Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

– Нет… нет, – растерянно произнесла Эрика. – Я говорю о тех, с кем работала в Манчестере. О моих бывших коллегах, которые живы… Мишель, жена одного из погибших офицеров, все еще работает в полиции, в службе поддержки. По крайней мере, работала, когда я слышала о ней в последний раз. Жена Лучика. Его звали Джим. Он был одним из наших друзей, моих и Марка.

Мысли Эрики лихорадочно метались. Прошлое нахлынуло на нее. Все те люди, с которыми она больше не общалась. Она не только потеряла друзей, которые погибли, но и их родственники отказывались разговаривать с ней после того рейда.

– Может, она не знает, – сказала Мелани после долгого молчания. – Это была небольшая заметка в местной газете. – На ее лице появилось выражение жалости, которое Эрике не понравилось. Мелани вздохнула и взяла в руки толстую папку. – Эрика, это подводит меня к твоему личному делу. Заметь, оно в десять раз толще, чем досье большинства офицеров. – Она открыла папку и начала листать. – Пять раз за столько же лет ты получала выговоры за грубое поведение, неподчинение приказам, оскорбление представителей общественности, нарушение полицейских процедур. И каждый раз я тебя прикрывала, а иногда, как тебе наверняка известно, вмешивался коммандер Марш.

Эрика знала коммандера Пола Марша еще с тех времен, когда была новичком в полиции Манчестера. Они вместе проходили подготовку и служили патрульными офицерами. Их пути разошлись, когда Марша повысили в должности, и теперь он был одним из самых высокопоставленных офицеров столичной полиции.

– На прошлой неделе я получила еще одну записку из отдела кадров с вопросом, посещаешь ли ты консультации, рекомендованные два года назад. Я неоднократно просила тебя серьезно отнестись к этим сеансам по поводу посттравматического стрессового расстройства. Я собиралась еще раз сообщить в отдел кадров, что консультации, хотя и рекомендованные, остаются личным делом каждого, однако после того…

– После чего? После того, как я арестовала разыскиваемого преступника? Я выполняла свою работу.

– Эрика. То, что произошло сегодня, беспокоит меня. Что, если ты начинаешь видеть Джерома Гудмана в других людях?

– Это несправедливо. Ты сомневаешься в моем здравомыслии?

– Нет. Просто задаюсь вопросом, почему ты сочла разумным арестовывать человека, который «внешне похож» на подозреваемого по предыдущему делу. На того, кто мертв уже восемь лет.

– Я не знала, что он мертв. – Эрика пристально посмотрела на Мелани и поняла, что босс больше не на ее стороне. – Я просто хотела напомнить вам, мэм, что у меня в активе семнадцать дел об убийствах. В этом году я успешно раскрыла еще четырнадцать дел. За годы службы я произвела, наверное, тысячи арестов, и лишь немногие из них были ошибочными.

В глазах Мелани появился стальной блеск.

– Я бы хотела, чтобы ты взяла часть своего ежегодного отпуска.

– Что?

– У тебя физическое и психологическое обследование через две с половиной недели. Ты должна была получить письмо. Думаю, тебе полезно немного отдохнуть перед осмотром.

– Ты отстраняешь меня от работы?

– Нет. Вовсе нет. Если ты добровольно возьмешь отпуск, мы сможем замять этот инцидент.

– Но я должна пройти физическое и психологическое обследование, чтобы вернуться к работе?

– Как и любой сотрудник, занятый службой.

Эрика чуть не рассмеялась, услышав, как нелепо Мелани выразилась о «службе». С таким же успехом можно говорить о «серебряном обслуживании»[88] и служебных собаках, о похоронной службе или автосервисе. И еще, конечно, о самообслуживании в дерьмовых ресторанах, где не хотят платить официантам.

– Это твое решение? – спросила Эрика.

– Да. – Мелани встала, подошла к окну и на мгновение выглянула наружу. – В столичной полиции и выше наблюдают за тобой. Я уверена, ты в курсе?

– Я годами сопротивляюсь этому.

Мелани повернулась к ней.

– Ты вечно нарываешься. Тебя невозможно сбить с пути, когда ситуация принимает щекотливый оборот. Это делает тебя чертовски хорошим полицейским, но в то же время и мишенью для нападок. Я говорю тебе это как начальник и как друг. Возьми следующие пару недель в счет ежегодного отпуска. У тебя полно неиспользованных отпускных дней. Сдай тесты. Я знаю, ты их пройдешь. И тогда я смогу позволить тебе продолжить работу без всяких дальнейших осложнений.

– Осложнений для кого? Для тебя или для меня?

– Помни. Я одна из немногих друзей, которые у тебя остались, – сказала Мелани ледяным тоном.

Раздался стук в дверь.

– Войдите.

В дверях появился констебль Уоллер. Эрика обвела обоих взглядом.

– Ты хочешь, чтобы меня эскортировали к выходу?

– Мне нужно твое удостоверение.

– Офицер полиции, уходя в ежегодный отпуск, не обязан сдавать свое удостоверение.

– Эрика. Не позорься.

Уоллер вытянул руку, указывая на дверь. На его лице появилось неприятное выражение торжества.

Эрика пожалела, что не придумала остроумного или элегантного ответа. На ум пришло лишь ругательство, но она воздержалась от того, чтобы произнести подобное вслух. Она вытащила из кармана кожаный бумажник, достала удостоверение, положила его на стол и посмотрела Мелани в глаза.

– Тот человек – Джером Гудман. И я собираюсь это доказать.

12

Май 2004 года

Даниелла Ланг проработала в «Безопасном телефоне» шесть месяцев и преуспевала. Одинокая, но успешная. Она трудилась сверхурочно шесть дней в неделю, выставляя счетов намного больше, чем другие девушки-операторы. Она выплатила долги своих родителей и исправно вносила платежи по ипотеке. Не то чтобы деньги сделали ее одинокой. Просто обстоятельства изменились. Она больше не смотрела на мир так, как жены коллег ее мужа. Мир был суровым местом. Гнилым, подлым местом. И теперь она видела для себя единственный выход – быть жесткой и подлой. Она хотела быть жесткой и подлой, чтобы никогда больше не чувствовать потери.

Даниелла знала, что полиция со временем раскроет мошенническую схему «Безопасного телефона», но не ожидала, что это произойдет так скоро.

В одно из воскресений в начале мая, в редкий свободный от работы день, Даниелла наконец-то нашла время посетить местную свалку, после того как выгребла кучу старого хлама из сарая своего отца. Свалка находилась на окраине города, и, когда Даниелла приехала, там было безлюдно. Забрасывая последнюю коробку в огромный контейнер, к которому вела высокая лестница, она заметила машину, припаркованную в углу двора. Внутри сидели Хью и офицер полиции, в котором она узнала детектива Майкла Сондерса. Они были увлечены разговором, с виду напряженным, и Хью, казалось, высказывал полицейскому все, что о нем думает.

Даниелла была знакома