Не верь глазам своим - Лариса Павловна Соболева

правда, Борис внешне выглядел моложе своих лет, вероятно, беспечность и незамутненность сознания взрослению не способствуют. Мама считала его единственным красавчиком в семье, с нее и началось: «Отстаньте от Бореньки; не приставайте к Яночке; они не обязаны быть как вы!» В благодарность Боренька после развода родителей навещает мамочку раз в квартал, если она напомнит, однако все реже и реже напоминает.

– Я не имею права выбирать занятие? – негодовал Боря.

– Не имеешь, – вставил свое веское слово негромко Сергей.

Да настолько веское, что младшенький стух, сунул ладони между бедер, опустил голову и пыхтел, а старший продолжил:

– Я тоже хотел откапывать древние города. Но, как видишь, вынужден был помогать отцу, чтобы ты почти до двадцати семи лет по барабанам стучал, как в африканском племени.

– Я ударник, – возмутился Борис тихо. – Классный ударник!

– Да как ни назови, это увлечение для безмозглых. Ну, постучал палками по своим барабанам, и что? Какая польза от твоего ударника?

– Релакс! Вот какая! – распалился Боря, осмелев. – Зал становится как один! Одно дыхание на всех! Одна эмоция! И взрыв один, что стены дрожат! Так отрываются под нашу музыку! Релакс необходим современному человеку, который живет в постоянном стрессе.

Пауза. Сергей вяло, издевательски, с мрачной физиономией зааплодировал, чем добил младшего брата, затем на одной ноте, которая пугала обоих младшеньких, брата и сестру, добавил:

– Очень пламенно. Аж чуть не заплакал.

– Ты… ты… – Боря вскочил, топтался в гневе на месте и негодовал. – Ты не знаешь, какие у меня перспективы. Да меня сравнивают с Яном Пейсом! Но я планирую пойти дорогой Ника Коллинза, уже беру уроки вокала и репетирую пение с барабанами. Я стану лучше Ника.

– Ба… – протянул Сергей. – Георг, у нас певун образовался, а мы его к рутине толкаем. Как жить бедняге? Певун – это не барабанщик, кусок хлеба можно заработать, если в ресторан для дальнобойщиков возьмут.

– М-да, – закивал Карелин. – Это не детский сад, это клиника.

– Хватит! – огрызнулся музыкант. – Это моя жизнь…

– Конечно, твоя, – раздался в кабинете женский голос.

– О! Мариночка! – подхватился Карелин, подошел к ней и игриво приложился к холеной ручке. – Какими судьбами? Отлично выглядишь.

Спору нет, Марина довольно эффектная молодая особа вне возраста. Это правда, никто не в курсе, сколько ей лет, выглядит на двадцать пять, на самом деле наверняка больше. Особенно привлекали ее глаза, раскосые, как на росписях в пирамидах Египта, хищные, как у рыси, и всегда насмешливые. Посвятила она себя развлекательной сфере – свадьбы, банкеты, юбилеи организовывает, разумеется, для тех, кто хорошо платит, а не для тех, кто за столом горланит песни из репертуара попсы. Себя ценит дорого, но данная деятельность нестабильна: то густо, то пусто, однако на носу Новый год, это значит, из праздника следует выжать максимальную выгоду. В остальное время на телевидении она чем-то занимается.

Карелин согнал упрямца Борю с «горячего стула», чтобы Мариночка заняла это кресло напротив Сергея, она же пришла наверняка по делу. Великий музыкант только обрадовался, мигом перескочил в кресло у стены, схватил журнал и тут же, пролистнув, кинул назад, там все про технику. Но Георг жестом прогнал парня и из этого кресла, сам уселся на его место, потому что отсюда хорошо видна гостья. Музыкальному гению пришлось устроиться по другую сторону столика и скучать, уйти под шумок не рискнул, все же он побаивался Сергея.

Обычно Марину вызывали, когда нужен был праздник с банкетом, а тут она сама пожаловала, вся такая непростая, изысканная, дорогая. Подозрительный Карелин видел в данном необычном явлении интригу, но именно он принял ее радушно, улыбаясь во весь рот, да и она сверкала белозубой улыбкой, садясь в кресло посетителей, призналась:

– Извините, но вы слишком громко разговаривали, я слышала помимо воли, когда шла к кабинету. Сергей Юрьевич, может, ваш брат действительно великий музыкант? Кстати, я слушала их, группа неплохо играет…

– Пусть музыканит в свободное от работы время, – смилостивился тот.

– Ну, тогда хоть после Нового года и Рождества, – принялся клянчить Боря, воспользовавшись нежданной защитой в лице дамы. – У нас концерты сейчас каждый день в клубе…

– С завтрашнего дня, – остался непреклонным старший брат и швырнул стопку листов на стол. – Бери и иди в приемную, изучай свои обязанности. Наизусть выучи, экзамен сдашь мне.

Сердитый Борис схватил листы, ушел. Марина, видя, что мужчины не раскошелились на комплименты ей, молчат, выжидая, что она скажет, заполнила паузу, не торопясь при этом:

– Я по делу, Сергей Юрьевич…

– Это я понял, – сказал Шевелев.

– Мы, конечно, в курсе, у вас тяжелые обстоятельства, связанные с отцом, но вы нам очень нужны.

– Правда? – серьезно спросил он. Только Карелин понял, что это ирония. – Я весь внимание.

– Мы снимаем новогодний огонек, он будет транслироваться на две области, вас приглашает наше телевидение как одного из самых перспективных и успешных бизнесменов и новаторов в городе. От вас требуется коротко рассказать, над чем вы работаете, к чему стремитесь, о чем мечтаете. Насколько мне известно, ваша деятельность связана с инновациями…

– Да что вы! – озадачился Сергей, переглянувшись с Карелиным. – Сам я не в курсе, зато остальные, выходит, в курсе моих успехов в работе. Прям всевидящее око за нами наблюдает.

– Кто хочет, тот найдет информацию, – с оттенком загадочности и с улыбкой произнесла Марина. – Вам должно быть это известно больше, чем кому-либо. Так как, Сергей Юрьевич? Вы согласны нам помочь?

– Не люблю светить мордой, – фактически отказался он. – Тем более говорить о работе… вне рабочего времени. Не имею такой привычки.

– Ну, пожалуйста, Сергей… («О, уже отчество опустила, своя в доску», – подумал Карелин.) У нас не хватает производителей, тех, кто что-то делает полезное, необходимое. Представители торговли в очередь выстраиваются и готовы платить, чтобы распиарить себя и свои точки продаж. А вас, Сергей, приглашают с поклоном. И не требуют платы за рекламу.

– Польщен, но! Мы еще не доросли до рекламы, у нас начальный этап, да и сглазить боимся.

– Не верю, что вы суеверный, – рассмеялась Марина, а потом эдак лихо протараторила: – Реклама нужна всем, на начальном этапе тоже. Это не займет у вас много времени, уложимся за полтора часа, я постараюсь организовать временное пространство так, чтобы ни одной лишней минуты у вас не отнять. Мы проведем интервью за столиком под елкой, потом смонтируем и вставим в общую картинку. Раз не хотите о новых направлениях говорить, расскажите, что самому нравится. Людям надо хоть иногда видеть успешных и увлеченных личностей в качестве примера из жизни, многие потом вдохновляются и начинают поиски себя. По-моему, наше предложение неплохое?

Глядя на нее, Сергей задавался вопросом, что им всем надо