Один из нас виновен - Стив Кавана

— Выходит статья в сети. Через несколько секунд она уже в «ТикТоке», «Инстаграме», X, «Фейсбуке». Её разносят тысячи троллей, иногда настоящие влиятельные блогеры, но в основном всё разгоняют боты. Цунами дерьма. Как при любой ядерной угрозе, лучшее средство — иметь собственную боеголовку и направить её на самое уязвимое место противника. У меня такой пока нет, но, возможно, я близок.

— Если раздобудете ракету, куда направите? — спросил я.

— Разумеется, в Патрика. Я не идиот. Знаю, что Бьюкенен и Дафф обслуживают Вандерпулов. При всём уважении, Эдди, ты не Рекс Бьюкенен. Значит, предполагаю, они сплавили тебе Ванессу. Будь осторожен: её интересы и интересы Патрика могут сильно различаться.

— Потому мы здесь. Если вам известно что-то о муже, что поможет защитить Ванессу, или что-то о ней самой, что может повредить её защите, мне нужно знать.

Он откинулся в кресле и постучал пальцами по столу. Поочерёдно посмотрел на нас и слегка кивнул. Кажется, мы друг друга поняли.

— На меня работают одни из лучших частных сыскных агентств города. Проверили Патрика, нашли почти ничего. Кроме одной зацепки. Слова приходится выбирать осторожно: не все сведения попали ко мне вполне законным путём. Сыщики упёрлись в стену, но каждый подозревал, что за ней что-то есть. У тебя работает Блок. Если я покажу направление, а она найдёт нечто взрывоопасное — то, что можно зарядить в мою боеголовку и направить на Патрика, — ты поделишься находкой в духе взаимного сотрудничества?

— Если не тронете мою бабушку, возможно, — сказал я.

Фэрфакс рассмеялся.

— Тереза Чейз. Больше сказать не могу. Там что-то есть, но говорить об этом нельзя. Да вам и не нужно: имя выведет Блок на след. Только работать ей придётся быстро. И ещё кое-что, о чём тебе следует знать. От меня ты этого не слышал.

Он посмотрел на часы.

— Примерно через полчаса детективы отдела убийств арестуют Ванессу Вандерпул за убийство Молли Грин.

Глава 10

Блок

— Почему ты не купишь нормальную машину? — спросила Блок.

Она сидела на пассажирском сиденье «Ацтека» Лейка. Они ехали за бежевым «Краун Виктория» по улицам нижнего Манхэттена.

— Это нормальная машина. Незаметная, — ответил Лейк.

— Она уродлива. Торчит, как больной палец.

— Зато не кажется опасной. Никто не подумает, что на такой машине едет человек с целью, планом или хоть какими-нибудь амбициями. Она для тех, кто предпочитает не высовываться и ничего не ждёт от жизни. Если доедет до конца квартала — уже достижение.

Блок покачала головой, не отрывая взгляда от дороги. «Краун Виктория» остановился у бубличной. Лейк держался через две машины. Он припарковался на другой стороне улицы, метрах в шести позади полицейского седана.

С водительского места вышла молодая женщина с рыжевато-каштановыми волосами. Чёрные джинсы, чёрное зимнее пальто. Выпуклость на правом боку подсказала Блок, что у женщины пистолет. Детектив Кэри была одной из самых молодых сотрудниц отдела убийств, каких Блок встречала. На вид только вчера окончила академию. Важное дело об убийстве ей могли доверить лишь при одном условии: напарник — опытный ветеран, а саму Кэри готовят к быстрому повышению.

Из бубличной высунулась громадная голова, огляделась. Следом появилось остальное тело. Одна голова, наверное, весила килограммов тридцать пять. Почти квадратная, бледная, окаймлённая каштановыми волосами. Они только подчёркивали огромную лысину на макушке — на такой можно сервировать столик.

Глазки маленькие, рот способен целиком проглотить бублик, шеи нет. Белая рубашка размером с парус небольшой лодки была натянута на туловище и заправлена в брюки под толстый кожаный ремень. Тёмный галстук не доставал даже до пупка и выглядел словно стрелка, указывавшая на раздутый живот. В левой руке мужчина нёс коричневый бумажный пакет, в другой — вероятно, свой пиджак.

Блок достала телефон и сфотографировала его. Сама она этого человека не знала, но почти не сомневалась: Эдди узнает.

Толстяк помахал детективу Кэри.

Потом обернулся.

Из кофейни вышел другой мужчина. Выше первого и, наверное, такой же широкий, но жира в нём было примерно столько, сколько у толстяка на шее. Он был моложе, с квадратной челюстью, в чёрной одежде и с короткой бородой.

Мужчины заговорили.

Только тут Блок заметила пакет в руке лысого: толстый конверт размером с рукопись, заклеенный скотчем.

Она сделала ещё один снимок. Мужчина в чёрном указал на конверт, передал его лысому, хлопнул того по плечу и ушёл, по пути озираясь по сторонам. Кэри к нему не подходила и не разговаривала.

— Подозрительно, — сказал Лейк.

Блок кивнула.

Лысый с трудом втиснулся на переднее пассажирское сиденье «Краун Виктории», устроив подвеске суровое испытание. Кэри села за руль, повернулась к нему, включила сирену и резко выехала со стоянки в поток машин.

Лейк тронулся следом.

— Она полицейского подобрала? — спросил он.

— Должно быть. Тот, в чёрном, на копа не похож.

Они следовали за полицейской машиной, но потеряли её, когда та свернула на север, к Верхнему Ист-Сайду.

— На этой колымаге не догоним. Остановись здесь, я спущусь в метро, — сказала Блок.

— Мы же не знаем, куда они едут. Как ты...?

Лейк осёкся. Блок ждала, когда до него дойдёт.