Последний вздох - Эмма Пиньятьелло

Джетт помешал остатки колы, наблюдая за поднимающимися в хрустальном бокале пузырьками.

– Это только предположение, – наконец сказал он. – Но мне кажется… не знаю. Что-то во всей этой истории не сходится.

– По-твоему, он все-таки покончил с собой? – спросила Макс.

Джетт отпил колы, удержавшись от того, чтобы допить второй бокал.

– Я это допускаю, Нелла – нет.

– Она сказала почему? – Грей взглянул на коробку «Магнумов», нахмурился и взял еще один.

Макс ухмыльнулась и пригубила виски.

Джетт почесал затылок.

– Говорит, что знала его и что он на такое не способен. Но мне кажется, она во всем видит участие Ла Маркас. Еще, по ее словам, на Кларксоне не было ремня, но его нашли с ремнем на шее. По ее мнению, это однозначно указывает на убийство.

– Предположим, она права, – сказала Макс, известная любительница теорий заговоров. – И как это произошло?

– Не знаю. Скиннер теперь в тюрьме, после того как появились доказательства, что он подставил Либби Джонстон. И это благодаря тебе.

Макс вздохнула.

– Сейчас это уже не имеет никакого значения – ее больше нет. Но да, Скиннера убрали, так что личного киллера у Ла Маркас больше нет. Вполне возможно, чтобы избавиться от Кларксона, они наняли человека со стороны.

– Но зачем убивать его в офисе Неллы? – вмешался Джетт. – Почему не подождать, пока он пойдет к машине или окажется в переулке?

– Думаешь, это было посланием Барбарани? – с сомнением спросил Грей.

– Выбор места – офис Неллы – указывает на то, что это дело личное, разве нет? – Джетт постарался сохранить нейтральное выражение лица. – То есть если это не самоубийство.

– Возможно, – нахмурившись, пробормотал Грей. – Иен разминулся с убийцей на считаные минуты, и, судя по словам Неллы, похоже, что убийца, если он был, мог все еще находиться в офисе, когда Иен вернулся за спортивной сумкой. Как-то это неряшливо… слишком рискованно для профессионального киллера.

– Это мог быть Форест, – тихо сказала Макс. Грей бросил на нее такой выразительный взгляд, что Джетту захотелось отвернуться. – А что? Мы знаем, он не брезгует запачкать руки.

– Я думал, это всего лишь гипотеза? – Джетт вспомнил самодовольную ухмылку Фореста. Мог ли так вести себя убийца сразу после того, как продал еще кусочек своей души? И зачем Ла Маркас светиться с Форестом, если он только что убил Кларксона? Маттео кто угодно, но не дурак.

– Мы знаем, что Форест хочет уничтожить Барбарани, – сказал Грей. – Все сходится.

Отлично, подумал Джетт. Похоже, все уже сели на поезд по маршруту «это убийство». Неужели он единственный на этой чертовой Земле, кто понимает, что они не на съемках «Чисто английских убийств»?

– Если это убийство, – ему было противно слышать самого себя, – то исполнение определенно подкачало. – Джетт потер виски, чувствуя, как на коже прорезаются морщины. Может быть, если его физиономия не совсем безнадежный случай, поддаться на уговоры Неллы и пройти процедуру профилактического ботокса – пусть посмеется. Хотя он давно не видел, чтобы Нелла смеялась. – Отдает любительщиной. Да и вообще напоминает спонтанное убийство. Как будто кто-то запаниковал и попытался замаскировать убийство под самоубийство. Если, повторяю, это и в самом деле не самоубийство.

Фу. Неужели он только что процитировал одного из персонажей «Чисто английских убийств»? Судя по выражению лиц Макс и Грея, они тоже не пришли к какому-то одному мнению.

Некоторое время царило молчание, прерываемое только хрустом миндального шоколада и звоном хрусталя на мраморной столешнице.

– Как она это восприняла? – наконец спросил Грей, глядя в сторону особняка, где сейчас спала Нелла. Макс нахмурилась, но Джетт знал: они уже отошли от темы смерти Кларксона.

Что и было ему нужно. Каждый раз, вспоминая улыбчивого, слегка неуклюжего адвоката, он чувствовал себя так, словно оказался под водой и лишился возможности дышать.

– Разозлилась – что все знают, а она нет. Плохо еще и то, что она услышала это от Виттории.

– Ты должен был сам ей сказать, – упрекнула его Макс.

– Почему мне все это говорят? Неллы не было дома полгода. Ей наплевать, здесь я или нет.

– Ты сам-то в это веришь?

Джетт схватил почти пустую банку колы и вылил остатки на тающий лед.

– Как думаете, сможем мы выжать что-то из Рафаэля? – спросил он. Чувства Неллы – не его забота. – Не обещаю, что он случайно не отдаст концы во время допроса.

Переключение на другую тему не осталось незамеченным, но по крайней мере они не видели, как у него сводит живот при каждом взгляде на особняк. Что-то тянуло его к Нелле.

Это не твое. Ты всего лишь шофер.

– Ты же вроде бы сказал, что Ла Маркас не имеют к этому отношения, – наблюдая за ним, сказал Грей.

Пузырьки колы шипели в голове.

– Я этого не говорил. Они по-прежнему наши главные подозреваемые, даже если Эйвери думает иначе. Кроме того, мы могли бы вытянуть из Рафаэля что-то насчет иска, учитывая, что он нам должен.

Макс смяла обертку от «Магнума», сжав ее, как антистрессовый мячик.

– К сожалению, Рафаэль считает, что это мы ему обязаны.

– Мы спасли Ариану Ла Маркас, – напомнил Грей. – В интересах Рафаэля и Ла Маркас помнить об этом. Драгоценная дочь Маттео не выжила бы, если бы не Макс.

Джетт не стал добавлять, что Ариана не оказалась бы в ситуации, где ее пришлось спасать, если бы Лука не потащил девушку через потайной тоннель вместе с остальными, не догадываясь, какая опасность поджидает в конце.

Рафаэль Сабатино был для Ла Маркас тем же, кем Грей был для Барбарани – их фиксером, хранителем секретов. Он также не скрывал симпатии к Макс, из-за чего, скорее всего, его до сих пор терпеть не мог Грей. К тому же Рафаэль участвовал в заговоре с целью убийства Неллы, Луки, Тома, Грея и Джетта полгода назад. Однако, когда наступил решающий момент, Рафаэль спас Барбарани, так что, зная Грейсона, причина его неприязни крылась скорее в первом.

– Как нам связаться с Рафаэлем, чтобы Маттео об этом не узнал? – спросил Джетт. – Нелла сказала, что судебный запрет не позволяет нам появляться на их территории.

Грей вздохнул, понимая, что Джетта не переубедить.

– Этот лицемер каждое воскресенье ходит на утреннюю службу в прибрежную церковь. В восемь.

Джетт посмотрел на часы; цифры расплывались, но впереди точно был ноль – уже за полночь.

– Тогда лучше лечь пораньше. – Он двинулся к двери, но в последний момент обернулся. – Вы только дайте Нелле поспать, ладно? Не говорите ей.

Макс и Грей многозначительно переглянулись, причем сделали это намеренно демонстративно.

– Старик, Нелла не спит. – Грей грустно усмехнулся уголком рта. – И она убьет тебя, если