Убийства на радио - Марина Серова

Мирославы, прослушала несколько долгих гудков и сбросила — либо не слышит, либо занята. После чего я поехала на радиостанцию. Главной целью моей поездки было найти подходящих девушек для проведения опознания. Однако мне также было необходимо и опросить сотрудников. Ведь среди коллег Мирославы Лаврентьевой мог быть еще кто-то, причастный к преступлениям.

По пути я решила заехать к бывшей домработнице Иллариона Максимова. Как знать, ведь она могла по какой-то причине быть заинтересованной в смерти своего работодателя. Адрес ее проживания я выписала, когда знакомилась с материалами уголовного дела.

Домработница Иллариона Максимова — Анастасия Павловна Мирошниченко — проживала в старом пятиэтажном доме. Я позвонила в дверной звонок, и вскоре дверь мне открыла невысокая худощавая женщина лет пятидесяти пяти в домашнем халате.

— Здравствуйте, мне необходимо увидеть Анастасию Павловну Мирошниченко, — сказала я.

— Это я, — ответила женщина.

— Меня зовут Татьяна Александровна Иванова, я частный детектив и расследую гибель Иллариона Викторовича Максимова, вашего бывшего работодателя. Мне необходимо задать вам несколько вопросов, — сказала я.

— Ну проходите, — пригласила Мирошниченко.

В небольшой комнате, обставленной мебелью еще советского производства, было чисто и уютно. Я села на предложенный мне диван-раскладушку, а Анастасия Павловна расположилась в кресле напротив.

— Анастасия Павловна, расскажите, пожалуйста, об Илларионе Викторовиче, — попросила я.

— Да что о нем рассказывать? — Мирошниченко положила натруженные руки на колени. — О покойниках принято говорить или что-то хорошее, или вообще ничего не говорить. Так вот, я не могу сказать о нем ничего хорошего, вы уж извините, — сказала женщина.

— Расскажите все как есть, Анастасия Павловна, это очень важно для расследования, — подчеркнула я.

— Ну что же… ладно. Илларион Викторович, царство ему небесное, часто устраивал скандалы по мелочам, всячески придирался к моей работе и мог в любой момент разразиться гневом буквально по пустяку. Это если говорить коротко, — сказала Анастасия Павловна.

— А если с подробностями?

— Однажды он устроил скандал из-за того, что я не так положила его рубашку. Он кричал на меня и махал руками так, как будто я сломала что-то ценное. А потом, когда я пыталась объяснить ему, что не знала, как еще ему угодить, он сказал, что я «недоумок» и «старая бесполезная бабка». А еще он однажды в присутствии одного своего знакомого обсуждал людей, которых я знала. Вы бы слышали, какими словами он их обзывал! Я думала, что больше не выдержу работу у такого бесцеремонного, невоспитанного, вредного и склочного человека. Но он пообещал повысить зарплату, и я осталась. Да и, к слову сказать, условия работы были неплохие, только начальник был плохой. К счастью, он весь день был на работе, приходил только вечером. Да и по квартире работы было не особенно много. Я только стирала, гладила его рубашки и занималась уборкой в квартире. Готовить мне не приходилось, потому что он питался в основном в ресторанах.

— Скажите, Анастасия Павловна, а были ли у Иллариона Викторовича враги? Может быть, кто-то хотел ему навредить? — задала я следующий вопрос.

— Насколько я знаю, у него были ссоры с соседями. Я слышала, как они кричали друг на друга. Но насчет того, чтобы навредить… нет, не думаю. Ссоры-то происходили опять же по причине его несносного характера. Ну вот любил человек ко всем цепляться, — сказала женщина.

— Анастасия Павловна, а как вы узнали о его отравлении? — спросила я.

— Так он еще вечером, когда я была в квартире, почувствовал себя плохо. Я тогда предложила вызвать скорую помощь. Но он ни в какую. Сказал, что у него богатырское здоровье и все пройдет само собой. Он еще начал звонить в ресторан, где ужинал, и ругать всех подряд за то, что ему приготовили такую недоброкачественную еду. А когда я на следующее утро пришла к нему в квартиру, ну на работу то есть, то увидела, что он лежит на полу и телефон в руках держит. Наверное, пытался вызвать скорую помощь, но, видно, сил уже не было.

— Илларион Викторович ведь жил один, да? — спросила я.

— Да, один. Семьи у него не было, — кивнула Мирошниченко.

— А что тогда будет с его квартирой? — спросила я.

— Так у него наследники имеются, не здесь, не в Покровске. Какие-то дальние родственники, они живут в Ярославле, — ответила женщина.

— Вы знаете, какие у них планы на квартиру? — спросила я.

— Они собираются ее продать. А пока они ее не продали, сказали, что домработница им не нужна, и уволили меня. Я осталась без работы, — сказала женщина.

— Скажите, а раньше эти родственники приезжали к Иллариону Викторовичу? — задала я еще один вопрос.

— Нет, наследник квартиры — военный и на какой-то такой службе, что просто так не отпускают, — объяснила Мирошниченко.

— Понятно, — кивнула я.

Я поняла, что женщина, несмотря на скверный характер Иллариона Максимова, потеряла выгодное место работы с хорошей зарплатой, поэтому причастной к его смерти ее считать никак нельзя. Надо полагать, что и ярославских родственников полиция тоже проверила на предмет алиби.

— Спасибо вам за информацию, Анастасия Павловна, — сказала я, вставая с дивана.

— Да не за что.

Я распрощалась с Мирошниченко и, выйдя из квартиры, поехала на радиостанцию.

Первой, кого я там встретила, была Мирослава.

— Ой, Татьяна Александровна, здравствуйте, — поздоровалась девушка и спросила: — А вы ко мне?

— И к вам тоже. Вы телефон потеряли?

— Нет… — растерянно откликнулась девушка, ощупывая свои карманы. Выудила гаджет и прошипела что-то нелицеприятное себе под нос. Посмотрела на меня и сказала уже громче: — Вы мне звонили… Извините, Татьяна Александровна. Меня Костя вчера за город возил, там связи нет. А потом у меня телефон стал разряжаться и противно попискивать, вот я звук и вырубила. Включить забыла… Так… ой, и Костя звонил. Ладно, наберу его попозже. А… вы, наверное, про опознание хотели поговорить?

— Да, хотела у вас спросить, почему вы мне об этом не сказали, — кивнула я.

— А… я переживала, что, наверное, меня завтра и арестуют… только Косте позвонила, а он приехал и увез меня… Вот и… Татьяна Александровна, меня же могут арестовать?

— Если свидетели укажут на вас, то могут задержать по подозрению, — честно ответила я. — Но не думаю, что это случится. Вы же не бывали у Елизаветы?

— Я вам говорила, что нет! — уверенно ответила Мирослава.

— Вот и не переживайте. В любом случае я буду присутствовать на этом мероприятии, — успокоила я девушку. Та заулыбалась:

— Это замечательно! Я вам верю, Татьяна Александровна. А здесь… чем я могу вам помочь?

— Мне необходимо побеседовать с вашими коллегами, возможно, выявятся какие-либо новые подробности. И начать я хочу с вашей, как