Между пулей и любовью - Владимир Григорьевич Колычев

ума. Пустырь — это самое важное, что есть в его жизни. Еще совсем недавно он так и думал. А сейчас он готов отказаться от всего, лишь бы Ульяна осталась с ним.

— Это сильно! — она потрясенно смотрела на него.

— Зачем тебе мужчина, которому ты не нужна?

— Если не нужна, пошел он к черту!.. Ты правда готов отказаться от земли ради меня?

— А сама как думаешь?

— Можешь! — кивнула она.

Ее распирало от восторга, но при этом что-то внутри нее снова плотно сжалось.

— Но ты не должен его об этом просить, — сказала девушка, взяв Рэма за руку.

— Почему?

— Как будет, так будет… Если будет, как ты сказал, останусь с тобой! — сказала Ульяна и засмущалась. Даже щечки покраснели. — Все, давай! Иди!.. Я хочу принять душ. И лечь спать. Без тебя!

И Рэм действительно ушел. А ведь мог настоять на своем и взять Ульяну без всяких условий. И она бы отказывала ему только на словах, но не на деле.

Глава 7

Выяснения, согласования, договор, нотариус, регистрационная палата. Везде Викентия ждали, везде без проволочек. И суток не прошло, а документы все на руках. В пользу какого-то проходимца, о котором совсем недавно и знать никто не знал. А тут сам Отар позвонил, спросил, как у него дела с Рэмом Каменевым. Круто, говорят, этот деятель себя поставил, из жесткой драки с кавказцами победителем вышел. Но это говорят, а то, что Камень со своими головорезами смог тайком пробраться в дом к Викентию и как снег на голову свалился охране, никто ничего и поделать не смог. Всех избили, всех связали, но самое страшное, что все это могло повториться.

Но дело даже не в этом бандите, а в Ульяне. Это ведь из-за нее Викентий гнал как на пожар, с ног сбился, но вечером уже подъезжал к рынку, где ждал его Камень.

— Быстро ты!

Рэм взял папку, даже не глянув, что там внутри. Но это его проблемы.

— Где Ульяна?

— Себе оставляю. — Камень с издевкой смотрел на Викентия.

— Как это себе?

— Да не нужна тебе Ульяна. Если ты ее так просто мне отдал.

— Я отдал?!

— Отдал, отдал!..

— Нужна мне Ульяна! И если ты меня кинул… — Викентий запнулся, столкнувшись с тяжелым взглядом бандита, и тот не мог не заметить его слабость.

— Что — если? — едко усмехнулся он.

— Ты же видишь, я загладил свою вину. Рынок твой, делай что хочешь.

— Это хорошо.

— И, если что, обращайся. Ну, с деньгами там, или проект какой…

Викентий и пытался говорить четко, но голос дрожал от волнения, да и слова не выскакивали, а рождались в муках. И все из-за Ульяны, не мог он ее потерять.

— Мне от тебя только Ульяна нужна, — Рэм беспощадно смотрел на него. — Но тебе повезло, чувак, что у нее принципы. И она не может изменить даже такому козлу, как ты.

— Где она?

— Домой отвезли. К тебе. Или ты думал, что я буду обменивать ее? На всякую муть? — презрительно скривился Рэм, хлопнув по папке, которую так и не открыл.

— Это не муть!

— Но и Ульяна не товар. Узнаю, что ты ее обидел, будешь иметь дело со мной.

— Ну, ее-то я обижать не стану, — задумался Викентий.

— Ее нельзя, меня можно? Не советую. Ничего у тебя не выйдет. Хорошо, если только Ульяну потеряешь, а если еще и жизнь?

Рэм повернулся к Викентию спиной и пошел, оставив его наедине со своими сомнениями. Вдруг бандит наврал и Ульяна у него. Может, сидит она где-нибудь под замком, бедная, зайдет к ней сейчас ублюдок, уложит на спину…

Но Ульяна действительно находилась дома. И принимала душ, когда Викентий смог наконец добраться до места. Он ворвался к ней в ванную.

— Отмываешься от этого подонка? — заорал он.

— Не кричи на меня! — Ульяна продолжала намыливаться, хоть бы сжалась от испуга для приличия. — Не за что.

— Не за что?! Сама же к нему захотела! И как, понравилось?

— Не пробовала. Может, зря?

— Не пробовала?

— Я бы осталась с ним. Если бы попробовала.

— А не пробовала?

— Мне с тобой не нравится. Но ты мой выбор.

— Не нравится?

— Выйди, пожалуйста!

— Да нет, это ты выйди! Вали к этому своему бандиту!

— Ну, если ты меня отпускаешь…

Ульяна сполоснулась, вытерлась, вышла из ванны и встала перед зеркалом. А ведь она собиралась уходить, Викентий понял это по ее боевому настрою. И так стало тоскливо на душе, что глаза заслезились. А еще захотелось заорать на Ульяну, ударить, но теперь у нее был покровитель. Рэм не шутил, он действительно может наказать за нее. И забрать. Безвозвратно.

— Никуда ты не уйдешь! — Викентий топнул ногой, хотя и не собирался этого делать.

— Уйду. Если хоть раз повысишь на меня голос! — пригрозила Ульяна.

— Ну да, теперь у тебя есть покровитель!

— Тебя это заводит? — язвительно спросила девушка. — Если да, то извини, даже рассказать нечего. Может, в следующий раз?

— Когда в следующий раз?

— Ну а когда ты снова Каменева этого закажешь? А он тебя потом спросит, охотник ты или тебе нравится… когда тебя имеют.

— Думаешь, это смешно?

— Артамон облажался. А Пахом не совсем. Знаешь, почему Каменев живой? Потому что друг Рэма его своим телом закрыл. Потому что друзья его умереть за него готовы… Не связывайся ты с ним, ни к чему хорошему это не приведет.

Викентий кивнул, соглашаясь не угрожать Каменеву расправой. Перед Ульяной. Вдруг она уже продалась бандитам, а домой вернулась как засланный казачок. Но с Камнем нужно что-то решать. «Пятнашка» обретает популярность, обороты растут, но эти деньги теперь проходят мимо кассы. Викентий даже ручную свою бригаду потерял, Лапоть с потрохами продался Каменеву, но это сущий пустяк по сравнению с упущенной финансовой выгодой.

— Ты хоть знаешь, на какие бабки я сегодня попал? — спросил Викентий, приближаясь к Ульяне.

Она кивнула, соглашаясь, но к нему не повернулась, так и осталась стоять перед зеркалом, ресницы красить перестала, чтобы не ткнуть кисточкой себе в глаз.

— И все это из-за тебя!

Она ничего не сказала, но промолчала и тогда, когда он, обняв ее сзади, развязал пояс на халате. И не пикнула, когда осталась без ничего. И на спину легла по первому требованию… Что бы там ни думал какой-то бандит, но Ульяна принадлежала и будет принадлежать только Викентию, настоящему хозяину жизни.

Часть третья

Глава 1

Полтора десятка автоматов, почти полсотни