Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Мама.

Салли. Я оборачиваюсь. В углу лежит куча старых одеял.

— Твоя мама здесь, Ханна?

Она смотрит на одеяла, в глазах застыл страх.

Я бегу в другой конец помещения и откидываю одеяла. — Господи! Салли!

Она укутана одеялами, словно младенец. Я поворачиваю ее к себе лицом.

— Ох, Салли! — Ее лицо — сплошное кровавое месиво. Она вся в крови. Кровь у нее в волосах, на одежде.

— Господи, что произошло? — кричу я, осторожно кладя ее на бок. Она слегка стонет.

— У него был нож, — говорит Ханна.

Я поднимаю глаза. Ханна стоит надо мной и просто смотрит на мать.

— Кто ударил ее ножом? — спрашиваю я, пытаясь, чтобы голос звучал спокойно, чтобы не тревожить Салли.

— Ханна, кто ее ударил? — повторяю я, но она не отвечает. Она просто смотрит на меня пустыми глазами.

— Мама, — бормочет Салли. — Это ты?

Кровь просачивается через свитер в районе живота. Я проверяю ее пульс. Он слабый — она быстро теряет кровь.

— Нужен кусок ткани, чтобы остановить кровотечение, — говорю я Ханне. — И помощь… нужно позвать на помощь.

Я поднимаю глаза. Ханна стоит все так же неподвижно.

— Ханна! — кричу я. — Нужно пойти и позвать на помощь.

— Я не могу.

— Ханна, прошу тебя.

Я чувствую прикосновение к своей коже и, обернувшись, вижу, что Салли открыла глаза.

— Все хорошо, — говорю я ей. — Мы тебя отсюда вытащим. С тобой все будет хорошо. Только не засыпай. — Я прижимаю одеяло к ее ране.

— Кейт, — шепчет она. — Не может быть. Ты же…

Ее лицо бледнеет, и я боюсь, что из-за потери крови и из-за шока у нее может остановиться сердце.

— Все хорошо, Салли, — говорю я, растирая ей лоб кончиками пальцев, как в детстве делала мама. — Успокойся. Вдох-выдох, вот так, вдох-выдох.

Ее глаза распахнуты, как у ребенка, и она не отрывает от меня взгляда, пока мы вместе боремся за ее жизнь.

— Ханна, нужно выйти и сказать кому-нибудь, что нам нужна помощь! — кричу я.

Вдох-выдох, вдох-выдох.

— Вот так. Умница, Салли, — говорю я. — Все хорошо.

— Пол, — вдруг произносит она, хватая меня за руку. — Пол.

— Все хорошо, — ласково говорю я. — Пол придет, как только сможет. Он будет о тебе переживать.

Она мотает головой и начинает хрипеть.

— Ш-ш-ш, — говорю я. — Вдох-выдох.

Она хватает мою ладонь.

— Нет, — с трудом выговаривает она. — Пол…

— Позвоним ему из больницы, — говорю я. — Давай сосредоточимся на дыхании. Все будет хорошо.

— Нет! — кричит она, тряся меня за руку. — Это Пол сделал.

— Что?

— Пол… — осипшим голосом говорит она. — Это все он… держал Ханну взаперти… изнасиловал, когда она была еще…

Отпустив мою руку, она хватается за грудь, словно пытаясь вытолкнуть из себя слова.

— Мальчик, — выдыхает она. — Пол… его отец.

Ее дыхание сбивается, и она падает.

— Салли, ну же, мы справимся, — говорю я, пытаясь не показывать страха, пробирающего меня до костей. — Давай, вдох-выдох, вдох-выдох.

Я оборачиваюсь и смотрю на Ханну. Она сидит на краю матраса с мальчиком на руках. Видно, что ей страшно.

— Это правда? — спрашиваю я. — Это правда — то, что говорит твоя мама? Вдох-выдох, Салли. Умница.

Ханна кивает. Кажется, мой мозг сейчас взорвется.

— Где он, Ханна? — спрашиваю я, повернув голову так, чтобы Салли не слышала. — Где Пол?

— Не знаю, — отвечает она. — Он приказал мне не пытаться сбежать… Если он вернется…

— Нужно вызвать полицию, — говорю я. — Присмотри за своей мамой. Я пойду и позвоню.

Бух.

Мальчик скулит, а Ханна подскакивает на ноги. Над головой у нас раздаются шаги.

— Это он, — шепчет Ханна, на ее лице застыл ужас.

45

— Неужто ты все еще жива? — рявкает он. — Боже, а ты покрепче, чем кажешься.

Из моего укрытия под матрасом я наблюдаю, как Пол спускается в подвал и направляется к Салли. Он в резиновых перчатках, в руках — лист пластмассы.

На другом матрасе сидит Ханна с мальчиком. Она прижимает его к груди, а сама не сводит глаз с мужчины, нависшего над ее матерью.

Я отмечаю положение деревянного стула, лежащего на полу примерно в метре от меня.

— Что ж, Салли, — говорит он, опускаясь на колени. — Я нашел для тебя прекрасное местечко. Думаю, тебе оно придется по душе. Совсем рядом — только и надо, что немного проехаться на машине.

Салли стонет, и мне требуется все мое самообладание, чтобы не рвануться к ней, но чтобы выбраться отсюда живыми, нужно все сделать правильно.

— Ты хорошо знаешь это место, — продолжает он, садясь рядом с ней на колени и поглаживая по волосам. — Лучше места для могилы не придумаешь. Уж там тебя точно никто не потревожит. В этом не сомневайся. Там тихо и спокойно, Салли. После всего этого хаоса ты наконец-то получишь то, о чем мечтала. Чуточку покоя.

Дыхание Салли становится поверхностным, и он начинает затаскивать ее на пластмассовый лист. Действовать нужно быстро. Выскользнув из-под матраса, я ползу по полу на животе у него за спиной. Я почти доползаю до стула, когда вдруг раздается какой-то грохот. Моя ручка. Выпала из кармана пальто. Черт.

— Это еще что? — говорит он.

Подскочив на ноги, он оборачивается. Мне негде спрятаться. Глаза у меня расширяются.

— Какого хрена? — кричит он.

Он прикладывает руку к груди, и я, воспользовавшись его замешательством, хватаю стул, но его нога вдруг оказывается на моей руке.

— Нет, не смей, — говорит он, сверля меня взглядом.

— Кейт, прошу тебя, — шепчет Салли. — Не надо. Не сопротивляйся.

Но я должна. Я буду бороться с этим человеком до последних сил. Отвернув голову, я поднимаюсь на ноги и пинаю стул в сторону. Он мне не нужен. Похоже, Пол безоружен. Решил, что оружие ему больше не потребуется.

— Я тебя не боюсь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Потому что я не маленькая девочка. Это ведь твой фетиш, да? Маленькие девочки?

Салли всхлипывает, и мне хочется подойти к ней и заверить, что мы отсюда выберемся, что все будет хорошо.

— А ну прочь с дороги, чокнутая тварь! — ревет он, хватая меня за волосы и швыряя на пол. — Ты должна быть мертва.

Я с трудом поднимаюсь на ноги и, когда он снова на меня налетает, пытаюсь пнуть в пах. Но промахиваюсь, и он хватает меня и с силой ударяет об пол.

— Вот что я тебе скажу, Кейт, — говорит он, садясь мне на грудь и обхватывая меня руками за шею. — От тебя не так-то просто избавиться. Даже чертовы таблетки не помогли.

— Таблетки? — шепчу