Хэвен - Том Диди

свободу. Старый дом преображался, и это была его первая ночь в нем. Джо несколько раз заезжал к Полу, чтобы помочь, и их дружба словно возобновилась с того самого момента, как закончилась тогда, семнадцать лет назад. За две дождливые недели они успели закончить внутреннюю отделку. Последняя неделя выдалась солнечной и ясной, и снаружи, и внутри дома все шло неплохо.

Пол спустился вниз и прошелся по тихим комнатам. Он все еще ощущал затхлость, но она постепенно выветривалась. Гораздо сильнее пахли чистящие средства и свежая краска. Он огляделся, мысленно отмечая, что еще нужно сделать.

Его взгляд упал на стопку книг, которые он взял из коллекции отца Маккарти. Пол выбрал одну и вышел на заднее крыльцо, чтобы почитать. Ночь выдалась не по сезону теплой, и воздух в доме все еще казался спертым, даже после того как его весь день проветривали. По крайней мере на крыльце, где Пол заменил старые и порванные занавески на новые, воздух был свежим и даже дул легкий ветерок. Он сел на старое кресло-качалку, которое вытащил из подвала и отреставрировал.

В такие ночи, когда Пол был маленьким, в этом кресле сидела его мать, порой засыпая. На следующее утро она всегда жаловалась на затекшую шею или боль в спине, и Пол с отцом обменивались понимающими взглядами. Мама всегда отрицала, что засыпала на улице, и это стало дежурной шуткой в доме. При воспоминаниях об этом Пол улыбнулся про себя. Забавно, что за все время, проведенное в тюрьме, у него не возникло ни одной подобной мысли. Пока некоторые заключенные размышляли о жизни на воле, Пол редко думал об этом и никогда не говорил. Словно он пытался отделить Пола Греймора в тюрьме от того Пола Греймора, который существовал раньше. Теперь, когда он вышел на свободу, воспоминания, казалось, медленно возвращались к нему.

Он начал читать роман, но тут же почувствовал сонливость, убаюканный шепотом ночных голосов. Для него были музыкой тихий шелест листьев или плеск воды в озере. Он привык засыпать под хлопанье стальных дверей или крики заключенных, которые становились жертвами ужасных событий, происходивших в темных камерах.

Пол внезапно проснулся, не зная, проспал ли он пять минут или пять часов. Должно быть, прошло довольно много времени, потому что луна уже стояла высоко и ее сияние мерцало на поверхности озера. Ночь все еще была приятно теплой, но Пола пробрал холодок. Еще одно воспоминание пыталось выбраться на поверхность разума, но никак не могло вынырнуть.

У Пола возникло странное желание спуститься на берег озера, но эта мысль ужаснула его. Он потряс головой, пытаясь отогнать обрывки сна. Его тянуло курить, но он не хотел нарушать обет.

Наконец Пол поддался соблазну. Озеро словно тянуло к себе, и каким-то образом он понял, что мучившее его воспоминание связано именно с ним.

Он вышел, и дверь захлопнулась за ним, отозвавшись громким эхом в ночи. Погода была прекрасной, небо – кристально чистым: такое желанное зрелище после недель дождя. Хотя плохое предчувствие росло по мере приближения к озеру, Пол уже не мог остановиться и продолжил идти.

Царила зловещая тишина, не было слышно никаких привычных звуков – стрекота сверчков или кваканья лягушек. Пол изо всех сил пытался пробудить воспоминание. Другая ночь, давным-давно, точно такая же. Странное желание пойти к озеру, зловещая тишина… и внезапно пережитое обрушилось на него, но не постепенно, а словно удар грома.

Закружилась голова. Ошеломленный, Пол присел на корточки у кромки воды и позволил памяти поглотить себя.

Пол очнулся от кошмара, не в силах вспомнить сразу, о чем был сон. Зная, что больше не уснет, он натянул джинсы и футболку и спустился вниз. Налил стакан ледяной воды и вынес его на застекленную веранду.

Он тут же услышал необычную тишину. Часто по ночам он не мог заснуть и выходил на веранду, где ночь была полна звуков. Сверчки стрекотали, лягушки квакали, мотыльки бились в сетках. Но сегодня ничего этого не было.

Подтаявший лед звякнул о стекло, нарушая внеземную тишину. Внезапно с озера донесся другой звук. Полу показалось, будто кто-то прыгнул в воду, но все же плеск был не совсем обычным.

Он надел кроссовки и вышел в ночь. На дворе было темно, полумесяц скрывался за беспокойной завесой облаков. Очередной звук заставил Пола вздрогнуть. На этот раз он долетел справа. И это был не всплеск, а треск, словно что-то пробиралось по лесу. Подкрадывалось.

Пол замер как вкопанный, внимательно прислушиваясь к треску сучков, и немного расслабился, поняв, что нечто удаляется. Внезапно ему захотелось последовать за ним и узнать, что это такое.

Лес вокруг озера был очень густым, и Пол знал, что наделает слишком много шума. Его взгляд упал на каноэ. Прислушиваясь к шороху среди деревьев, он бесшумно столкнул каноэ в воду и забрался в него. Надел спасательный жилет и поплыл в сторону источника шума.

Пол не знал, как долго он греб, но, похоже, почти добрался до дальнего берега озера. Он работал веслами медленно и плыл вдоль берега, так что решил, что пробыл на воде больше часа.

Внезапно звук стих, и Пол перестал грести, опустив весло в воду, чтобы не шуметь. Он молча сидел в каноэ, ожидая. Ему пришло в голову, что, возможно, ему не очень-то хочется видеть, кто бродит по лесу, но он отогнал эту мысль.

Пол замер. Из-за неудобного положения мышцы начало сводить судорогой. Ему показалось, что он уловил какое-то движение на берегу перед собой, и понял, что вокруг начинают вырисовываться смутные очертания. Он поднял глаза и увидел, как облака редеют, пропуская тусклый лунный свет.

Пол больше не мог оставаться сгорбленным, и рискнул сесть, подтягивая весло к каноэ как можно тише. Едва он закончил, из тьмы на берегу проступил силуэт. Облака разошлись, тусклый лунный свет стал ярче, и Пол понял, что смотрит на оленя, пьющего воду из озера.

Он выдохнул и внезапно ощутил сильную усталость. Пол не спал полночи из-за этого большого приключения, а оказалось, что он преследовал оленя. Он почувствовал себя глупо и приготовился развернуть