Игра вслепую - Лэй Цзюнь

древняя строительная культура, как говорят, восходит к эпохе Ся[30], ей четыре тысячи лет. Как и большинство жилых строений, гостиница была построена на южном склоне пологого холма, а яодуны были вырублены прямо в глиняной горе. Поскольку двери и окна выходят на юг, здесь всегда много солнца, а стены и крыша, состоящие из многометровой толщи лёссовой почвы, гарантируют прохладу летом и тепло зимой. Вместе с тем помещением, где жила сама А-Сян и которое также использовалось как стойка регистрации, на нижнем уровне в ряд располагались пять яодунов; четыре из них – пустующие гостевые комнаты. С восточной стороны находилась вертикальная лестница – всего тридцать семь ступеней, ведущих вверх на первый внутренний двор. Из-за ограничений рельефа на этом уровне было вырублено всего два яодуна: я занял западный, а комната Вэнь Юде находилась ближе к лестнице, которая на этом не заканчивалась, а продолжала подниматься вверх. Как и прошлой ночью, я намеренно пересчитал количество ступеней – для слепого такие детали могут когда-нибудь пригодиться. Их было сорок восемь. Это означало, что яодуны на этом уровне либо были выше, либо имели более толстую крышу.

На верхнем уровне также было пять яодунов. Из-за формы горы восточный был врезан в склон глубже, из-за чего перед дверью образовалась довольно просторная ровная площадка. Моя трость нечаянно задела что-то на земле, и оно покатилось в сторону. Сделав усиленный вдох, я уловил легкий сладкий аромат, испарявшийся в воздухе, – оказалось, это были разложенные повсюду для просушки початки кукурузы.

Снизу донесся звон фарфора. Я остановился, прислушиваясь: А-Сян убирала со стола посуду.

– Вон та калитка, о которой она говорила. Пошли. – Вэнь Юде подошла поближе.

Я не сразу последовал за ней.

– Неужели у вас в Интерполе нет методов допроса потоньше? Теперь мисс А-Сян знает, что мы интересуемся тем колодцем…

– Прекрасно, – похвалила меня Вэнь Юде, к моему раздражению. – Вижу, ты наконец-то понял важность осторожности.

– Оказывается, ты еще помнишь слово «осторожность», – усмехнувшись, язвительно парировал я.

– Ну и что, что она знает? Сейчас, предположительно, больше ста миллионов человек по всему Китаю интересуются этим проклятым колодцем. Мы находимся на месте, и, если не проявить хоть немного любопытства, это, наоборот, вызовет подозрения. Не забывай: когда мы пойдем к колодцу, нас может увидеть кто-то из местных, так какой тогда смысл теперь скрываться? – Она легонько хлопнула по моей трости и снова предложила: – Идем.

Так называемая боковая калитка представляла собой хлипкую железную решетчатую дверь, которая открывалась одним толчком; казалось, ее никогда не запирали. За дверью, как и описывала А-Сян, тянулась усыпанная гравием тропинка, уходящая на запад.

Близился полдень, солнце становилось все горячее, одежда прилипла к телу от пота. Вдоль тропинки не чувствовалось ни малейшей тени, лишь местами попадались один-два низких куста, что красноречиво свидетельствовало о скудности и запустении Лёссового плато. Исторически чрезмерная распашка земель привела к массовому уничтожению растительности, что вызвало серьезную проблему эрозии почв.

Никто не шел нам навстречу, никто не обгонял нас; казалось, сейчас на всей тропе были только мы двое. С других направлений доносились редкие шаги. Дойдя до одного из упомянутых А-Сян перекрестков, я услышал, как чьи-то шаги вдали внезапно смолкли – возможно, кто-то, увидев странных незнакомцев, остановился в удивлении.

– Запомни, – снисходительно прочитала мне нотацию Вэнь Юде, – полицейские и детективы легко вызывают в людях враждебность, а два любопытных обывателя – нет. На самом деле им самим тоже любопытно. Пока мы сохраняем в глазах деревенских образ безобидных людей, они с готовностью поделятся полезной информацией. Поживем – увидим.

Ее пространные рассуждения казались бесконечными, так что я был рад, когда мы наконец достигли конца тропинки. Это была небольшая площадка, с трех сторон окруженная горами примерно в пятнадцати минутах ходьбы от боковой калитки гостиницы.

Колодец возвышался в центре площадки, словно глубокая, дошедшая до кости рана на теле. Его устье было сложено из нескольких слоев кирпичей и не доходило мне даже до колен. Вокруг отсутствовали элементарные защитные ограждения, и невольно казалось чудом, что за столько лет здесь произошло лишь два несчастных случая. Я осторожно присел на корточки у края, высунул голову над отверстием и прислушался. Звука воды не было слышно, но чувствовался запах сырости.

Я снова направил трость вертикально в сторону устья колодца и включил ультразвуковой переключатель. От рукоятки пошла очень слабая вибрация, означавшая, что дно было недосягаемо глубоко. И это всё. Если я и надеялся найти следы, оставленные смертью, или доказательства существования двух людей, поглощенных бездной, то меня ждало разочарование. И в этот момент на меня вдруг повеяло прохладой. Я, конечно, не был настолько глуп, чтобы принять это за леденящий душу ветер из преисподней, поднимающийся из колодца. В десятке с лишним шагов от устья колодца росло высокое дерево софоры, с несомненно густой листвой. Его корни были напрямую связаны с подземными водами. Густая крона дерева закрывала палящее солнце, отбрасывая большую тень вокруг колодца. Но то, что я почувствовал, было не просто прохладой, а холодом. Это было совершенно невозможно.

Признаюсь, я с самого начала не верил, что Ван Сиди была той, кто причинил вред Сяо Гуану. Соглашаясь с распространенным в интернете мнением, я считал, что она не покончила с собой из-за чувства вины и ее падение в колодец, вероятно, было делом рук настоящего преступника: как и заявлял ее муж Ли Шунь, кто-то толкнул ее, когда она проходила мимо колодца.

Вопрос в том, зачем Ван Сиди пошла туда?

Колодец находился в конце тропинки, с трех сторон окруженный горами, – настоящий тупик. Неважно, откуда и куда следовал местный житель, ему не требовалось проходить мимо колодца: иными словами, у Ван Сиди не могло быть другой цели, кроме самого этого колодца. Она пришла не за водой. А-Сян говорила, что только смельчаки использовали воду из колодца, и Ван Сиди, очевидно, к ним не относилась. В показаниях Ли Шуня также упоминалось, что его жена была напугана с самого происшествия с Сяо Янь и, без сомнения, с тех пор могла лишь держаться от этого колодца как можно дальше. И все же факт оставался фактом: в конечном счете ее тело обнаружили именно в колодце.

Если человек подошел к колодцу не для того, чтобы набрать воды, то вывод будет…

Нет, определенно должно быть другое объяснение. Например, преступник сначала убил ее в каком-то другом месте, а затем выбросил тело в колодец. Или же просто каким-то образом оглушил ее, использовав свободное падение тела для смертельного удара.

Но для преступника