Коллекционеры душ - Мария Борисова

становилась чуть менее мрачной. Свет горел на первом этаже нужного нам здания, а вот на втором, где библиотека, было темно. Отлично! Я решительно шагнула к водосточной трубе. Тонковата, ну да и я не из тяжёлых.

— Давай подсажу, — шепнул Дольн, подходя ближе.

Я отчего-то смутилась.

— Лучше по сторонам внимательней смотри.

Крепления были сделаны удобнейшим образом, словно бы специально для воров. К тому же они даже не успели как следует проржаветь — квартал был относительно новый.

Я без проблем вскарабкалась наверх. Удивительно, но стоило мне очутиться на карнизе, как меня охватил азарт. Смутное ощущение, будто я делаю что-то неправильное, исчезло. Мне безумно хотелось обхитрить вредного старикашку! Знание, что мой визит останется незамеченным, даже слегка омрачало привкус игры.

Ничего. Главное — книжка.

Одной рукой я придерживалась за скат крыши, другой толкнула створку окна. Дольн говорил, что учитель редко запирает окна второго этажа летом, и мы надеялись, что в этот раз нам повезёт.

Повезло. Словно сам святой Трабастан сопутствовал нашей проказе!

Что ж, дело за малым…

Почти бесшумно спрыгнув на пол, я затаила дыхание, прислушиваясь. Ничего. Только какая-то дворняга в соседнем квартале решила поздороваться с недавно проступившей на темнеющем небосклоне толстой луной.

Я достала солнечный камень. Вид полок, утыкающихся в потолок, заставил меня ахнуть, позабыв о конспирации. Пятнышко света медленно проползло по стене, утыканной корешками. Сколько книг! Наверняка и мои любимые есть: о путешествиях, о приключениях у дальних берегов…

Нет, я сюда не воровать пришла. Я пришла взять всего одну книгу — ту, которая хозяину библиотеки не принадлежит.

Искомое, к счастью, обнаружилось быстро. «Путешествие к горе Арахум, обычаи и традиции народов предгорья, горцев и горных духов. История, записанная со слов Дальвинила из Дома Пера, великого путешественника и Друга Королевской Семьи».

Я тихонько фыркнула. Элихана мне объясняла, что звание Друга Королевской Семьи давалось исключительно для того, чтобы потешить чьё-то самолюбие. Со времён Эклофа Первого, который стал включать в Королевскую Семью своих самых ближайших сторонников и всех их родственников, это сословие разрослось так, что королевская казна начала трещать по швам. Лет семьдесят назад было решено выделять деньги не каждому «члену семьи», а каждому дому, в котором эти члены проживают, а прочих подданных за особые заслуги Дому Короля награждать единовременной выплатой (довольно символической) и званием Друга Королевской Семьи. То есть ты вроде как по-прежнему остаёшься никем, но карманы на какое-то время тяжелеют, а сердце греет чувство собственной значимости. Юридически это звание не имеет никакой силы, даже столик в переполненном трактире ты не получишь. Но в целом, наверное, приятно.

Ладно, не будем отвлекаться!

Сунув тонкую книжицу за пазуху, я залезла на подоконник и уже начала перебираться на карниз… как из комнаты явственно донёсся резкий и короткий скрип дверных петель.

От неожиданности я дёрнулась. Рука соскользнула с подоконника, и я, ощутив, что вот-вот потеряю равновесие, резко ушла вниз, одновременно отклонившись вбок. В таких ситуациях главное — не растеряться, не запаниковать. Если знаешь, где схватиться, и не будешь мешкать, то всё получится.

Мои пальцы уцепились за край карниза, на котором я только что стояла, а тело качнулось, как маятник. Я напряглась и схватилась крепче, чтобы не сорваться, когда меня повлечёт дальше. С физикой я подружиться так и не смогла, но некоторые пробелы в образовании иногда компенсируются опытом.

Получилось. Только ноги, чтоб их, всё-таки качнулись слишком далеко вправо, отметив мой удавшийся кульбит победным ударом по водосточной трубе.

«Бамм!» — прокатилось по тихой улице.

Ой, нехорошо. Вполне возможно, у меня меньше секунды — до того момента, как привлечённый «бамом» хозяин дома подойдёт к окну.

— Шира!!

Кричать шёпотом — навык весьма полезный. Дольн им, как оказалось, владел превосходно.

Я оглянулась через плечо, прошипела:

— Чеши отсюда!

Нет, стоит, олух. В свете фонаря он в своём костюме выглядит как кусок сливочного масла посреди тёмно-синей сковороды. Ох, сейчас кто-то включит огонёк!

Ну что ж, проблемы Дольна. Слушать надо умных людей потому что, и делать, что говорят.

Я прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Досадливо поморщилась на стукнувшую по стене створку окна: лишний шум. А когда весь мир замер, быстро-быстро перебрала руками по краешку карниза — и на трубу. Спустилась пониже всего на одно крепление, оттуда прыгать уже было невысоко.

Когда время снова двинулось привычным ходом, я находилась в конце улицы. Вопль: «Эй, кто здесь?!» догнал меня уже на повороте.

Я пробежала ещё немного и развернулась, поджидая Дольна.

Тот появился спустя минуту и припустил по улице так, словно за ним зубастое чудище какое гналось. Я чуть не расхохоталась. Дурень! Прогуливался бы спокойно, на него никто бы и не подумал. Зря, что ли, костюм надевал… Впрочем, ладно. Старикашка городового, может, и позовёт, да мы уже далеко будем. Пускай потом объясняет про «человека в светлом, шлявшегося под окном».

Тем не менее, лучше бы поторопиться. На всякий случай.

Я махнула рукой и рванула к дому, перейдя на шаг только на границе квартала.

* * *

— Кого-то потеряли, диу Дольн?

Он резко развернулся, задрал голову.

— Ты!!

Я рассмеялась.

— Хорошая вечерняя пробежка, не правда ли? — Я счастливо вздохнула, откинувшись назад, на ствол, и сунула руку за пазуху. Сидеть на уцелевшей ветке опалённого дерева оказалось довольно удобно, хоть она и не была достаточно широкой. — Да расслабься, ничего нам не будет. Заберёшь свою книжечку?

На Прискорбной с фонарями было не очень, но лицо коллеги я видела хорошо. Было оно перекошено от ярости, а глаза сверкали не хуже тех же фонарей.

— Книжечку… — повторил Дольн, и вкрадчивость, появившаяся в его голосе, отчего-то очень мне не понравилась. — Книжечку-то, может, и заберу, но не сейчас. Пусть у тебя подольше побудет, тебя позапоминает, чтобы, если Сатару когда-нибудь в руки попадётся, он сразу понял, что к чему. Потому что книжечка-то вовсе не моя.

— То есть?

— То есть это не мой учитель. Это человек, с которым когда-то работал мой отец, и к которому однажды взял меня с собой на переговоры. И пока эти двое обсуждали сделку, я, от нечего делать, изучал содержимое его библиотеки. И как увидел «Путешествие к горе Арахум» с несокращённым названием, у меня аж руки дрогнули, потому что незадолго до этого мне знакомый букинист рассказывал, какое это редкое издание. Сохранилось всего несколько десятков экземпляров. Некоторые их под стеклом хранят, а этот осёл на полке с прочими книгами держит. Небось и понятия не имел о её ценности. Три года я прикидывал, под