему обещал, помнишь?

– Помню, помню, Сонь, все помню. И умоляю тебя, давай без наездов, вот честное слово, только этого всего мне сейчас и не хватает для полной картины.

Я открыла было рот, чтобы что-то сказать… Мне не нравилось, как он говорил со мной.

– Хорошо, а когда ты приедешь? – спросила я максимально спокойно.

– Не знаю, – ответил он сухо.

– Э-э-э… – разговор покатился по каким-то странным рельсам. – Еще через неделю? Через две? Через месяц? Через год? Хоть какой-то ориентир. Мне же нужно что-то сыну говорить. Он скучает, про тебя спрашивает.

– Скорее всего, ему с драгоценной тетей Тоней вполне отлично! – сказал муж с раздражением.

Я удивилась. И рассердилась:

– Ты говоришь ерунду.

– Ладно, не обижайся. – Его голос потеплел: – Я правда зверски устал, вот и выплескивается.

– Но я-то тут ни при чем? Зачем на меня-то? – справедливо возмутилась я.

– А на кого мне еще? – странно ответит он. – Не на маму же с ее сердцем, в самом деле!

– Зашибись! – почти крикнула я. – Федь, ты вообще себя слышишь? Я у тебя что, мусоросборник твоей усталости и плохого настроения?

– Нет, – холодно ответил он, – поэтому спокойной ночи, позвоню, когда смогу разговаривать без плохого настроения, – намеренно выделил он.

– Федь…

Гудки.

– Зараза! – Мне захотелось швырнуть в стенку телефон, но я сдержалась и снова взяла книгу.

Бесполезно. И пробовать уснуть – дохлый номер.

Я отложила книгу, взяла со стола ноутбук и уткнулась в сериал.

Через день от него прилетело весьма лаконичное сообщение: «Уточнил у руководства. Еще три недели, а не две. Сорри».

Вот же хрень! Я едва не ругнулась вслух. Собирался на пару недель, а оказалось на полтора месяца, и еще не факт, что эта чертова командировка не продлится дольше. И он так спокойно об этом пишет. «Сорри», блин!

Да пошел ты к черту! Я удивилась собственной злости – давно мой дорогой муж меня так не бесил.

Ну и ладно. Я вспомнила глаза Сергея, который расстроился, когда я сказала, что… а что я тогда сказала, думая, что чаще видеться – это слишком?

Я снова взяла мобильник: «Привет. Как твои дела? Если ты не передумал и свободен сегодня, то я с радостью проведу с тобой вечер».

«Отлично! – ответил он мгновенно. – В котором часу тебя забрать?»

Глава 7

– Сто лет тут не была, – казалось, что все тело впитывает тепло, зелень и солнце.

– Я тоже, – Сергей снял куртку и пиджак, оставаясь в голубой, безупречно отутюженной рубашке.

Вокруг все буйно цвело, необычно для начала февраля. Будто ты на другом континенте.

Мы ходили по субтропической оранжерее Ботанического сада.

Я смотрела на него с благодарностью.

– Знаешь, – он шел чуть впереди и обернулся, – ты тот человек, который меня знал, когда я еще был никем и ничем. И, кажется, тебя не слишком смутило то, что сейчас я скучный банкир. Не поверишь, но я даже физически чувствую, как рядом с тобой расправляются плечи. Давно забытое ощущение. Ужасно жаль, что так вышло, я тогда еще совсем молодой дурак был и не знал, как тебе помочь.

– Да как тут вообще можно было помочь? – Я немного напряглась. Мне не хотелось вспоминать про Жеку, мы уже выходили из оранжереи.

Уже поздно вечером, когда мы въехали в мой двор и аккуратно встали на свободном парковочном месте, он ко мне повернулся:

– Сонь!

– Сереж!

Смешно и неловко.

– Может… на следующей неделе? – Он едва-едва коснулся моего мизинца своим. – Тропики без нашего присутствия будут скучать.

Моя рука лежала на подлокотнике, а свою он держал на весу.

– Что? – спросила я, не убирая свой палец.

– Тропики, – чуть осмелев, он положил свой мизинец рядом с моим, – в Ботаническом саду. Мы же до них сегодня не добрались.

Я хотела убрать руку, но мой палец будто прирос к подлокотнику, не желая никуда сдвигаться. Черт, что я делаю вообще?

– Пальмы? Ужин? – Сергей смотрел прямо на меня, в его глазах светилась надежда. – Можно ужин прямо в пальмах.

Я хохотнула.

Его мизинец аккуратно, почти невесомо лег поверх моего:

– Или ужин на пальме?

– Сереж… – Спине стало жарко, волевым усилием я убрала руку. Он тут же отдернул свою.

– Или можно просто пошататься по городу, – продолжил он как ни в чем не бывало, но уже усаживаясь в водительское кресло, отдаляясь, отдаляясь… – Или я могу нигде не шататься, а сидеть в одиночестве в знакомом баре, тупо пялиться на бармена с серьгой в ухе и тихо напиваться, а потом вызвать своего водителя, чтобы он отвез меня домой. Занавес. – Сергей грустно вздохнул, снова переводя взгляд на меня: – Извини, Соня, я дурак, конечно.

Столько странной горечи было в его словах. Что же за жизнь у него такая, что ему так домой не хочется?

– Гм… может, во вторник? – тихо спросила я. – Понедельник уж слишком сумасшедший день.

– Вторник? – Он сначала не понял, о чем я, и тут же просиял: – Вторник? Господи, Соня, Солнечная Соня, это отличный день, просто замечательный! И будут тропики?

Его искренняя радость заставила меня улыбнуться:

– Запросто. А то они и правда заскучают и умрут. Мы же не можем их подвести, да?

– Точно не можем!

Пока я ехала в лифте, трогая горячий мизинец правой руки, мои щеки снова покраснели.

Ближе к ночи, устанавливая будильник на мобильнике на завтра, я поняла, что Федор мне сегодня вечером не писал и не звонил. Зато пришло СМС от Сергея, которое я пропустила:

«Доброй ночи». И смайлик в конце.

Я посмотрела на палец.

– Доброй ночи, – шепотом сказала я маленькому пальцу и не стала отправлять ответное сообщение.

Зыбкая, неровная почва, но не болото, а… пески? Теплые, белые пески, ласковые, шелестящие и зыбучие, они затягивали меня с головой.

Мы встретились в следующий вторник, потом в четверг, а потом снова во вторник – мы сидели в кино на последних рядах.

– Как школьники, честное слово, – прошептала я.

– Ага, – взбудораженно сказал он.

– Но мы будем вести себя прилично.

– Конечно!

В середине сеанса он легко наклонил свою голову к моей, и мы почти соприкоснулись висками. Я повернула к нему свою голову, и мы… соприкоснулись губами. Дыхание сбилось,