Одиннадцатый палец - Цинь Мин

все еще влажная. Когда место преступления оказывается в таком состоянии, вся надежда на первичный осмотр тела судмедэкспертом, который, если повезет, сможет задать криминалистам ориентир для поиска улик.

Я отправил Дабао по платформам к забившемуся в угол трупу девушки в ванне, а сам начал осматривать тело у входа.

– Кто перевернул труп? – с ноткой недовольства спросил я.

– Никто. – Полицейского из оцепления задел мой вопрос. – Когда мы приехали, она лежала здесь. Да вон у нее и рана на затылке, так и упала.

В затылочную область было нанесено несколько рваных ран[22] с неровными краями и выделяющимися межтканевыми мостиками. Через разорванные верхние ткани белел череп, в плохом смысле слова привлекала внимание грязно-желтая подкожно-жировая клетчатка у разрыва. Крови рядом с раной не было.

– Мне сказали, что тело погрузилось в воду на две трети. Если она лежит на животе, то как вышло, что рана на затылке промыта? Даже на волосах нет видимых кусочков запекшейся крови, – возмутился я. – Трупные пятна на спине находятся в стадии диффузии; такое возможно, только если труп в течение суток пролежал на ней.

– Точно-точно, эта стадия наступает, когда труп лежит больше двадцати четырех часов на одном месте… – Голос Дабао эхом доносил из дальнего угла душевой.

– Но… но, правда, сюда никто посторонний не заходил, – ответил полицейский. – Я все время стоял тут, даже в туалет не отлучался.

– Не нужно так переживать. – Я улыбнулся. – Я же не говорил, что это именно вы не уследили. Погибшие умерли вечером двадцать седьмого числа; кто-то мог прийти вечером двадцать восьмого числа перед тем, как вы приехали, и передвинуть тело.

Полицейский молча хлопал глазами.

Из угла снова донесся голос Дабао:

– Эй, а может, это Лю Цзе убил их позавчера вечером, а рано утром, когда вернулся на работу, зачем-то перевернул тело, после чего вызвал полицию?

– Может быть. Случаев, когда преступники таким образом пытаются отвести от себя подозрение, много, – тут же подключился к разговору сотрудник полиции.

– Но зачем ему это? – задумался я. – Он же, наоборот, только привлек к себе внимание.

– Не то слово, – отозвался Линь Тао, который все это время молча чистил щеточками входную дверь. – Похоже, Дабао близок к истине.

– А? – Немного взволнованный я вскочил, чтобы подойти к Линь Тао, но от резкого движения моя голова закружилась. Я, покачиваясь, кое-как удержал равновесие на сдвижной платформе.

– Именно так. – Линь Тао еле сдерживал смех, глядя на мою несуразную позу. – Снаружи двери установлен замок с сектором; ручка и щеколда внутри, к сожалению, заржавели. Коррозия не сохраняет папиллярные узоры.

– Не там ищешь, – возразил я, вышагивая по платформе к Линь Тао. – Если убийца хотел прикрыть дверь снаружи, ему нужно было держаться за ее боковую поверхность, ведь снаружи ручки нет.

– Поэтому-то я и уделил больше всего внимания боковой поверхности, – кивнул Линь Тао. – Но эта дверь тоже не в лучшем состоянии. Впрочем, я нашел кое-какие фрагменты отпечатков пальцев.

Я прищурился. Меня заинтересовал шпингалет.

Линь Тао обратился к эксперту по технико-криминалистической экспертизе, который стоял позади него:

– Отпечатки Лю Цзе уже сняли?

Технический эксперт, кивнув, достал из нагрудной сумки дактокарточку. При расследовании убийств у каждого попавшегося человека собирают отпечатки пальцев. Эта необходимость уже прочно отпечаталась в сознании техника.

Линь Тао сравнил увеличенную фотографию отпечатков, которые ему удалось найти, с карточкой.

– Отпечатки пальцев – это хорошо, – с завистью произнес я. – Не то что ДНК: чтобы сравнить их, нужна пара с лишним часов, а на пальчики хватит и пары минут.

– Его, – словно не услышав меня, заявил Линь Тао.

Все вздрогнули.

– Сукин сын! – вскричал главный следователь. – Я знал, что ему нельзя доверять, но все-таки он нас обдурил… Ведь чуть ли не клялся нам, что не трогал эту дверь. Если не прикасался к двери, то откуда на ней его отпечатки?

– Теперь у нас есть неопровержимые доказательства, – сказал я. – На двери его отпечатки пальцев, у него была возможность перевернуть тело, но он все отрицает. Для начала вам нужно его допросить. Самое главное, узнайте, зачем он убил девчонок и почему перевернул тело сегодня утром.

Главный следователь кивнул и твердым шагом удалился.

– Бывает, что дело об убийстве можно раскрыть благодаря лишь одному отпечатку пальца… Кстати, как думаешь, может, нам стоит вместе с Дабао пойти на похороны? – предложил я Линь Тао.

Тот молча кивнул.

– Да не надо, зачем? – сказал Дабао. – Не важно, раскрыто дело или нет, еще нужно осмотреть трупы. Это обязательно.

– Знаю, не учи ученого, – усмехнулся я. – Сейчас тела доставят в морг, где они будут очень медленно подсыхать. Нужно всего-то успеть осмотреть их, пока не испарится вся вода, чтобы не потерять важные зацепки.

– Да-да, – подтвердил Линь Тао, – тела нужно изучить как положено. У меня какое-то чувство, будто собранные улики недостаточно убедительны.

– Не переживай. Ты справился со своей задачей на все сто, остальное за нами, судмедэкспертами. – Я с полной уверенностью в себе похлопал Линь Тао по плечу.

– Эй-эй! – Он увернулся от моей руки. – Не трогай меня в перчатках. Знаешь, сколько стоит эта рубашка?

* * *

Мы с Дабао помогли работникам морга бережно уложить скользкие тела в мешки для трупов и загрузить в машину. Затем втроем сели в служебную машину и поехали следом. Нам было по пути – бабушка Дабао ожидала своих проводов в последний путь в том же месте.

Северный регион богат обычаями. Как самый старший внук семьи, Дабао получил знатный нагоняй от престарелой матери за то, что опоздал. С лицом обиженного ребенка он подвязался белой льняной тканью. После его прибытия церемония тут же началась. Уже больше часа длились жертвоприношения, плач и земные поклоны с взрыванием петард[23]. Вот ведущий бросил в толпу скорбящих фрукты для жертвоприношения, те стали яростно отбирать друг у друга плоды и целиком пихать себе в рот.

– Есть поверие, что поедание подносимых фруктов на похоронах старика, прожившего долгие годы, продлевает жизнь, – прошептал Дабао.

Я помотал головой:

– Как-то неправильно забирать у души покойного дары и съедать самому.

– Ты не понимаешь, у нас такой обычай… Позже мы еще должны будем обмести урну с прахом ивовыми ветками, после чего можно хоронить.

Так прошел еще час с лишним.

После похорон мы вернулись к следственной группе и стали ждать результатов допроса.

– Простите, что втянул вас, – лицо Дабао выглядело виноватым. – Здесь, в Цинсяне, – место пересечения четырех провинций. У каждой есть свои обычаи, а у нас все они слились воедино. Изначально традиции никак не пересекались, но с течением времени мы