Одиннадцатый палец - Цинь Мин

Следователь сделал глоток воды:

– Достаточно. Соседи начальника Тао, его коллеги, несколько врачей… Главный вопрос: кто из них с наибольшей вероятностью мог воспользоваться диагнозом Тао Цзы, чтобы навредить ей?

– Верно, верно, – я энергично закивал.

– Когда мы спросили его об этом, он начал отнекиваться, – сказал следователь. – Все время твердил: «Я делал все только ради исцеления Тао Цзы»… – Он покачал головой: – Потом как-то нехорошо побледнел, и я подумал, что больше не стоит его мучить.

– Раз он стал увиливать от ответа, – сказал я, – то явно что-то натворил.

– Он глава налогового управления, – напомнил мне Линь Тао. – Может, хотел скрыть какие-то денежные махинации, коррупцию?

– Мы тоже предполагали нечто подобное, – сказал следователь. – Что-то незаконное, да еще должное помочь исцелить ребенка… Наверняка что-то связанное с деньгами. На ум приходит только взяточничество.

– Позвольте высказать мне смелое предположение, – начал я, глядя в потолок. – Кто-то мог дать на лапу начальнику Тао, он взял деньги, но не помог, и тогда даритель, сильно разозлившись, в отместку решил извести Тао Цзы. Есть логика?

– М-м… есть, – ответил Дабао.

– Ко всему этому нужно добавить, – вставил свое слово Линь Тао, – что тот человек был очень хорошо знаком с начальником Тао и знал, что его ребенок болен.

– Верно, – согласился я. – Именно потому, что они хорошо знали друг друга, когда взятка ни на что не повлияла, человек разозлился настолько, что стал способен на убийство. Кроме того, если этот человек решил обидеть ребенка, да еще и таким коварным способом, то это точно злой и жестокий тип.

– У нас есть и другие улики, – перебил меня Линь Тао. – У подозреваемого есть автомобиль, ростом он метр семьдесят пять, тощий, хорошо ориентируется в Райончике запутанных улочек и отлично знает, где установлены камеры видеонаблюдения.

– А еще он купил парик, – добавил я.

Следователь усмехнулся:

– Столько зацепок, а мы все еще не в состоянии раскрыть преступление… Какие же мы лошары!

* * *

Возможно, из-за того, что в обед я очень хорошо выспался, ночью так и не смог уснуть.

Я вспомнил, как в студенческие годы преподаватель по судебной экспертизе учил нас, как правильно пользоваться десятью пальцами руки во время аутопсии: какими пальцами держать нож, какими зажим, какими необходимо обследовать сердце, а какими держать нитку и накладывать швы. Он говорил: «Во время вскрытия мы, судебные медики, используем не абы какой палец; а одиннадцатый у нас – скальпель».

Тогда учитель провел аналогию между скальпелем и пальцами руки. Но сейчас именно дело об одиннадцатом пальце сводило меня с ума. Неужели убийца сам подбросил нам этот палец, чтобы дать подсказку? Как же он насмехается над нами! Я должен поймать его, схватить… Я мог думать только о том выпотрошенном животе, расчлененном трупе и почерневшем изогнутом пальце.

В раздумьях я не заметил восхода солнца.

* * *

– Судя по всему, людей, знавших о болезни Тао Цзы, было всего сто сорок два человека. – Следователь держал в руке блокнот со списком людей. – Прошлая ночка была тем еще испытанием… Мы опросили эту сотню с лишним и выявили четырех, у которых были возможность и мотив убийства. Что касается париков, мы пока не можем выяснить, кто из них приобретал нечто подобное. Двое из четырех человек в момент совершения преступления были в отъезде, а по еще двоим удалось узнать вот что…

Он прочистил горло и начал:

– Чжэн Сяофэн, сорок лет, бывший однокашник начальника Тао, работает врачом в государственной больнице. Именно он помог найти кардиолога, который подтвердил диагноз Тао Цзы. Рост Чжэн Сяофэня составляет метр семьдесят пять, вес – шестьдесят два килограмма. Он живет неподалеку от Райончика запутанных улочек, в новом жилом комплексе. Единственное что, характер у него неподходящий – он очень открытый жизнерадостный человек, любит посмеяться…

Я слегка кивнул.

– Хэ Хун, сорок лет, бывший сосед начальника Тао, с которым они когда-то дружили. Рост сто семьдесят восемь, вес пятьдесят восемь. По характеру он больше интроверт. У него своя гостиница.

– Вот ключевая информация, – перебил я следователя. – Человек, который, вероятно, мог попробовать воспользоваться властью начальника Тао, – тот, кого следует подозревать в первую очередь! Он идеально нам подходит, а лишние три сантиметра – небольшая погрешность в рамках следственного эксперимента.

– Есть несостыковка, – возразил следователь. – Хэ Хун живет в западной части города, далековато от Райончика запутанных улочек. Живя в основном на западе, вряд ли будешь хорошо осведомлен обо всех потайных уголках данного района.

– Знание места преступления – важное условие, – сказал начальник Цян.

Дверь открылась, и вошел Дабао, в руках которого было распечатанное изображение:

– Это Хэ Хун?

Дабао уже какое-то время изучал теорию криминалистической фотографии и видеозаписи, поэтому я отправил его в отдел фото- и видеосъемки просмотреть записи с камер наружного наблюдения. Нам нужно было найти человека, который не являлся жителем Райончика запутанных улочек, но постоянно мелькал там. Вероятнее всего, он и должен был быть убийцей. Метод подготовки преступления, когда злоумышленник заранее изучает местность, называется разведкой. Я прекрасно понимал, что для хорошей ориентации в запутанных улочках необязательно жить здесь – достаточно выйти на разведку.

На фотографии действительно был Хэ Хун.

– Он попал на камеру всего один раз, – сообщил Дабао. – Держал в руках какую-то коробку, но облысевший коллега сразу же узнал известный бренд париков, который в качестве упаковки использовал точно такие же коробки.

– Теперь можно арестовать его? – слегка улыбаясь, спросил я начальника Цяня, лицо которого выражало только изумление.

* * *

Хэ Хун и начальник Тао выросли вместе, а теперь вот уже больше тридцати лет являлись добрыми соседями. Небольшая гостиница, которой управлял Хэ Хун, держалась на плаву лишь на сэкономленные деньги от неуплаты налогов, а начальник Тао – весьма кстати – дослужился до должности главы налогового управления.

Хэ Хун втайне торжествовал: благодаря его связям в сочетании с щедрыми подарками, которые он уже давно привык заносить в это учреждение, его гостиница может не только продолжать выживать, но еще и значительно подняться. Он никак не мог подумать, что его друг детства, вопреки всем ожиданиям, не только соберет доказательства против него о неуплате налогов, но и будет шантажом вытягивать из него крупные суммы денег. Раньше старина Тао был не таким человеком – за двадцать лет службы в налоговой он проявил себя как надежный сотрудник. Почему же, заняв высокое положение, он замахнулся на своего лучшего друга? Хэ Хун не мог понять этого. «Единственная причина –