Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 - Лен Дейтон

получился бы яркий гей. С короткой стрижкой, рокерской чёлкой, безупречными, но в то же время мучительными чертами лица он соответствует канонам своего времени: не греческой красоте и не кротости эпохи Возрождения, а тревожному совершенству Дэвида Боуи или Иэна Кёртиса.

Внезапно Свифт, с сигаретой во рту, хлопает обеими руками по стойке. Вся серьёзность исчезает. Он выглядит как парень, который вот-вот оторвётся на танцполе, но спрашивает:

– С кого начнем?

- То есть?

– Я не пришёл сюда, чтобы стоять на страже. Как думаешь, кто может нам что-нибудь рассказать?

– На чем?

– О секретах диско вообще и о Федерико в частности.

Ошеломлённый, Сегюр на несколько секунд замешкался, окидывая взглядом окружающих. Почти сразу же его взгляд остановился на лицах, которых он давно не видел.

Он отходит от бара и дружески обнимает полицейского за плечо.

– Иди сюда. У меня есть именно то, что тебе нужно.

19.

Через несколько секунд они уже сидят за столом, за которым сидят трое идеальных созданий, трое людей смешанной расы с медно-коричневой кожей и короткими стрижками, которые вполне могли бы сойти за женщин, если бы их звали Грейс Джонс.

Сегюр хорошо их знает: они завсегдатаи Верна. Они ходят группами по три человека и имеют прозвище «Капитанский кабинет». Почему? Никто не знает, даже они сами. Возможно, потому что они — моряки женского пола, кочевые, энергичные, крепко держащиеся за мачту.

Даниил всегда видел в них фаворитов Генриха III, этих безупречно ухоженных придворных с бриллиантовыми серьгами и пронзительным взглядом, чья женоподобная внешность вызывала насмешки у иностранцев, но которые на самом деле были телохранителями государя. Эти трое тоже храбрые воины, но в другом качестве.

Сегюр представляет их, все еще крича, чтобы перекричать музыку — проникновенный, почти меланхоличный трек 1974 года «Rock Your Baby» Джорджа МакКрея:

– Вот члены Капитанства.

Свифт поднимает брови.

– Вы ведь далековато от порта, да?

Трио разражается смехом. Тони, пожалуй, самый красивый, с золотистой бородой и голубыми (благодаря контактным линзам) радужками, решается на решительный шаг:

– Нет, дорогая, мы останемся на пристани!

– Улица Сент-Анн?

- Точно.

Сегюр пристально смотрит на молодого человека с золотистым загаром: ему 22 или 23 года, точно он не помнит. Метис из Гваделупы, который, приехав туда два-три года назад, занял свою нишу в гей-элите. Как он познакомился с остальными двумя? В постели, без сомнения. Товарищей зовут Вернер (странное имя для ещё одного жителя островов) и Мишель, сирота из 93-го округа. Три чемпиона по любви, сертифицированные TBM (Tr?s Bien Mont?s – Очень Благополучный).

У Сегюра не было времени объяснить Свифту, что все трое в той или иной степени являются проститутками, которые обязаны своим сообществом (и репутацией) непропорционально большим размерам своего пола — репутация, которую Сегюр может засвидетельствовать, вполне заслуженная.

Летом три «мушкетёра» (ещё одно прозвище) путешествуют из Ниццы в Кап-д’Агд, обустраивая свои заведения в гостиничных номерах, чтобы предлагать свои услуги болельщикам. Они играют при аншлагах. Каждый хочет попробовать их «лакричную палочку» – шутка не от Сегюра, он бы не осмелился, а от самого Тони.

Сегюр наклоняется к столу, чтобы уловить несколько фрагментов разговора: Свифт держится как профессионал, совершенно непринужденно, держа под рукой сигарету Marlboro.

Через несколько секунд приносят бутылку шампанского, специальный заказ от полицейского. Сможет ли он записать её в счёт расходов? В любом случае, он прав, играя по-дружески: насилием он ничего не добьётся, разве что испуганными «ой!» и «ах!», а может, даже и кулаком в лицо, ведь ребята-метисы в кабинете капитана славятся своими драками и мускулатурой, как Супермены.

Мы пьем. Мы смеемся. Мы танцуем, не вставая с места. Теперь играет «Are You Ready?» Билли Оушена, неотразимая мелодия, которая так и не стала хитом: «Детка, детка, / Мы сегодня вечером куда-нибудь пойдем…»

«Я не могу в это поверить!» — воскликнул Свифт, смеясь.

Дэниел догадывается, что эти трое объясняют свои патрули вдоль побережья. Он не всё понимает, но замечает, что Свифт постепенно переходит к тому, что его интересует: к привычкам улицы Сент-Анн, к бродягам, вуайеристам, эксгибиционистам…

Сегюр наблюдает за креолами – они не приходили к нему уже несколько месяцев. Возможно, они защищаются, а может, успокоились. Тони – его любимчик. Стройный, мускулистый, он работает на полставки в офисе судебного пристава на бульваре Осман. Доктору всегда было трудно представить этого полубога за копировальным аппаратом или таскающим пожелтевшие папки по пыльным комнатам, ну да ладно.

У второго, Вернера (его настоящее имя, Сегюр, соответствует его предписаниям), кошачья мордашка и прямоугольные плечи. Он танцор в театре Paradis Latin, несколько раз появлялся на телевидении в варьете. Вернер не разговаривает, а воркует. Он не ходит, а летает. Он похож на зяблика, который никогда не линяет.

Последний, Мишель, самый хулиганистый из троицы. Он вырос в районе, где-то между разбитыми почтовыми ящиками и сгоревшей машиной. Двое других щеголяют в стиле денди 80-х – Тони в двубортной кожаной куртке, Вернер в бомбере со стразами – а он носит джинсовую куртку, расшитую индейскими бусинами, и красную бандану на голове, которая делает его похожим на карибского пирата.

Сегюр внимательно слушает и улавливает информацию, о которой он не подозревал:

«Клянусь, Федерико хочет присоединиться к нам!» — крикнул Вернер.

Никто пока не знает о её смерти. Ведь это случилось сегодня утром.

«Но сейчас мы его больше не видим!» — добавляет Мишель.

Свифт делает вид, что знает чилийский язык:

– Когда была ваша последняя встреча?

«Как минимум три месяца», — ответил Тони. «Я слышал, он отправился в путешествие с каким-то клиентом».

Вероятно, это небылица, которую распустила Хайди или сам Федерико, чтобы сбить людей со следа.

– Жаль! У него, сволочь, параметры как надо!

В этот момент полицейский наклонился к ним и спросил более доверительным тоном, что было относительно, учитывая поднявшийся шум:

– Может ли с ним что-то случиться?

Три поросенка по очереди наклонились вперед, скорее заинтригованные, чем встревоженные.

– Ты имеешь в виду… Федерико исчез?

Полицейский поднимает обе руки, как бы говоря: «Не стреляйте!»

– Но я ничего об этом не знаю!

– Ты его ищешь? Зачем?

– Ничего не могу сказать. Но кто-то волнуется.

«Кто это? Кароко?» — спрашивает Тони, явно заинтересованный.

«Вы детектив?» — добавил Вернер.

Свифт откинулся в кресле с загадочным видом. Он вопросительно взглянул на Сегюра: «Кароко, кто это?» Доктор моргнул в ответ: «Я объясню».

– У него никогда не было проблем?