Хэвен - Том Диди

Денни знал, что другу не терпится сообщить ему важную новость. Поэтому он, конечно же, сделал вид, что ему все равно. Он подошел к шкафчику и достал коробку хлопьев «Фростед».

– Не знаю. «Бич Бойз»?

– Смешно. Это был… погоди-ка, может, тебе все-таки не интересно?

«Черт, – подумал Денни, насыпая хлопья в миску и доставая из холодильника молоко, – он всегда меня обыгрывает».

– Ладно, ладно, я еще даже не проснулся. Кто это был?

– Пол Греймор.

Денни замер, держа пакет молока над миской, и повернулся к Билли.

– Мясник был у тебя дома?

Билли нахмурился.

– Не называй его так, ладно? Он приезжал навестить моего отца. Ты не поверишь…

Мама Денни вернулась со двора с пустой корзиной и остановилась, словно собиралась что-то сказать. Время тянулось, и Билли вопросительно посмотрел на Денни. Денни лишь безнадежно пожал плечами и сел за кухонный стол, чтобы позавтракать. Наконец она прошла мимо, и они услышали ее шаги на лестнице.

– Он переезжает обратно в свой дом!

Денни чуть не выплюнул хлопья, когда холодный, глубокий страх пронзил его сердце.

– Он возвращается?

Билли ухмылялся.

– Успокойся, трусишка, он не убийца. На самом деле он очень хороший парень. И лицо у него не такое уж и ужасное, к нему привыкаешь, и это делает его… интересным.

Денни медленно кивнул.

– Ты уверен? Твой отец уверен? – Он мысленно подсчитывал шаги между своим домом и домом Греймора. Число оказалось не таким уж большим.

– Да, он сказал нам вчера вечером. Он переедет обратно, как только отремонтирует дом.

Денни покачал головой.

– Нет, тупица, вы с отцом уверены, что он не убивал этих детей?

– Папа был уверен еще до прихода Пола, я же тебе говорил.

Билли рассказал Денни о том, как Кроуфорд перехватывал письма, которые его отец и Греймор пытались отправить друг другу, и как Кроуфорд даже не позволил отцу навестить Греймора.

– Значит, все это время твой отец думал, что Греймор не отвечает на его письма, а Греймор считал, что наоборот?

– Ага, и как же они разозлились, когда догадались.

Денни задумчиво доел последнюю ложку хлопьев, затем поднес миску ко рту, чтобы выпить сладкое молоко. В голове мелькнул образ Женщины-кошки. Вдали залаяла собака. Денни повернул голову к двери, но он знал, что это не лай Медведя.

– Похоже, мы знаем, почему Дейл такой мудак.

Билли хихикнул.

– Это вообще настоящее ругательство?

Денни поставил миску в раковину и хлопнул Билли по спине.

– А то. Позвони Вебстеру, и я добавлю его в словарь. – Он зевнул так, что затрещала челюсть.

Билли хлопнул его по плечу.

– С чего ты такой уставший? Я пытался подать тебе сигнал прошлой ночью, чтобы рассказать о Поле, но ты не ответил.

Денни пожал плечами.

– Странно. Я пытался связаться с тобой около одиннадцати. Потом уснул, и мне приснился какой-то ужасный кошмар. Я только начал засыпать, как ты заявился и снова меня разбудил. – Он не мог рассказать Билли о сне с Джули.

Билли никогда не упускал возможность съязвить.

– Это тот кошмар, где ты обмочился в школе, тебя отправили к медсестре и ты должен был носить подгузник до конца дня?

– Я и так ношу подгузник, чтобы этого не случилось… снова.

Оба мальчика рассмеялись.

– Я думал, у тебя сегодня дела.

– Попозже. А у тебя?

– Да, мама хочет, чтобы я помог ей занести зимнюю одежду на чердак. – Денни опустил глаза, не зная, как попросить Билли об одолжении, а потом просто выпалил: – Пойдешь со мной поговорить с отцом Маккарти?

– Думаешь стать священником, ведь все равно с тобой никогда никто не переспит?

Денни почувствовал, как вспыхнуло лицо. Он посмотрел на Билли и увидел проблеск понимания в его глазах.

– Ой… да, конечно. Извини, чувак, я забыл…

Денни почувствовал облегчение, понимая, что, как бы они ни препирались, каждый из них подставит плечо, если будет нужно. Его взгляд упал на повязку на колене Билли, и мальчик вздрогнул при мысли о пещерах.

– Спасибо. Пойдем, пока я не струсил.

Денни крикнул маме, что уходит, и мальчики вышли в жару.

Они приехали в город на велосипедах, и в тишине раннего воскресного утра большинство улиц были пустынны. Центр Хэвена по воскресеньям практически вымирал. За исключением кафе и магазина товаров повседневного спроса «Оукхерст», все окна были темными, а на дверях висели таблички «Закрыто».

Неподалеку от Мейн-стрит, на улице с остроумным названием Черч-стрит, стояла церковь Святой Троицы. Величественное белое здание было гордостью Хэвена. Его фасад украшали блестящие колонны, а ввысь вздымалась впечатляющая колокольня. Здание окружали изумрудно-зеленый газон и красиво подстриженные деревья и кустарники. В любое время года вид был как с открытки: церковь выглядела одинаково красиво в окружении весенних цветов и под снежным покровом.

Когда мальчики подошли к церкви, то сразу поняли, что просчитались: парковка была забита машинами. Они приехали сразу после начала девятичасовой мессы.

Билли вытер пот со лба и посмотрел на затянутое дымкой небо. Эта жара и влажность, возможно, наконец-то закончатся, подумал он. На горизонте сгущались зловещие тучи.

– Есть деньги? Сходим в кафешку, съедим пончик, а потом вернемся?

Денни проверил карманы и достал мелочь.

– Джекпот.

Они вернулись на Мейн-стрит и припарковали велосипеды у входа. Денни на секунду замешкался перед дверью. Билли оглянулся.

– Просыпайся, тупица. Сейчас мы зайдем, купим пончики, а потом съедим их.

Денни с трудом сглотнул, пытаясь сдержать эмоции.